Локки 10. Потомок бога (СИ) - Решетов Евгений Валерьевич "Данте" - Страница 13

И эта пьяная, но сам император алкоголем не благоухает. Хоть что-то…

— Приступим, — прошептал я и принялся писать на теле девушки, нисколько не переживая за то, что она проснётся. Выпила же.

И действительно, смертная лишь что-то с улыбкой бормотала во сне и слегка подёргивалась, поскольку кончик маркера щекотал её нежную кожу.

Солнце только-только взошло над горизонтом, трусливо заглянув в спальню императора, а тот уже раскрыл глаза и зевнул — не широко, как простолюдин, а элегантно, как аристократ.

Но уже через мгновение его глаза вытаращились, уставившись на любовницу, лежащую на боку. Её грудь и животик изобиловали словами, выведенными чёрным маркером.

— Какого хрена? — прошептал монарх совсем, как простолюдин, одновременно озадаченно и встревоженно вскинув брови.

Он резко сел, схватил девушку за плечо и перевернул её на спину.

Та открыла глаза, похлопала ресницами и томно промурлыкала:

— О мой повелитель, вы снова возжаждали…

— Молчи! — шикнул на неё император, быстро пробежавшись взглядом по буквам.

Те складывались в короткое послание, указывающее, где бог хаоса Тир Ткач реальности создаёт своих мегазверолюдов, с точными координатами крепости.

— Кто это мог написать? — лихорадочно прошептал правитель, не обращая внимания на перепугано замершую девушку. Та скосила глаза на грудь и ойкнула, увидев исписанную кожу.

— Так! Ничего не смывай и лежи здесь, — приказал ей император, накинул халат, открыл дверь спальни и выглянул в коридор.

Охранники посмотрели на него, но не успели открыть рты, как услышали приказ:

— Быстро приведите ко мне тех, кто дежурил ночью! А ещё пошлите за моим секретарём. Пусть собирает Малый совет.

Уже через час в одном из кабинетов дворца хмурый император глядел на своих ближайших сподвижников, рассевшихся за овальным столом. Они изрезали лбы глубокими морщинами, переваривая услышанное от правителя.

— Кхем-кхем, — прочистил горло седовласый князь Ярославский, потирая опухшее после сна лицо. — Выходит, кто-то проник в вашу спальню, да так, что никто и не заметил? И не убил вас, а оставил послание, указывающее, где Тир делает своих элитных бойцов.

— Именно так, — кивнул император, барабаня пальцами по столу.

— И кто это мог быть? — нахмурился князь.

— Не знаю, — покачал головой правитель, мельком подумав о Локки.

Выходка сильно смахивала на его проделки. Однако зачем ему было тайком пробираться во дворец? Он же мог и открыто явиться. Нет, наверняка это был не Локки.

— Ваше Императорское Величество, — обратился граф Орловский, — а вдруг это западня, ловушка? Может, в указанном месте и не стоит крепость Тира.

— Не знаю, — вздохнул монарх, потирая подбородок пальцами. — Но нам всё же стоит отправить туда разведчиков.

— Их и так мало, — вставил слово секретарь, обеспокоенно подёргивая ногой под столом. — А нам нужно объявлять новый набор в армию. Хаос усиливается, народ недоволен и ропщет. Как бы чего не вышло… волнения, спонсируемые соседями. Они же не отказались от идеи завладеть секретом молодильных яблок.

— Всё так, всё так, — покивал государь. — Но если послание правдиво, мы сможем ударить в самое сердце змеи.

Глава 7

Когда я возвратился в Гар-Ног-Тон, алая заря уже подожгла горизонт. Но несмотря на чудовищно раннее утро, город уже оглашали сонные голоса, стук молотков и истеричное повизгивание пил.

И даже жрица Бурая уже не спала. Она стояла посреди зала в моём храме, наблюдая, как две незаметные словно мышки служки зажигали свечи и благовония, окутывающие мой идол приятными ароматами.

— Повелитель, — произнесла она, заметив, как я вошёл, — доброе утро.

— Не спеши с выводами. Может, утро и недоброе, — усмехнулся я и сонно зевнул, отчаянно предвкушая, как сейчас повалюсь на кровать и просплю до следующего века.

— Да, недоброе. Вы уже знаете? — облизнула губы жрица, исподлобья посмотрев на меня.

— Что знаю? — тут же навострил я уши, предчувствуя очередное дерьмо, которое судьба швырнула на вентилятор.

