Сварог (СИ) - Нарциссова Сана - Страница 12

— Сварог! — это была Нонцена. Он удивился ей. Впервые за несколько лет, она соизволила с ним заговорить, — Они хотят тебя убить.

— Кто?

— Царевичи.

Сварог усмехнулся.

— Так это не новость, душенька.

Нонцена хлопнула его по лбу.

— Я говорю правду. Утопят они тебя в болоте. Не верь им, не ходи за ними - уцелеешь.

Нонцена спешила, боясь, что служанки матери могут заметить её рядом со Сварогом, и она покинула его, вслед услышав слова благодарности от сводного брата.

Всю ночь перед испытанием, вместо сна, Сварог провел в размышлениях, как бы спасти свою жизнь.

Он не мог послушаться сестру и не идти за братьями, ведь до гор был только один путь, по которому он должен был пройти, и, если бы он предпочел свернуть с дороги, то братья немедля сообщили об этом Хотуну, что повлекло бы за собой неприятные последствия.

Царевич с горькой усмешкой заметил, что братья, в очередной раз пытаясь от него избавиться, продумали план до мелочей. С каждым годом их козни становились изощреннее, а нрав жестче. С каждым проведенным годом здесь, играя по их правилам, Сварогу было сложнее выживать, но иначе он бы и вовсе не прожил здесь и дня, предоставив повод для собственной казни, которую, как потом оказалось, он лишь отсрочивал на пару лет.

Сварог, все-таки, попал в их ловушку, но, хотя бы, был к этому готов. Когда братья убедились, что он намертво увяз, то бросили его умирать и продолжили свой путь. Сварог спасся. Он смог зацепить, отяжелевшую от пропитавшейся грязи, веревку на большой камень, лежавший неподалеку от него, и вытащил себя сам. До горы он дошел раньше братьев. Нашел в пещере древнее копье, хотел забрать, но оно было настолько старое, что не выдержало и разломалось прямо у него на руках. Сварог поставил копье на место, убрался из пещеры и сделал вид, что его здесь и не было. Он помнил, что сломавший древнюю реликвию таамовцев, мог стать угрозой для всего народа. Такая репутация не помогла бы в его и без того печальном положении.

Царевичи, один за другим дошедшие до пещеры, и, увидевшие поломанное копье, перед Хотуном стали винить друг друга в произошедшем. Когда же он спросил про Сварога, то все вместе сказали, что они потеряли его в лесу и не увидели у пещеры. Они предположили, что слабый и никчемный царевич просто заблудился и, наверное, скоро найдет дорогу домой. Когда он вернулся в замок, то поддержал легенду братьев перед отцом и сказал, что не смог найти пещеру. Царевичи через время догадались, кто сломал древнее копье, но рассказать об этом отцу они уже не могли.

Настоящее.

Сварог силой вырвал себя из воспоминаний, чувствуя, что он снова начинает вязнуть в топи отчаяния. Он выжил и это главное.

Тем временем, они уже подошли к лесу. Сварог не уставал восхищаться ирийской природой. Он впервые в жизни видел такое и не сдержал своего восторженного вздоха. Густой и могучий лес был словно живой и чувствовал его присутствие. Как только он сделал шаг на дикие земли леса, он тут же будто бы окутал Сварога в своих холодных, зеленых объятиях. Пение птиц доносились повсюду, приветствовали нового гостя, и создавали дух свободы, словно хотели этим духом его напитать. Деревья вокруг мирно шевелились от легкого ветра в такт их пению. Казалось, в этот момент, будто бы сама жизнь, через их музыку велела, наслаждаться каждой её каплей, пока она здесь и никуда от него не ускользнула. В каждом шорохе чувствовался покой. Сварог всего на мгновение закрыл глаза от наслаждения, глубоко вдохнул свежий воздух, наполненный ароматом деревьев и зелени, и постарался навеки запомнить свои впечатления. Это не тот сдавленный, жаркий сухой воздух в Тааме — этот воздух чист, в нем полно жизни, счастья, света. Земля под ногами была такой мягкой, что Сварогу было сложно бороться с желанием снять свою обувь и пройти по земле босиком, зарыться пальцами в почву.

Он не хотел забывать откуда он пришел, кем он был, чтобы лучше ценить все эти блага, что он таким чудом приобрел.

