Сломанная стрела - Кертис Кэмерон - Страница 38

«Пошли», — говорю я.

Нико продолжает смотреть на клинок. Он медленно вкладывает его обратно в ножны, фиксирует с тихим щелчком и поворачивается ко мне.

«Да, — говорит Нико. — Время пришло».

OceanofPDF.com

27

OceanofPDF.com

ПРОХОД

Местность холмистая, троп нет. Это хорошо, вряд ли мы встретим кого-то, кто мог бы поднять тревогу. Машина припаркована в добрых трёх милях от замка. Думаю, трое здоровых людей легко пройдут этот путь за час.

Я иду вперёд, вооружившись компасом и GPS. Рин идёт следом, а Нико замыкает шествие. На полпути к замку я чувствую первые капли дождя на лице. Неплохо, лёгкий моросящий дождь прохладный и приятный.

Мы пробираемся через лес. Земля – твёрдая, красноватая. Деревья – в основном сосны, с обширными участками кедра. Должно быть, эти двое борются за право владеть этим участком побережья Кюсю. Природа беспощадна в своём стремлении к конкуренции. Ничто живое не избегает этого, даже деревья.

Раскаты грома разносятся по холмам.

Нико догоняет меня: «Порода».

Я останавливаюсь и поворачиваюсь к нему лицом, уперев руки в бока.

«Я должен вести», — говорит Нико. «Если возникнут трудности, катана будет тише огнестрельного оружия».

Он прав, и я могу прикрыть его из позиции ослабления. Я перестраиваю команду, и мы продолжаем движение. Нико носит катану и вакидзаси на поясе. Он носит их на левом боку, лезвием вверх. Вот как…

Обычно дайсё используется. Это позволяет самураю выхватить оружие и нанести удар одним плавным движением.

Небеса разверзлись, и на нас обрушился дождь.

Я начинаю жалеть, что не взял плащ. Через несколько минут я промок насквозь. Нико и Рин продолжают идти, не жалуясь. Нико движется экономно, покрывая пространство. Моя позиция в расслабленном положении отлично подходит, чтобы прикрыть его, если мы столкнёмся с трудностями.

Нико останавливается и поднимает руку. Сомневаюсь, что он проходил военную подготовку, но это естественный сигнал остановки колонны. Я приседаю и подаю Рин знак сделать то же самое. Нико медленно продвигается в сгущающийся мрак. Наконец он поворачивается и машет нам рукой.

«Что это?» — спрашиваю я.

«Посмотри на это», — говорит Нико, указывая на землю и лес по обе стороны.

Понимаю, что он имеет в виду. Лесная подстилка, когда-то тёмно-красная, скреплённая корнями хвойных деревьев, сменилась гладкой гравийной дорожкой. Гравий покрылся тонким слоем земли и сосновых иголок.

Нико указывает в сторону замка, а затем обратно туда, откуда мы пришли. «Это скрытая дорога».

Да, это так. Он проходил рядом с нашей тропой, но под небольшим углом. Достаточно, чтобы пересечь E10 перед тем местом, где я свернул. Поскольку и мы, и эта секретная дорога ведут к замку, наши пути неизбежно должны были пересечься.

«Ваша теория относительно этого отрывка, — говорит Рин, — кажется, имеет основания».

Таинственным инженерам замка Араши нужна была дорога для подвоза материалов. Но они не замуровали проход. Значит, они знали, что им понадобятся и проход, и дорога, чтобы что-то вывезти.

«Пошли», — говорю я. «Держись в пределах леса, подальше от дороги».

Не говоря ни слова, Нико отправляется в путь.

Дорога слишком узкая, чтобы разъехаться двум машинам. Она достаточно широкая, чтобы проехать пятитонному грузовику. Она настолько узкая, что верхушки сосен смыкаются над ней, затрудняя её обнаружение с воздуха. Спутниковые снимки Штейна её не запечатлели, хотя и запечатлели цветение над проездом. Я тщательно изучил тепловые и дневные снимки. На них не было ни намёка на эту дорогу.

Запах земли и сосновой хвои смешивается с запахом сока, сочащегося из стволов деревьев. Лес приобретает влажный, свежий запах, который я всегда любил. 17:00, и из-за грозового неба ночь уже наступила рано.

GPS показывает, что мы не более чем в двухстах ярдах от замка. Нико движется осторожно. Выхватывает катану из ножен. Держит её перед собой двумя руками. Медленно продвигается.

Нико опускается на одно колено и поднимает руку. Мы с Рин замираем.

Там, посреди дороги, стоит смутная фигура якудза. Мужчина в шляпе и плаще.

