Шайтан Иван 7 (СИ) - Тен Эдуард - Страница 49

Алибек насторожился.

— Мы слушаем, полковник.

— Чтобы ни случилось в Адиль-Отаре и Тусларе, какие бы мольбы о помощи оттуда ни доносились — я не сдвинусь с места. Не брошу своих позиций. Вы можете поступать, как велит вам долг или сердце, но потом ни словом, ни взглядом не посмеете упрекнуть меня в чёрствости. Ваши воины будут сражаться под началом Хайбулы на правом фланге.

Старейшины переглянулись. Условие было горьким, но иного выхода не было. Алибек, не до конца понимая все последствия моего решения, но доверяя мне, от имени всех произнёс:

— Хорошо. Мы согласны.

— Завтра на рассвете выступаем. Встанем лагерем у Акин-Ауха.

На следующее утро, с высоты одного из холмов, я изучал в подзорную трубу местность. Оба селения — Акин-Аух и Таслар — лежали у подножия гор, словно два сторожа. Акин-Аух — ниже и впереди, на почти ровной равнине, прорезанной неглубокими оврагами. Таслар — позади и выше, притулившись к склону. Вокруг Акин-Ауха золотились поля, готовые к жатве. «Подгадал время, сволочь, — с ненавистью подумал я о предводителе наёмников. — Урожай под боком, селения без защиты — лёгкая добыча». Я опустил трубу и обернулся к своим офицерам.

— Ну, что думаете, сотники?

— А чего думать, командир, — первым нарушил молчание Трофим, его коренастая фигура была неподвижна, как скала. — Или вдоль той гряды, — он мотнул головой на возвышенность, — или правее, поперёк, вставать. Другого места нет.

— Виктор, а ты чего молчишь? — обратился я к артиллеристу, который, прищурившись, оценивал расстояния.

— Моя позиция — там, на гряде, — твёрдо сказал он. — С неё видимость как на блюдечке, бить можно во все стороны. Справа сектор похуже, в лощину не достать.

— Согласен, — кивнул я, карта местности уже сложилась в голове. — Значит, диспозиция будет такой. Первая сотня Трофима — встаёт справа, поперёк, правым флангом вперёд. Вторая сотня и батарея Виктора — вдоль возвышенности. Фланг вынесен, чтобы не мешать друг другу вести огонь. Хайбула!

Он шагнул вперёд.

— Ты со всеми конными — на правый фланг. Твоя задача, не дать обойти нас с фланга. В бой пойдёшь только по моему сигналу — белый флажок. И запомни: не увлекаться! Дальше трети версты не преследовать. Если на тебя двинут превосходящие силы — немедленно отходишь на исходную и дерёшься только огнём, из ружей. Всем ясно?

По лицам офицеров пробежала твёрдая решимость. Кивки были красноречивее любых слов.

— Выдвигаемся на позиции. Савва, высылай разведку вперёд. Хочу знать о каждом шаге противника.

Глава 33

Князь Андрей с резервом прибыл в расположение третьей сотни есаула Веселова. Лагерь встретил их привычным гулом приготовлений, но в глазах у пластунов читалась напряженная готовность.

— Здравия желаю, господин есаул! — Андрей отдал честь, подъезжая к знакомой фигуре.

— И тебе не хворать, Ерёма, — откликнулся есаул. — Фрол где?

— Вчера прибыл и сразу сотню повел на ту позицию, что командир определил, — доложил Ерёма, отирая пот со лба заскорузлой ладонью.

— Добро. Что с укреплениями и станицами? — князь окинул взглядом окружающую местность.

— Укрепления на половину устроили, так себе, — махнул рукой сотник. — Укрыться от шальной пули можно, но ежели попрут силой — не устоят. Командир в прошлый приезд наказал им сидеть тихо и отбиваться по возможности. В атаки не ходить ни в коем разе. Со станичными беда, — продолжил он, хмурясь. — Отказались на отрез уходить. Урожай добрый созрел, не хотят бросать. Ежели не собрать, зиму голодать будут. К ним полуроту сапёров на усиление поставили. Дай бог, отобьются. Мы же впереди кордоном встанем.

— Ладно, с командиром всё решено, будем исполнять, — кивнул Андрей. — Я к тебе с усилением. Артиллеристы с нами, батарея гранатомётов. Рома со своими стрелками в полном комплекте.

