Развод. Новая жизнь старой жены дракона (СИ) - Солейн Анна - Страница 66

Когда к нему явились каратели, он подумал, наверное, что его решили арестовать, поэтому немало удивился, когда оказался в палате драконьей больницы и увидел глубоко беременную меня.

— О! А я тебя помню! Ревела у меня на приеме! — воскликнул он. — Что еще тут происходит? А эти?.. А что — эти?

Он опасливо скосил взгляд на карателей, которые замерли у двери.

Мысленно я поставила в голове заметку: в следующий раз посылать за людьми, которые мне нужны, кого-нибудь другого. А если бы целителя Фаски хватил инфаркт?!

— Вы нужны мне, целитель Фаски. Но только если подпишете соглашение о неразглашении.

— С каких пор, чтобы осматривать беременных, мне нужно держать рот на замке?

— Не это, — качнула головой я.

— Тогда вообще меня в это не впутывайте! Я простой целитель! Я вообще домой, в деревню, хочу вернуться! Провалятся пускай эти столицы! Будет дом, грядки, корова… А не… не вот это все! Не знаю, кто ты такая, но если ты и дальше собираешься отправлять за мной карателей, то…

— Десять тысяч золотых, — перебила я.

Целитель Фаски задохнулся, а потом поспешно выпалил:

— …То продолжай. За такие-то деньги. Так что, ты говоришь, тебе надо?

***

Дерен нашел помещение для лаборатории. Оно располагалось в подвале больницы, так что я могла каждый день навещать Эйдана.

Его состояние не менялось.

В академии пришлось взять отпуск. Место ректора временно заняла Вив — она отпустила меня без проблем. Правда, пришлось пообещать, что курсы у всех адептов я потом доведу сама, никаких замен не будет.  "Иначе у меня они революцию поднимут,  — ворчала Вив. —  Ни разу такого рвения к учебе не видела, заколдовала ты их, что ли?"  Я готова была пообещать что угодно. Газеты писали, что я прихожу в себя после нападения морлоков, или что сошла с ума, или что исчезла, или что умерла.

О сорвавшейся свадьбе Дерена тоже писали.

Частые появления морлоков начинали считать знамениями будущего конца света. Кто-то всерьез ждал мессию.

Каратели разрывались, пытаясь успеть всюду.

Дерен попросил мои наработки по жестикуляции. Я слышала, что жесты активно начали внедрять в боевой арсенал карателей, и это вызвало огромную бурю возмущений. Еще бы! Драконы — и жестикуляция? Какой позор! Неужели Служба карателей настолько беспомощна, что решила использовать ярмарочные фокусы? Не пора ли назначить на место Верховного карателя кого-нибудь поумнее?

В газете "Новости сегодня" вышла большая статья о Дерене под заголовком: "Не учите меня работать!" И ниже, буквами поменьше: "Верховный каратель утверждает, что идеи его бывшей жены помогут решить проблему морлоков! Сумасшествие или наивность?"

Я перечитала ту статью несколько раз. Не думала, что Дерен вот так в открытую заявит, что разработки — мои. Это ведь неприлично, иметь жену, одержимую бредовыми идеями, даже если она бывшая. Да еще и заявлять об этих идеях во всеуслышанье, да еще и им следовать. Я думала, на него все-таки надавил Голдстейн, но дело было в чем-то другом: Голдстейн бы запретил вываливать такие подробности, чтобы не опозорить Службу карателей окончательно.

‍— Я хочу, чтобы ты опять стала моей женой, — сказал Дерен вечером спустя несколько дней после того, как меня выписали и из палаты я переселилась в лабораторию.

Я в миллионный раз, наверное, проверяла расчеты, и с трудом смогла оторвать взгляд от прыгающих цифр.

— Что?

— Я хочу, чтобы ты стала моей женой, — повторил Дерен, подходя ближе. — Тогда у меня будет право запрещать тебе сидеть за бумагами до поздней ночи.

— Не говори ерунды, — отвернулась я, чувствуя, как к щекам приливает краска.

Я не думала о том, что произошло между мной и Дереном тогда, на перевале. Я вообще ни о чем не думала, кроме Эйдана и того, как мало времени у меня осталось.

— Анджела, мать твою! Эла, я не шучу! — рявкнул Дерен. — Тебе нужно отдыхать! Ты, в конце концов, беременна! Тебе нужно беречь себя. Себя и ребенка.

