Эти проклятые жизни - Миф Эльмира - Страница 3

людей в свои шатры, красноречиво описывая эксклюзивные товары ручной работы. Я прикупила милые серебряные серьги с полумесяцами и маленькими ниспадающими звёздами из сияющего беломорита. Рони несла в руках трофейного плюшевого кита, которого скорее не выиграла, а настреляла глазками.

– Ого, лавка предсказаний! Срочно туда!

У бордового шатра с полосатым куполом и изображением колоды карт, большими буквами красовалась надпись: «Загляни в прошлое и увидишь будущее».

– Ты серьезно? С предсказаниями? – я скопировала ее озорство в глазах, но на деле, это был обычный сарказм, от чего она легонько пихнула меня локтем в бок и закатила глаза.

– Какая ты душная, – парировала Рони и скрылась за плотной шторкой входа.

Внутри нас ожидал стандартный шарлатанский атрибут в виде магического шара и колоды гадальных карт на чёрном низком столике, стоящем по среди помещения. Множество свечей на бронзовых подсвечниках тихо танцевали и освещали зону, где проводился сеанс, источая слабый восточный шлейф.

Предсказательница, увидевшая нас, выпрямила спину и начала вживаться в роль, медленно зазывая пальцем подойти ближе:

– Присаживайтесь, – велела она, указывая на разбросанные по полу велюровые подушки с кисточками из бахромы.

– Нет, спасибо, я тут группа поддержки, – почему-то очень тихо произнесла я и отошла к соседнему стеллажу, содержимое которого было прикрыто занавесом из полупрозрачной органзы.

Как только Рони села напротив, гадалка взмахнула рукой, демонстрируя длинные ногти и широкие рукава фиолетового халата с расшитыми пайетками, от чего свечи как по волшебству загорелись ярче. Очередной фокус женщины меня не впечатлил, и я повернулась к полке, немного раздвинув

14

шторку, чтобы осмотреть содержимое. Вся поверхность была заставлена стеклянными бутылочками и пробирками с разноцветной жидкостью, на них красовались этикетки, гласившие: «Снадобье для улучшения памяти», «Настойка из тёплых воспоминаний» и «Экстракт уверенности в себе». В большой плетённой корзине лежали маленькие льняное мешочки с сухими травами, обещающими чудодейственно быстрый эффект от различных недомоганий.

– Ох, дитя, тебя ждёт светлое будущее, – ворковала прорицательница, проводя указательным пальцем по линиям ладони подруги. – Вижу мужчину, что воспылал к тебе страстью… Это определенно, судьба, тем не менее, я чувствую, рядом с ним хочет быть не только ты одна.

Судя по выражению лица Рони, она свято верила во всю эту чушь и кивала в такт шаблонным фразам гадалки.

– Что ж, я дам тебе талисман. – Она вынула из шкатулки синий камень, нанизанный на шнурок, и обвязала его вокруг запястья моей наивной подруги. – Не волнуйся, моя девочка, теперь-то его точно никто не уведёт.

Рони рассмотрела уродливое украшение на руке и воссияла победной улыбкой.

– Теперь твоя очередь, деточка, – указывая на подушку, с наигранным потусторонним голосом произнесла женщина. – Не бойся.

– Я же сказала, что я здесь только для компании, – тут же ответила я.

– Ну пожалуйста, Эйли, ради меня, – умоляя упрашивала Рони, моментально создавая щенячьи глазки, от чего ее веснушки делались еще милей. – Развлекись, хоть пять минуток.

– Ладно, – вздохнула я и недоверчивого присела рядом со столиком.

– Начнём с карт, – изрекла предсказательница и начала выкладывать их по очереди рядом со мной. Первой выпала неочень приятная картинка с изображением женщины с насыщенными красными губами, одетая в длинное чёрное платье, закрывающее руки и шею. Вторая карта не имела изображения, она выглядела как серебристая отполированная поверхность, напоминающая зеркало. Третья карта изображала белую голубку, сидящую на корне корабля. – Так…так… так…– Брови женщины сдвинулись, а лицо выражало недоумение. – Дай свою руку. – Она взяла мою теплую ладонь в свою, от чего-то очень холодную и почти сразу же отпустила. – Уходите! – тут же закричала она.

– Что? Но вы же ничего не сказали.

– Нет, уходите! – предсказательница резко встала, моментально забыв об ауре спокойствия, в которой пребывала ранее. Она раздвинула шторку шатра, намереваясь окончить сеанс, достала кулёк с какими-то благовониями и быстро их разожгла, размахивая ими по своим владениям, будто хотела дымом смыть со стен наше присутствие. Запах таил в себе странные оттенки: жжённая солома с нотками гнилых яблок и сырой земли.

