Друзья по-эльфийски (СИ) - Кривенко Анна - Страница 14

Эльф воскликнул что-то на своём, эльфийском, и девушка наконец заметила, что его рука тоже светится.

В тот же миг Алина почувствовала глубокую тягу к нему. Тягу чужеродную, накатывающую словно извне, и не смогла противиться ей. Протянула к остроухому ладонь, а он протянул в ответ свою, повинуясь, похоже, тому же побуждению.

Их пальцы встретились, по коже побежали змейки ярких молний, которые не причинили ни вреда, ни боли. Алину наполнило ощущение неожиданной радости — иррациональной, неестественной, но все-таки радости, которая полилась фонтаном в уставшую душу. Лицо эльфа тоже преобразилось, засияло неприкрытым счастьем, и девушка поняла, что его обуревает то же самое безумие, что и ее. Необъяснимое, мощное, но такое согревающее!!!

Татуировки на запястьях мощно вспыхнули, достигнув некого апогея, рисунок стремительно изменился, став более изящным и тонким, после чего сияние начало стремительно сходить на нет.

Радость тоже медленно исчезла, и в конце концов соприкосновение рук начало вызывать жуткую неловкость.

Алина освободила ладонь первой, хотя чему-то внутри нее не хотелось расставаться с мягкостью и теплом изящных пальцев. Эльф же жутко смутился, что было заметно даже в полумраке.

Он стремительно развернулся, чтобы уйти, но Алина неожиданно даже для себя самой окликнула его.

— Как твое имя? — спросила она, чувствуя необъяснимое волнение.

Эльф пару мгновений молчал, словно раздумывая, обращать ли на эту дерзость внимание или нет, но потом, не оборачиваясь, ответил:

— Лиэн…

Девушка улыбнулась. Красивое имя. Загадочное, как и он сам…

— А меня зовут… — Алина осеклась, осознав вдруг, что не может назвать себя женским именем. Увы, не может. Поэтому поразмыслив, решила назваться по-здешнему: — Меня зовут Эшли. Еще раз спасибо за помощь…

— Пожалуйста, — бросил Лиэн через плечо и стремительно исчез в зарослях, оставив девушку ошеломленно переваривать случившееся…

Глава 14

Шокирующее задание Альфага

Лиэн

Лиэн шокировано потирал зудящее запястье, пряча его под длинным рукавом туники.

Случившееся полчаса в лесу не давало ему покоя.

И снова стыд.

Ему было жутко неловко из-за того, чем он был наполнен так долго. А ведь даже не замечал, что не сводил глаз с Метателя всю дорогу до самого привала. Не отдавал себе отчета в том, что постоянно ищет его взглядом, что отслеживает каждое его движение.

Зато обратил внимание, что мальчишка отказался от ужина и выглядел необычайно бледным.

Лиэн долго не мог уснуть, поэтому легко услышал шорох в соседнем лагере. Приподнялся и заметил, что проводник исчез в кустах. Ну исчез, и что с того? Пошел справлять свои низменные потребности…

Но какое-то безумие влекло эльфа вперед, и он придумал несколько поводов рвануть вслед за Метателем в ночной лес.

Во-первых, здесь не спокойно. Твари могут вылезти в любом месте, особенно ночью. Во-вторых, не исключено, что проводник снова захочет сбежать. Надо проконтролировать…

Но когда Лиэн услышал характерные звуки рвоты, до него дошло.

Эльф остановился и ощутил совершенно неожиданное смущение сердца. Ему стало Метателя… жаль.

Что??? Безумие!!! Он враг, лживый и коварный человек-убийца с обманчиво невинным лицом. Но сердце категорически отказывалось ненавидеть мальчишку, как раньше.

Лиэна настолько захватили неуместные чувства, что он рванул обратно в лагерь и, прихватив одно очень мощное лекарство, вернулся в лес.

Нашел мальчишку сидящим под деревом. Глаза закрыты, дыхание тяжелое, редкое, на щеке поблескивает одинокая слеза.

Сердце эльфа сжалось в такой тугой комок, что стало больно. Лиэн отшатнулся, хватаясь за грудную клетку и недоумевая. Что с ним творится? Он никогда прежде не замечал за собой подобного отношения к кому-либо.