Он носит «Стерлинг» на поясе. Дождь брызгает на шляпу, струится с полей. Он не обращает на это внимания.

Мужчина настороже. Нерадивый часовой закинул бы оружие за плечо. Этот же мужчина держит оружие наготове, палец на стволе. Конечно, он готов к бою. Нас ждут.

Нико крадётся вперёд вдоль опушки леса. Он движется с незаметностью лучшего оператора «Дельты». Он пробирается к месту прямо напротив часового. Расстояние между ними составляет восемь футов. Защищённый лесом, Нико невидим.

Я достаю SIG – бессмысленный жест. Ни одно из моих орудий не оснащено глушителями. Я бы предпочёл обойти часового, но не знаю, насколько скрытен Рин. Нико, вероятно, думает то же самое.

Нико появляется из-за деревьев и выступает вперед, словно мстящий призрак.

Якудза разворачивается и направляет «Стерлинг». Я съеживаюсь, готовясь к взрыву выстрелов.

С быстротой молнии Нико сгибается в коленях и наносит широкий горизонтальный удар катаной. Он вращает бёдрами, создавая невероятную скорость и силу. Меч сверкает в темноте. Нико завершает замах, словно игрок в гольф, но тут же возвращается в исходное положение.

Стрельбы нет. Якудза стоит неподвижно, словно статуя. Затем нижняя часть его тела, от груди и ниже, обрушивается. Руки мужчины, держащие пистолет-пулемёт, отваливаются вместе с оружием. Плечи, грудь и голова отваливаются от падающего тела. Они падают на дорогу с тошнотворным стуком. Из трупа льётся кровь, сливаясь с дождевой водой.

Я никогда раньше не видел, чтобы человека убивали катаной.

Фильмы о самураях требуют определенного недостатка воображения.

Жертвы всегда падают, словно их ударили дубинками. Представьте, как на самом деле убивает трёхфутовый клинок. Мысль о том, что этот меч был излюбленным оружием Нико на протяжении всей его карьеры, приводит меня в замешательство. Я делаю шаг вперёд и забираю у якудзы его «Стерлинг». Стряхиваю свисающие руки трупа. Передаю оружие Рин. Не знаю, стреляла ли она когда-нибудь из него, но это простое оружие, которым можно овладеть.

Нико отступает за деревья и продолжает идти к замку. Дорога и присутствие часового гарантируют, что мы на верном пути. Я так хочу попасть в этот замок, что чувствую его вкус.

Мои глаза всматриваются в мрак, я смотрю на деревья, чтобы хоть краем глаза увидеть небо. Вместо этого я получаю град. Погода отвратительная. Хорошая новость в том, что темнота, гром и дождь скрывают наше приближение.

Тёмная фигура Нико останавливается, поднимает руку. Я пригибаюсь.

Рин останавливается позади меня, кладя руку мне на плечо.

Впереди нас лес редеет и упирается в стену из огромных камней. Высота барьера не менее шестидесяти футов. Я не вижу.

За верхушками деревьев, но это, должно быть, основание замка Араши. Сам замок, должно быть, возвышается над деревьями.

Низкий кустарник прижался к стене. Там, в конце дороги, тень внутри тени. Вогнутость на поверхности каменной стены. Вход в проход высотой пятнадцать футов и шириной двадцать футов.

Частично замаскирован кустами. Свет изнутри не проникает.

Там, перед входом, стоят еще двое якудза.

Один из них носит пистолет «Стерлинг», другой — катану в ножнах.

Тело Нико напрягается. Он извивается, словно змея, готовая к броску.

Держит напряжение три секунды, затем вырывается из-за защиты леса, подняв меч. Катана сверкает один раз. Голова человека, несущего «Стерлинг», отделяется от шеи и с плеском падает на дорогу. Катится по земле, пока обезглавленное тело сминается.

Второй якудза резко разворачивается, выхватывает катану. Прежде чем он успевает её поднять, меч Нико сверкает снова. Лезвие проходит между шеей и левым плечом противника, затем по центру груди и живота. Раздаётся хруст, когда лезвие рассекает таз.

Мышцы мужчины продолжают функционировать. Они тянут за собой раздробленные структуры и не находят опоры. Правая сторона его тела отделяется от левой. Правая рука цела, но левая оторвана у предплечья. Его глаза, белые в темноте, широко раскрыты от ужаса. Из разорванных артерий хлещут огромные сгустки чёрной крови. Его внутренности, рассечённые угрями, вываливаются на дорогу. Левая сторона его тела сминается у ног Нико. Правая сторона покачивается, затем падает набок.