- Коротаева Ольга - Страница 36

Возница стянул с головы цилиндр и машинально принялся его мять, как свою старую шляпу, но тут же опомнился и ругнулся. Я поспешила вмешаться:

– Не нужно так переживать. Я не лишу тебя пропуска. Будешь и дальше доставлять мне заказы, а клиентам наши товары. Только рассказывай без утайки все слухи. Договорились?

– Но это же только слухи, – он вжал голову в плечи, явно сожалея о неосторожных словах. – К тому же… Как я посмею говорить всё это? Вы же леди!

– Я – хозяйка! – добавив своему тону суровости, поправила я. – А слухи могут как помочь процветанию моей лавочки, так и навредить. Предпочитаю знать, что происходит!

– Ну, это…

Возница оглянулся, будто боялся, что нас подслушают, но на рассвете даже призраки спали.

– Эм, – мужчина переступил с ноги на ногу и бросил на меня затравленный взгляд. – Вы уверены, леди?

– Так, – я сделала шаг вперёд и прижала ладонь к его глазам. – Представь, что перед тобой одна из твоих знакомых, какая-нибудь пожилая женщина. Есть такая?

– Бабка Марла, соседка моя… – пробормотал возница. – Она простая человечка, но ей скоро стукнет сто лет!

– То, что нужно, – улыбнулась я, мысленно поставив галочку: передать этой женщине какую-нибудь приятную мелочь в подарок. – Вот ей и рассказывай эти слухи.

– Хорошо.

Мужчина судорожно вдохнул, его кадык нервно дёрнулся. Мимо, громко чирикая, пролетела мелкая пичуга, и возница вздрогнул, но зато затараторил:

– Говорят, та самая леди Драконар имеет страшную силу! Когда она лишилась своего мужа, то обрела способность проклинать других мужчин через срамное бельё их жён. Стоит жене неверного мужа надеть что-то из лавочки брошенки, и измены тотчас прекращаются!

Слушая мужчину, я с трудом сдерживала смех. Во-первых, всегда приятнее, когда тебя боятся, а не презирают. А во-вторых, кажется, процветанию моего магазинчика ничего не помешает: ни бывший муженёк, ни его ревнивая пассия, ни заскорузлое мышление местной знати, непредставляющей жизни без жуткого корсета и монструозного пояса для чулок, больше напоминающего пояс верности. Только замка с ключом не хватает.

Возница отступил и принялся низко кланяться без остановки:

– Простите! Простите, леди!

– И это всё? – изумилась я и пожала плечами: – Я уж думала, меня окрестили предводителем призраков или ещё чем-то подобным.

– Конечно, называют, – косо глянул на меня возница и сощурил свои маленькие глазки. – Говорят, что у вас в подчинении призраки всех мастеров, живших на этой улочке! Что они сутками напролёт шьют для вашего магазинчика те самые срамные вещички… Даже мужчины шьют!

Я представила призрачный цех пошива нижнего белья, где призрачные рабы споро штампуют подпольное бельишко, а я хожу между рядами и щёлкаю магическим хлыстом, заставляя мастеров шить ровнее и быстрее, и всё же рассмеялась.

Возница робко заулыбался и осторожно уточнил:

– А это правда?

– Нет, конечно, – иронично фыркнула я. – Призраки не могут шить. Но они обеспечивают нам защиту и материал для демонстрационных моделей белья.

– Я не о том, – замялся возница и опасливо покосился на призрачные корсеты. – О вашей силе. Это бельё действительно может проклясть мужчину, и тот не сможет изменить жене?

– А ты изменяешь жене?

Я приняла суровый вид, а мужчина попятился, отрицательно мотая головой:

– Нет. Что вы? Я верен Розали! Зуб даю!

– Какой именно? – хищно прищурилась я

Возница шустрой кошкой забрался на козлы и крикнул:

– Простите, леди! Я срочно должен объехать ваших заказчиц!

Когда роскошная карета растаяла вдали, я от души рассмеялась и направилась к дому.

Мои помощницы ещё спали, и я расположилась за столом, зарисовывая на самодельной карте новые участки магического затемнения, которые сегодня рассмотрела под землёй через очки, а сама размышляла о слухах.

С одной стороны, это была хорошая реклама, но с другой – неявный обман покупателей. В моём мире женщины понимали, что красивое бельё меняет настроение, и это отражается на осанке, походке и выражении глаз. Здесь же всё это посчитали магией.