Его воспитывали быть холодным и расчетливым. Таковы качества, необходимые для выживания в эльфийском обществе. Друзья — это потенциальные враги. Родственники — это потенциальные соперники. И только магия могла создать поистине крепкие союзы, в которых отношения выходили на новый уровень, за рамки обычных ненадежных связей.

Это называлось «благословением предков» и до сих пор проявлялось у некоторых эльфов, хотя далеко не у всех. Но тонкостей Лиэн и сам не знал.

Только слышал, что признаком магического благословения являются именно эмоции — иррациональные, мощные, подчиняющие. Вся душа кричит о том, что личность рядом — особенная, твоя, будь то лучший друг (если это мужчина) или же возлюбленная (если женщина).

Лиэну в разум закралась мысль, что странное расположение к Метателю может иметь магические корни, но была тут же отброшена с презрением. «Благословение предков» с человеком, да еще и с лютым врагом??? Нет, это безумие! Подобное категорически невозможно!!!

Это просто жалость. И только потому, что проводник выглядит сущим мальчишкой.

Попытка успокоить себя таким образом если и не провалилась, то, по крайней мере, помогла слабо. Голова гудела, мысли путались, так что Лиэну пришлось резко тряхнуть своей густой гривой, чтобы прочистить мозг.

Покопался в складках одежды и выудил оттуда лекарство. Долго тыкал в Метателя пальцем, причём, одним единственным, словно боялся прикоснуться, но мальчишка не просыпался. Кажется, он стал дышать еще более тяжело, и Лиэн, к своему огромному изумлению, запаниковал.

Если парень отравился после контакта со смрудом, то может и загнуться. Люди вообще крайне чувствительны к ядам подобных созданий.

Лиэн собрался с силами, чтобы потрусить проводника пожёстче, но вдруг сделал то, что его самого повергло в шок. Он протянул руку и смахнул со скулы мальчишку застывшую слезу.

Замер, ощущая себя идиотом, потом отскочил в сторону, начал озираться по сторонам, словно пытаясь найти источник собственной глупости, но в этот момент Метатель открыл глаза, и эльф снова склонился над ним.

Мальчишка смотрел на него затуманенными глазами больного, почти умирающего человека, и Лиэн стремительно подавил все свои сомнения. Его затопило неожиданное сострадание, поэтому голос мгновенно выровнялся, разум перестал панически метаться, а эмоции наконец-то превратились во что-то цельное и понятное.

— Ты отравился… Выпей…

На удивление, Метатель послушно сделал глоток. При этом смотрел на эльфа с каким-то странным добродушием и даже радостью, отчего Лиэн начал смущаться, как подросток.

Может, какое-то колдовство? Почему же душа не на месте???

Когда проводник поднялся на ноги и зашатался от слабости, Лиэн снова поступил до безумия странно: не дал ему упасть. Да, вот так просто взял и помог ему устоять. Не погнушался прикоснуться, поддержать за локоть…

Однако в тот же миг произошло нечто из ряда вон выходящее. Мощный магический всплеск родился в соприкосновении их тел, оставив после себя дикое волнение вместе с потрескиванием одежды.

Бывшие враги отпрыгнули друг от друга с великим изумлением. И оба не поняли, что произошло.

Но на этом странности не закончились. Лиэн почувствовал жжение на запястье, как раз в том месте, где красовалась долговая метка. Он оголил руку и тотчас же зажмурился от ударившего по глазам магического сияния.

Метка менялась, превращаясь из грубых символов в изящную эльфийскую вязь. Вязь совершенно незнакомую, потому что символы на коже казались слишком древними для понимания.

Но настоящий шок Лиэн испытал тогда, когда обнаружил эльфийские магические письмена и на руке своего заклятого врага.

Метатель казался ошеломленным на меньше эльфа. Но смотрел так странно, словно у него душа выворачивалась наизнанку. Это взгляд умолял не уходить, умолял остаться, быть рядом…

Лиэн воспротивился, почувствовав, что его начинает затягивать омут этих больших колдовских глаз. Попытался отступить, а по сути, сбежать, но мальчишка протянул к нему руку. Эта рука манила прикоснуться, звала к себе, и Лиэн, как зачарованный, последовал этому зову.