Сварог отвлекся от мыслей и только сейчас обратил внимание на то, что у Велеса с собой не было ни одного инструмента, чтобы срубить дерево. Он только сейчас подумал о том, что без железа в Ирие нет ни топоров, ни гвоздей и удивился. Как они справляются до сих пор?

— Не шуми, — сказал Велес, — И держись ко мне поближе. Здесь не любят чужаков. — Сварог послушно подошел к Велесу поближе, — Избы лучше строить из сосны или лиственницы. Они тепло держат хорошо и сами подолгу не прогнивают. Ствол у них ладный, в сруб хорошо укладывается. Для окон и дверей лучше брать дуб, но можно сделать и из ели, если дуба не найдешь. Нужны деревья здоровые и не слишком старые и не из окраины леса, а желательно из самого сердца.

— Почему?

— Лес тоже плодиться должен и простираться в ширь. Ежели все время из окраин обрубать - молодняк расти не сможет и в лесу останутся одни старички, которые светом с младшими не делятся. Да и живой наш лес, Сварог, ты, наверное, чувствуешь?

— Чувствую.

— Срубишь молодняк с окраин - оно на тебя обозлиться может, выпадет да придавит тебя собой когда-нибудь. Буйные они, молодые.

— Все как у людей, — заметил Сварог.

— Верно говоришь. Ну, хорош. Не будем до сердца леса доходить, можно и здесь деревце выбрать.

Они остановились у лиственницы. Велес похлопал своей широкой ладонью по стволу дерева, пробубнил что-то себе под нос, схватил двумя руками за ствол да как потянул! Сварог не поверил своим глазам. Неужели, он действительно думает, что сможет голыми руками вырвать дерево из земли? Но Сварог плохо знал этого Бога и через какое-то время усилий Велеса, земля под ногами Сварога зашевелилась и из нее вылезли корни старой лиственницы. Дерево упало, издав жалобный скрип, и, задев собой своих сородичей. Велес тряхнул руками и размял плечи.

— Прости, что с корнями, — произнес он, видимо, обращаясь к лиственнице. Без корней вместо неё вряд ли вырастет другое дерево, но в лесу было полно других лиственниц и одно вырванное дерево не грозило исчезновением всего вида, — Коряги мне твои нужны, — объяснился Велес. Под изумленный взгляд Сварога он сломал ещё пару деревьев ближе к корням, оставив их пни торчать из земли, сложил три дерева вместе и глянул на Сварога, — Сможешь вынести?

Все три сразу он тянуть не решился, но одну лиственницу он осилил. Велес снова недовольно выдохнул, злясь на слабость Сварога. Он нарочно обломал всего три дерева, учтя, что он не привык к труду. Сам Велес таскал по восемь, а то и десять за раз, если обмотать их вместе. Но он терпел, так же как и терпел сам Сварог.

Ему пришлось ни один раз вернуться за очередным деревом, он страшно устал, и Велес это видел и нарочно не давал ему передышки. Хотел приучить к тяжелому труду и закалить его дух. Сварог терпел, злился на Велеса, ругался в душе, но терпел и молчал. Он сам выбрал себе свой путь и отступать не собирался. Со временем его руки привыкли держать дерево, спина привыкла к тяжести, которой её нагружают, а ноги сами шли вперед. Теперь, хоть и было тяжело, но дело давалось ему легче. Сварог успокоился и даже стал бросать себе вызов: перетаскать три дерева за десять минут, чтобы не было так скучно заниматься одной и той же работой. Труд восстанавливал душевный покой бывшего царевича, и он в кое-то веки, начал чувствовать себя хорошо.

Тело болело - душа радовалась.

Велес одобрил его сдержанность, ожидая, что он вот-вот сдастся, скажет, что устал и больше не хочет таскать тяжесть. Но он выдержал, и Велес смилостивился над ним, сказав, что за остальным они придут завтра. Сварог обрадовался, услышав новость и с большим удовольствием размял все ноющее тело.

— От труда ещё никто не умер, Сварог, — сказал Велес, видя, как он устал.

— Ох, Велес, я бы с этим поспорил, — рассмеялся Сварог, впервые за все время, но сам не заметил этого. Ему действительно стало легче, — Знал бы, сколько бравых трудяг порубил мой отец - ты бы так не говорил.

Велес спорить не захотел.