— Ну, так жить можно, — заметно повеселел Ерёма, и его глаза по-молодому блеснули. — Прикажете выступать, Андрей Владимирович? Через два часа будем на местах.

— Командуй, выступаем.

Едва третья сотня успела встать и разбить временный лагерь рядом с четвертой сотней, как к князю Андрею уже скакал запыхавшийся вестовой. Сотник Колода, только прибывший с докладом, не успел ни слова вымолвить.

Всадник соскочил со взмыленного коня, едва переводя дух.

— Господин есаул! Горцы! Не меньше пяти сотен! Идут прямо на нас!

— Сколько им идти? — спросил Андрей, не отрываясь от подзорной трубы.

— Не менее пяти вёрст. Идут скоро, — доложили ему.

— Сотник, объявляй боевую тревогу! Занять обозначенные позиции! Вестовых — к укреплениям и в станицу! Выполнять!

Словно муравейник, взбудораженный палкой, лагерь мгновенно преобразился. Люди разбежались, началась деловая суета, повсюду зазвучали отрывистые команды. Третья сотня переместилась на версту вперёд, заняв центральное место в линии обороны. Четвёртая сотня встала чуть в стороне от укрепления, образовав построение «коробкой». Пятой сотни всё не было, и от неё не поступало никаких вестей. Все застыли в напряжённом ожидании. Андрей ещё раз медленно прошелся подзорной трубой по горизонту.

— Господин есаул, батарея готова. Какие будут приказания?

Перед ним стоял фейерверкер Буланов, недавно получивший чин старшего урядника.

— Вот что, урядник, — твёрдо сказал Андрей, — без моей команды огонь не открывать. Горцы, скорее всего, будут конными, не поспеешь за ними. Так что будьте наготове.

— Что-то рано горцы поперлись, — вслух размышлял Ерёма, щурясь навстречу ветру. — Может, случилось чего?

— Шут его знает, что у них в головах, — отозвался Роман. — Пять сотен — уж больно хлипко для нас. Чой-то они удумали, к бабке не ходи.

Наконец на гребне холма показались всадники. Но тактика горцев на этот раз была иной. Они не стали, как прежде, атаковать сотни в лоб. Вместо этого, разделившись на три колонны, они устремились в промежутки между нашими позициями. Смысл их манёвра был понятен: они не собирались ввязываться в затяжной бой. Их целью был прорыв сквозь наши порядки, чтобы, не сбавляя хода, уйти вглубь, за линию обороны. Послышались команды, линия сотни сломалась и совершила перестроение встав во фланг скачущей массе всадников. Раздался залп, за ним второй. Среди горцев стали падать с громким ржание убитые и раненые лошади вместе со всадниками. Противник немного не рассчитал расстояние и поплатился за это. Пластуны доставали из своих ружей, поэтому горцы понесли большие потери. Но всё равно половине удалось прорваться. Они не останавливаясь скакали вглубь нашей территории. Прискакал посыльный казак с известием, что около трёх сотен горцев прошли мимо станицы, пощипали по краям, обстреляли и двинули дальше. Убили троих казаков, двух женщин.

Подошла пятая сотня Юшкина Филимона.

— Здравия есаул. Что случилось? Чего горцы раньше напали? Да и непонятно как-то воюют. Два раза набегали, но так, постреляют из далека. Близко не подходили. — Доложил озадаченный Филимон.

— Вот и я о том же. Видать глубже решили зайти. Там Синявино за нами. Всего сотни четыре, пять, прорвались. Далее что делать будут? — подхватил Фрол. — Ладно, хабар возьму в Синявино, ну и куда они с ним попрут? Обратно мы тут, ещё глубже терцы подойдут и тогда хана им.

Андрей молча выслушал сотников.

— Потери?

— Так нет потерь, Андрей Владимирович. — ответил за всех Веселов. — Бойцы вышли посчитать скольких побили, ну и контроль, зачистку провести.

— То, что вы сказали, это правильно, — проговорил Андрей после краткого раздумья. — Важно понять, что они дальше делать будут.

— Так одно им остаётся, после идти по дороге в сторону Грозной. Там брод через речку, перейти на ту сторону и к себе. — пояснил Веселов. — Тем более нет в том месте никого. Ни постов, ни селений.

— А горские селения? — спросил Андрей.

— До ближайшего не менее пятнадцати верст, можа поболее. Земли там, неудобье, глухие.

Андрей разложил карту и надолго задумался.