И…я снова переместилась.

ГЛАВА 3

Лунный свет кусками проникал через старое заколоченное окно. Под ногами хрустело сено, а леденящий ветер яростно завывал и сочился сквозь дыру в старой стене.

Первая мысль: «Кажется, меня угораздило попасть в какой-то амбар! Не самое лучшее начало». В подтверждение моей догадки, жалобно замычала корова, прятавшаяся за грудой мешков с кормами. Сердце пропустило удар, а по телу пробежали мурашки. Я отстранилась и нечаянно перевернула ведро с гнилыми яблоками.

– О боже, ты же меня напугала!

Немыслимо, я разговариваю с коровой!

Та уставилась на меня большими карими глазами и продолжила что-то жевать.

Медленно обходя ее и подбираясь к выходу, я прислушалась и отворила дверь амбара, от чего та предательски заскрипела.

Я определенно нахожусь в сельской местности, далёкой от цивилизации.

На улице меня встретила тишина, запах передвигающейся грозы и два тускло светящих фонаря у протоптанной тропы, судя по всему, направляющей в сторону дома. Интуиция подсказывала дать деру. Но куда я пойду? Отсидеться в старом, чужом амбаре перед грозой – не лучшая затея. С одной стороны меня встречало прохладное дыхание дремлющего леса и надвигающаяся пелена густого тумана, отчего волосы вставали дыбом и ноги сами потянулись в противоположную сторону. Тропа огибала небольшой яблоневый сад, проходила мимо грядок с неизвестными мне растениями и подводила к маленькому темносинему дому. Свет нигде не горел, а все звуки будто вымерли.

Я тихо поднялась по лестнице на обветшалое деревянное крыльцо и подошла к серой двери, краска которой порядком облупилась. Не знаю, сколько я простояла у входа, переминаясь с ноги на ногу. Раздумывала, стучать ли? Просто войти? Или лучше сбежать пока не поздно?

Ветер начал сильней завывать, подталкивая к принятию решения, и я потянулась в ручке.

Свет в доме загорелся, сопровождаемый тяжелыми шагами и сухим кашлем. Я резко одернула руку, приседая под окном, стараясь остаться незамеченной.

Мужской, старческий голос, с жёлчью выплевывал слова:

– Где шляется эта бестолковая девчонка? Пусть только попадётся мне под руку! Черта с два, я впущу ее в дом! С меня хватит, пусть остаётся на улице или живет в хлеву как свинья. Там ей и место!

Дверь резким порывом отворилась, и некто за волосы затащил меня в дом. Я даже не успела вскрикнуть, из легких выбило весь воздух, и я пыталась удержаться на улице, хватаясь за дверной косяк. Меня небрежно швырнули внутрь, как мусорный мешок. Я ударилась затылком об кресло, и на мгновение мир пошатнулся. Внутри уродливая каморка

выглядела ещё более отвратитель но, прямо, как и ее хозяин. Низкий журнальный столик справа от меня использовался как пепельница. По всюду стоял запах алкоголя и чего-то более мерзкого. Гарь, травы, гнилые яблоки и сырая земля… Черт!

Грузный, пожилой мужчина схватил меня за лицо и оскалился, обнажая полугнилые зубы:

– Думала я тебя не замечу? Вот так ты благодаришь меня за то, что я приютил тебя, когда твоей никчёмной мамаши не стало? Шляешься где-то по ночам, как шлюха! – Затем последовала смачная пощечина. Из глаз посыпались искры вперемешку со слезами боли и непонимания. – Ну и чего ты молчишь? Наверняка, потому что понимаешь, что заслужила все это. – Он зажал мне рот и с удовольствием в глазах, потушил окурок об мое запястье.

Впервые я закричала. Не то от боли, не то от ярости. С новообретенной энергией, я вцепилась зубами ему в плечо и рывком поднялась на ноги. Этот ублюдок резко приложил мою голову о стену, продолжая сыпать ругательствами. Ноги обмякли, голова закружилась пуще прежнего, но сдаваться было нельзя. Прежде чем он успел среагировать, я схватила горсть окурков и пепла со стола и бросила в его лицо, в надежде ослепить его на время. В запасе оставалось всего несколько секунд, и я бросилась бежать. Уж лучше в лес… Не оглядываясь по сторонам, я рванула прочь в густой туман. Ранее он пугал, но сейчас казался единственным местом, где я останусь незамеченной.