Ведьма повелителя драконов (СИ) - Озерова Татьяна - Страница 35

Чернуша растворилась в моих руках, превратившись в бабочку, взлетела на шкаф, снова превратилась там, наверху, в кошку.

“Чтобы не помешать том, что случится сейчас!“ — прошипела она, и тут же, с довольным мурчанием добавила: — “В окно можешь посмотреть. Может, что и углядишь“.

Я бросилась к окну. Жадно вгляделась. В темноте ничего не было видно.

Просто шевелящиеся тени, вроде как отдалённое рычание, но больше ничего увидеть не удавалось.

Но я всё равно до рези в глазах всматривалась, может, получится разглядеть?

Вдруг в густых тучах появился просвет, и яркий свет полной луны осветил поваленные деревья перед домом…

Я едва подавила вскрик, успев прижать пальцы к губам.

Сердце оглушительно заколотилось, меня сдавил едкий, липкий страх.

В свете луны, дракон бился в тисках громадного призрачного змея…

Смотрелось чудовищно, запредельно жутко.

Огромная призрачная тварь извивалась, сбивая сосны, нанося удары острым хвостом по прижатым, неподвижным в кольцах змеиного тела, крыльям дракона.

Я не видела голову змея. Казалось, она оставалась под землёй, а всё громадное тело, толщиной в полтора раза больше размаха крыльев дракона, извивалось в воздухе, обвившись кольцами вокруг повелителя, сдавливая его в чудовищных тисках.

Невозможно было смотреть. Как с такой тварью вообще можно справиться?..

Неужели сейчас это призрачное чудовище раздавит дракона?..

Слишком громадный змей. Да ещё и магией бьёт.

Я видела яркие разряды молний, пролетающие по поверхности колоссального призрачного тела, сгустками бьющие в чёрного дракона, плотно обвитого несколькими витками.

Туча полностью освободила луну, стало намного светлее, и я ахнула, когда окончательно рассмотрела, что именно происходит.

Жаркая волна прошла по телу, едва я осознала: это не змей душит дракона.

Это дракон крепко держит призрачное чудовище, несмотря на то, что крылья сплюснуты в кольцах змея.

Оказывается, повелителю и крылья были не нужны. Он держал себя в воздухе магией… И неуклонно, неумолимо, вытягивал змея из-под земли.

Всё выше и выше. Тварь билась, наносила удары хвостом, но дракон неумолимо поднимался выше, впившись когтями в призрачное тело.

Наконец, из земли показалась громадная голова. Раздув капюшон, как у кобры, змей раскрыл пасть. В свете луны сверкнули капли яда на острых призрачных зубах.

Удар! — голова змея метнулась к дракону. Не успела дальнейшее разглядеть в подробностях — слишком быстро двигались змей и дракон.

Всё смешалось. Кольца змея метались в воздухе так, что я вообще не могла разглядеть дракона. Сосны падали, молнии сверкали, ничего нельзя было разобрать.

Да потом ещё и туча снова набежала на луну.

Я стояла ни жива ни мертва. Смотрела в темноту. Когда снова луна выглянула из-за туч, ничего больше не было видно. Только поваленные деревья. И всё.

Так и стояла замерев, прижав пальцы к губам. Не думать. Ни реагировать. Ждать.

Не знаю, сколько я так простояла, всматриваясь в груду переломанных деревьев перед домом.

И протяжно выдохнула, задрожав всем телом, обхватив себя руками… потому что я услышала у двери низкий раскатистый голос: “Ольга, разговор есть. Выходи. Сейчас выйти ко мне разрешаю”.

Глава 51. Стена

Рокочущий голос повелителя драконов отозвался у меня внутри раскатистой вибрацией.

Голос Роалда…

Моя дрожь усилилась, я тяжело опустилась на пол, на колени, не в силах унять нервную дрожь, глядя перед собой невидящим взглядом.

Навернулись слёзы. Застыли, не проливаясь, мутной плёнкой застилая глаза.

— Ольга! — в голос дракона вплелось раздражение.

Ну да, он же не любит ждать.

Не любит…

В голове звенело, в груди оглушительно билось сердце, мысли всмятку. Да и я вся всмятку…

Я вся — как мой лес, буреломом, в щепках, вповалку..

— Ольга! — рявкнул дракон. — Выходи немедленно!

Надо встать. Войдёт же… Да, тут в доме такие защиты наворочены, что никто не войдёт. Но… как там говорила Чернуша? Этот может?