Шел шестой месяц. Живот уже был прилично большим, малыш изнутри толкался, переворачивался и всячески давал о себе знать каждый день. Мне все еще было страшно готовиться к его появлению всерьез.

Целитель Фаски утверждал, что все отлично и мне нужно поменьше себя накручивать.

Я потерла усталые глаза и посмотрела на Дерена. Он выглядел не лучше, как будто не спал три ночи.

— А беременность Аны тебя не волнует?

О том, что случилось сразу после нападения морлоков, я узнала из газет. Все, кто присутствовал на свадьбе, выжили, слава богу. А все потому, что Дерен пригласил боевой отряд карателей. Кроме того, многие драконы тоже вступили в бой с потусторонними этими тварями, как Эйдан.

Эйдан.

Мне нужно закончить с расчетами, чтобы утром их могли проверить гномы. А значит, нужно работать, а не болтать.

— Анджела. Эла…

— Что?

Ана не пострадала. Дерен сказал, что мой купол сработал. А спустя несколько секунд ее, перепуганную до истерики, вытащил из общей мешанины Лириан.

Больше мы с Дереном об этом не говорили.

Как и о наших отношениях.

Слова Дерена… То, что он мне говорил…

Но разве могли слова перечеркнуть то, что произошло?

Развод?

Ану?

Насмешки?

Годы брака, к которому я все пыталась приспособиться, но так и не смогла?

— Я думаю, тебе лучше уйти.

Вместо этого Дерен пододвинул к моему столу стул, уселся на него и скрестил руки.

— Она не беременна.

Я сжалась, перо в моих руках задрожало.

— Это…

— Нет, не выкидыш, — успокоил Дерен. — Она никогда и не была беременна.

— Она соврала тебе? — нахмурилась я. — Но зачем? Ты же и так собирался на ней жениться. Хотела удостовериться, что не сорвешься с любовного крючка?

Дерен хмыкнул и провел ладонью по волосам на затылке, как делал когда-то, когда ему было лет двадцать. Такой знакомый жест.

— Это я соврал тебе. Хотел удостовериться, что тебе не все равно.

О.

Я вернулась к бумагам, чувствуя, как сильнее горят щеки. Цифры расплывались.

Да мать его.

— Она могла бы быть беременна.

— Не могла, у нас ничего не было. Эла…

— Прости, мне нужно закончить с расчетами.

— Я не шутил по поводу женитьбы.

Сжав в руках бумагу, я фыркнула.

— Как ты себе это представляешь? Мы возьмемся за руки и побежим вперед, в счастливое будущее? Ты все еще помолвлен с Аной.

— Уже нет. Я разорвал помолвку.

— Отлично, теперь в этом мире существуют две женщины, которые мечтают выцарапать тебе глаза. Зря ты так. Ана мне даже нравилась.

— Конечно, я предупредил ее, чтобы она с тебя пылинки сдувала и не смела грубить. Послушай, Эла…

— Дерен, не хочу с тобой говорить! У меня нет времени! Ты видишь эти цифры? Видишь? — Я сунула ему под нос бумаги. — Если до утра я с ними не закончу — артефакторы Грюмбальда не успеют все проверить. Если они не успеют все проверить и внести корректировки — то мы не сможем провести вечером эксперимент. А если мы не сможем провести его вечером — то потеряем день! Целый день, за который Эйдан может умереть! Из-за меня! Потому что решил меня спасти!

Выпалив это, я осеклась и уставилась вниз. Смахнула с глаз непрошенные слезы.

Дерен тоже молчал.

— Тебе…

— Тебе лучше уйти!

— Я хотел спросить — тебе что-то нужно?

Вздрогнув, я дернула головой.

— Время.

Но его мне не в состоянии дать даже Дерен.

***

Спустя месяц Дерен нашел меня в таверне Уны.

— У тебя чай остыл, — сказал он, проводя над моей кружкой рукой.

Из чашки тут же заструился дым.

— Как ты меня нашел?

Наступила зима. Снаружи медленно и тихо падал пушистый снег, укутывая все белым покрывалом. В таверне Уны, как всегда, теплым светом горели свечи, пахло пирогами и и элем.

На душе у меня скребли кошки.

— В лаборатории тебя не было — я пришел сюда, — пожал плечами Дерен и уселся напротив. — Раньше ты всегда сюда приходила, когда была расстроена.