— Сломанный Рог уже говорил с вами?

— Не-е-ет.

Жрица тяжело вздохнула и поманила меня рукой. Мы вышли из храма, оказавшись на ступенях, где никто не мог нас подслушать.

— Нам так и не удалось разыскать того или тех, кто устроил поджог склада, — виновато проговорила она, опустив голову.

Я мысленно испустил вздох облегчения. Моё воображение уже успело нарисовать что-то гораздо более трагичное и грандиозное, чем неудача в поимке той сволочи, что спалила склад.

Потому я с лёгкой иронией произнёс:

— Да-а-а, это тебе не блох у Сломанного Рога ловить, тут интеллект нужен. Кстати, где он?

— В голове, — проговорила жрица и на всякий случай ткнула пальцем в висок.

— Да я про минотавра. Где Сломанный Рог?

— А-а-а, — расплылась та в улыбке. — Да он с Инварром опять собачится. Его черти как-то не так начали делать башни, которые вы приказали построить.

— Башни — это, конечно, важно. Надо будет сходить и посмотреть, что с ними происходит. Хотя они наверняка сейчас ещё на этапе рытья котлована. И как, на хрен, можно начать собачиться из-за котлована? Не теми лопатами, что ли, копают?

— Инварр постоянно спорит со Сломанным Рогом, — сказала жрица, переминаясь с ноги на ногу, словно ей было стыдно жаловаться. — Он цепляет минотавра даже там, где особо и не за что, будто ненавидит. Не удивлюсь, если он ему и вредить начнёт когда-нибудь.

— Ну это вряд ли, — проговорил я и прикрыл ладонью очередной зевок.

Бурая вздохнула и вернула тему в прежнее русло, с надеждой посмотрев на меня:

— Может, вы как-то подскажете нам со Сломанным Рогом, как изловить негодяя, поджёгшего склад?

Я потёр лоб и медленно проговорил, соображая на лету:

— Слушай, давай-ка соберём в храме моих ближайших слуг и сподвижников. Прям всех, а не выборочно, как раньше. Пусть они ненадолго бросят свою работу да занятия и придут. Хочу с ними поговорить.

— Хорошо, я созову всех за час.

— Нет-нет-нет, за час не надо. Давай часика через два, — проговорил я, видя мысленным взором кровать. Она так и манила меня одеялом. — А лучше через три.

— Как скажете, повелитель.

Жрица косолапо двинулась по улице, а я как усталая лошадь, почуявшая долгожданный отдых, потрусил в свою комнату, попутно прикидывая, что грядущее собрание позволит мне взглянуть на смертных с помощью «пожирателя веры». Он показывал степень веры смертного, а гад, поджёгший склад, скорее всего не верит в меня или уже не верит.

Хотя, по правде говоря, девяносто процентов из своего ближнего круга я уже проверял на, скажем так, верность. Однако не всех, не всех… И вот теперь гляну на них разом, да так, что гипотетический предатель ничего и не заподозрит, ведь в храм зовут не одного или двух смертных, а чуть ли не всю элиту города.

— Авось что-то да выйдет, — пробормотал я и вошёл в свою комнату, одарив кровать широкой радостной улыбкой.

Та охотно приняла меня в свои объятия, а подушка словно молот ударила по голове, мигом выбив сознание. И я погрузился в сладкую тьму сна.

К сожалению, три часа пролетели как один миг. Кажется, я только глаза закрыл, как над ухом уже начал зудеть старик Мых будто беззубый комар.

— Локки, Локки, Локки, — повторял он, теребя меня за плечо.

— Прекращай, — выдохнул я, не открывая глаз. — Если ты ещё раз повторишь «Локки», я возненавижу собственное имя.

— Пора! Все уже внизу собрались.

Я тяжело вздохнул и разлепил пудовые веки, которые сопротивлялись мне, как окружённая крепость захватчикам.

— Ладно, сейчас спущусь, — проронил я, принял сидячее положение и потёр глаза.

Мых кивнул и пошёл к двери, подметая пол кончиком седой бороды.

— Надо бы переодеться, — пробормотал я и встал с кровати. Быстро сменил шмотки и спустился в зал.

Там уже толпился народ числом около тридцати: имперцы, зверолюды и их ближайшие помощники. У меня чуть слёзы умиления не навернулись, как это всё выглядело по-семейному. Словно собрались в одном месте дальние родственнички и начали перемывать кости друг другу, хвастаясь своими успехами.