Вломится же, зверюга, всё сметёт, не заметит.

Я поймала внимательный взгляд изумрудно-зелёных глаз Чернуши, впервые за всё время, что знала её, увидела в них сочувствие.

Почему-то именно это оказалось соломинкой, за которую я ухватилась, раскручивая внутри маховик злости.

Мне не нужно сочувствие. И нервы эти все мне точно не нужны.

И особенно меня достали все эти тайны. Что дракон, что кошка, что дневники ведьм, как же меня это всё…

Я тяжело поднялась, медленно, как старуха, переставляя ноги, подошла к двери.

Опомнилась. Дёргаными движениями руки пригладила волосы, вытерла всё же пролившиеся слёзы, тряхнула головой и открыла дверь.

И оказалась смята, захвачена, стиснута в громадных мужских объятиях.

Луна снова вышла из-за тучи, осветила меня.

Роалд схватил меня за подбородок, повернул к лунному свету и замер, вглядываясь.

— Задело? — рыкнул он.

Я бы мотнула головой отрицательно, но он не дал мне этой возможности.

Грубо, жёстко — зашарил ладонями по моему телу, надавливая пальцами.

Рывком повернул к себе спиной, провёл несколько раз ладонями вдоль позвоночника — от шеи до поясницы. Так же руки и ноги ощупал — быстрыми и резкими рваными движениями.

А у меня — ком в горле, слёзы в глазах, нервная дрожь по телу.

Роалд снова повернул меня к себе… обхватил ладонями моё лицо, всматриваясь. Процедил что-то злобно и в воздухе рядом с нами повисли два огонька, освещая нас ровным мягким светом.

Он всматривался в меня. А я смотрела в его хмурое злое лицо. Над прямой чёрной бровью — три глубоких пореза. На скуле — ожог. Кожаная броня — в подпалинах.

Аура силы и ярости разъярённого могущественного мага сбила бы меня с ног — если бы он меня не держал.

Я не в силах была ни двинуться, ни сказать ничего.

— Я задал вопрос, — ещё больше нахмурился он. — Отвечай. Тебя молнией задело?

Я прерывисто вздохнула, и всё же нашла в себе силы прошептать:

— Нет. Я в порядке.

— Вижу я, в каком ты порядке, — прорычал он. — Что не так? Говори!

Дёрганным движением я подняла руку к его лицу, коснулась пальцами его щеки под ожогом.

— Это ведь был змеевик? — севшим, не своим голосом произнесла я. — Тот самый? Под трещиной? В земле? Как он сюда? С той стороны озера? Он тебя… Ты ведь… Крыльями даже… — сглотнула и всё же закончила фразу: — ты даже крыльями не шевелил. И молнии…

Повисла пауза. Я слегка погладила пальцами под ожогом, пытаясь сообразить, как его залечить.

— Ольга.

В голосе Роалда прозвучала странная интонация, которую я не распознала. Потому что ещё ни разу её не слышала.

Но это заставило меня оторвать взгляд от ожога и посмотреть в его глаза — цепкий, внимательный взгляд дракона, казалось, пытался проникнуть во все мои тайны, даже те, что я сама не знаю.

Его большой палец сместился с моей щеки на подрагивающие губы, погладил, и растёр влагу всё-таки пролившихся слёз на моей щеке.

— Я в порядке, правда, — прошептала я.

— Вижу, — усмехнулся Роалд, помедлил и спросил, прищурившись, прожигая меня цепким взглядом: — ты за меня что ли переживала?

Я вспыхнула, покраснела, опустила глаза.

Дёрнулась из его рук, но он тут же сжал мои плечи своими ручищами.

— В глаза мне смотри, — хлёсткий приказ и тут же мягче: — ответь.

Я прерывисто вздохнула, и… дважды коротко кивнула. И тут же покраснела сильнее. И разозлилась наконец-то.

Ура, неужели. Злость намного лучше чем вот это вот, непонятное, жгущее в груди.

— Что за разговор? — сжав зубы, я вскинула на него злой взгляд.

— Разговор подождёт, — отрезал Роалд со странной интонацией в голосе и ещё более странным выражением на суровом лице.

— Чего это? — я наконец-то приходила в себя. — Говори уж. Видишь, вышла. Сидела, как ты приказал, в доме ночами. Остальное тоже всё делала. Сейчас приказал выйти, вышла. Разговор, значит разговор.