Как бы это не принесло беды.

Ведь у меня нет такой силы…

К сожалению.

P.S.

У дома лорда Каладор стояла закрытая повозка, и вряд ли кто-то из редких прохожих узнал бы в вознице, сидящем на козлах, королевского канцлера. От любопытных взглядов его защищала простая одежда и накладная борода. Впрочем, кто обращает внимание на простого кучера?

Точно не леди Мирельда Ристал.

«То есть, теперь леди Мирельда Драконар, – поправился Финвальд, наблюдая, как новая жена лорда Драконар, закутавшись в тёмный плащ с капюшоном, выскользнула из дома чужого мужчины. – Или в будущем – леди Мирельда Каладор?»

Следом за женщиной вышел Дромир и удержал любовницу за локоть:

– Жду вечером. Голдри гостит у тёти, так что нам никто не помешает.

Мирельда нервно дёрнулась и затравленно осмотрела пустую улочку. Убедившись, что вокруг никого, кроме безликого возницы, она вырвалась и зло посмотрела на мужчину:

– Я не приду.

Тот притянул к себе женщину и промурлыкал ей на ушко:

– А куда ты денешься? Хочешь, чтобы твой муженёк узнал, кто настоящий отец его ребёнка?

Мирельда дёрнулась, как от удара, и процедила:

– Да зачем я тебе? Говорят, ты снова к жёнушке воспылал страстью. Вот и кувыркайся с Голдри, а обо мне забудь!

– Как я могу тебя забыть? – хищно улыбнулся лорд Каладор и погладил ещё плоский животик женщины. – Беременная, ты стала ещё желаннее.

Мирельда отвесила мужчине звонкую пощёчину и бегом направилась к повозке, а Дромир тихо рассмеялся ей вслед и напомнил:

– Вечером! Или забудь о высшем свете, милая.

Финвальд взмахнул кнутом, понукая лошадь. Повозка тронулась, а до слуха канцлера донеслись сдавленные рыдания.

«Любопытно»…

Глава 47

– Хозяйка! – крикнули мне на ухо.

– А?! – подскочила, не понимая, что происходит, и где я. – Рейдерский захват? Бандиты? Налоговая инспекция?

– Не ругайтесь вы такими странными словами, – с лёгким испугом попросила Пелли и протянула мне чашку. – Выпейте бодрящего отвара. Вы неважно выглядите.

Я снова опустилась на стул, осознавая, что заснула на рабочем месте, и потёрла щёку, на которой отпечаталось кружево. Глотнув отвара, поданного мне Пелли, поморщилась:

– Горько.

– Зато быстро действует, – нарочито весело заявила Алиса и, высунув кончик языка от усердия, вернулась к шитью.

Я слабо улыбнулась девушке, отметив тёмные круги под её глазами, и залпом осушила кружку. Напиток действительно придавал сил, но мы пили его слишком часто и много, поэтому давала о себе знать накопленная усталость.

Дальше так продолжаться не могло.

– Радует, что у нас много заказов и клиентов всё больше, – сообщила я, отдавая Пелли пустую посуду, – но теперь банально не хватает рук. Надо задуматься о расширении штата.

– Кого вы хотите расширить? – испугалась помощница.

– Людей мало, – со вздохом пояснила ей. – Хочу нанять швей. Есть идеи, где можно найти добросовестных работников?

– Не знаю, – понурилась Пелли и села рядом, покручивая в руках кружку. – Может, поспрашивать на базаре?

– Не стоит, – тут же отозвалась Алиса и посмотрела на нас с доброй иронией: – Всё равно, что мошенниц в дом пригласить.

– Почему? – заинтересовалась я.

В моём мире было достаточно дать объявление и провести пару-тройку собеседований, чтобы набрать новых работников. Разумеется, треть отсеивалась в первые недели, другая треть уходила в течение нескольких месяцев, зато оставшиеся работали годами.

– Потому что, – Алиса отложила шитьё и встала, – ни одна модистка не примет на работу человека с улицы. Каждая белошвейка учится с малых лет у одной наставницы, потом работает у неё и, в конце концов, сама становится модисткой. Если кого-то выгнали, значит, было за что. Либо воровка, либо лентяйка!

– Но есть же исключения, – не согласилась я. Начала загибать пальцы: – Болезнь самой или близкого, беременность и роды, другие форс-мажоры… В смысле, непредвиденные обстоятельства.