Забудь меня… если сможешь (СИ) - Вера Виктория - Страница 18

— Леди Лоривьева Милс, — негромко объявляет хозяйка особняка, указывая на меня своей гостье, и затем поворачивает голову в мою сторону: — Леди Милс, позвольте мне представить вам Её Величество, королеву Паолу…

Глава 15

Источники и следствия лжи

Ева

— Леди Флюмберже, благодарю вас, но не могли бы вы оставить нас наедине? — королева Паола переводит внимание на хозяйку дома.

— Конечно, Ваше Величество, — кланяется и выходит из комнаты.

— Леди Милс, скажу прямо — вы заинтриговали меня. Последние недели эти ваши ночные платья, краснея и смущаясь, обсуждают все придворные дамы. При этом каждая уверяет, что лишь слышала о них от некой тайной подруги, но сама бы ни за что не осмелилась на подобное, — на её лице отражается скептическая улыбка. — Скажите мне, как много придворных леди на самом деле посетили ваши… тайные комнаты?

— Полагаю, много, Ваше Величество, — мысленно перебираю всё, что знаю о своих клиентках от Сэл и Ании, чтобы понять, кто из них находится при дворе. — Но я не могу оценить, большая или меньшая часть придворных леди успели приобрести или хотя бы заказать «особенные» ночные платья. Я мало знакома со столичными аристократическими семьями.

— Ах да… слышала вашу историю… — она снова оценивающе рассматривает меня. — Знаете, леди Милс, я представляла вас несколько иначе…

— Иначе?

— Совершенно иначе. Вы не похожи на женщину, которая… мм… которую описывают в придворных кругах.

Боюсь даже предположить, что там описывают с лёгкой подачи приспешниц Анриетты и леди Маноли.

— И ещё я восхищена вашей дерзостью, — в её глазах появляются задорные смешинки. — Мне особенно понравилось то, какое оправдание вы нашли этим аристократическим шалостям. Отыскать брешь в строгих конах Варрлаты было очень умно. До тех пор, пока леди не обязаны исповедоваться церковникам, всё это весёлое безобразие можно держать в тайне, не боясь кары богов Варрлаты.

Кто боится кары богов?

Леди?

Серьёзно?

Хотя… если вспомнить, что леди и лорд Вайлер отнесли три тысяче эке епископу за наисвятейшую воду и благословение… может, и впрямь верят во всю эту религиозную мистику?

— Вообще-то, я хотела увидеть вас не только из любопытства, — возвращает меня к разговору королева. — И то, что я скажу, не должно выйти за пределы этой комнаты. Надеюсь, вы это понимаете.

— Разумеется, Ваше Величество, — прикладываю кулак к сердцу в особом жесте, обещающем держать слово.

— Знаете, с момента рождения наследника прошло уже достаточно много времени… но все эти недели мой муж боялся… касаться меня и… отказывался оставаться со мной на ночь. Нет, не подумайте ничего такого, он был со мной нежен и заботился, только за своей заботой он словно забыл, что я не фарфоровая статуэтка, а ещё и женщина… ну вы понимаете…

Немного смущаюсь от откровенности разговора и отвожу взгляд на огонь в камине.

— Леди Милс, — в голосе королевы слышится веселье. — Вы смущены? Вы, которая заставляет мужчин гадать, что скрывается под вашим собственным платьем, смущаетесь откровенного разговора?

В комнате раздаётся мягкий приглушённый смех. Это немного разряжает обстановку, и я улыбаюсь королеве, стараясь преодолеть лёгкую нервозность.

Всё-таки к подобной встрече я была совершенно не готова и теперь опасаюсь нарушить какие-то неведомые мне нормы этикета. Хотя нужно признать, что Её Величество разительно отличается от остальных леди совершенно несвойственной для аристократки естественностью и лёгкостью.

— Кхм… в общем, я опасалась, что мой супруг обратит внимание на других леди… и не знала, как повлиять на его решение… — она слегка сводит брови к переносице. — Ваши ночные платья оказались весьма кстати. Поэтому теперь я хочу, чтобы вы готовили для меня, по крайней мере, по два новых ночных платья в неделю… и ещё…

Она задумчиво замолкает, а я жду, не решаясь открывать рот раньше времени.

— Леди Милс, вы же знаете, что я не… не отсюда, — вопрос риторический, потому что это знают все. — В моей стране женщины носят другое исподнее… гораздо более лёгкое. Знаете, такие небольшие шортики…

Королева делает жест, как будто рисует в воздухе картинку этих самых шортиков… ну, по крайней мере, пытается очертить их скромные размеры.

— Ваше Величество, вы бы хотели, чтобы я подготовила для вас нечто подобное?

— Да, — кивает. — Ох, если бы вы знали, как сложно привыкнуть ко всем этим громоздким панталонам! Особенно если всю жизнь до этого носил нечто иное!

Мне ли не знать…

— Вы, по крайней мере, додумались заменить завязки на пуговицы, что уже заметно облегчило жизнь столичным леди, но этот консерватизм и правила Варрлаты так утомляют! Понимаете, придворные швеи спорят со мной, убеждая, что, нарушив коны церкви, я призову на свою голову кару богов, и поэтому отказываются шить для меня неправедное исподнее! Ну каково, а? Спорят с королевой! Представляете? А я не хочу выслушивать их причитания и искренне считаю всё это полнейшей глупостью! Ну какая разница богам, какое у меня исподнее?

Королева поднимается и раздражённо расхаживает взад вперёд рядом с камином.

— Эти церковники совсем задурили простым людям головы! — на её скулах разгорается яркий румянец. — Почему никто не диктует мужчинам, что им можно носить, а что нет? А я скажу! Потому что церковники и сами мужчины!

— И потому что это не им приходится расправлять все эти сбивающиеся складки и воланы, и не им приходится тратить уйму времени, чтобы просто облегчиться…

— Именно, леди Милс! — поднимает палец вверх. — Нет, вы не подумайте… я вовсе не горю желанием добиться излишних вольностей в женских одеждах. И меня почти устраивает унылость нарядов, я даже нахожу их вполне удобными… особенно теперь, когда леди позволено не носить эти дурацкие пышные воротники в вечерних платьях и можно не затягивать шею на все пуговки в повседневных платьях. Ведь, было ужасно неудобно, когда невозможно было сделать глубокий вдох или свободно крутить головой! Да, сейчас стало немного легче… но нам всё ещё нужно больше комфорта… вы так не считаете?

— Считаю, Ваше Величество, поэтому… — приподнимаю подол своего платья, показывая, что вместо дневной сорочки под платьем лишь пристёгнутый к нижней части юбки волан в несколько слоёв.

Волан, который, как и положено правилами, на пару сантиметров выглядывает из-под верхнего платья, но создаёт иллюзию надетой под низ сорочки.

— Да вы всех обхитрили, леди Милс! — королева хлопает в ладоши и заливисто смеётся.

— Ваше Величество, я сделаю для вас более удобное и лёгкое исподнее. Кстати, мой салон оказывает услуги прачек, если вы пожелаете сохранить «новинки» в тайне от ваших горничных, — добавляю на всякий случай. — О, и если пожелаете, то мы изготовим для вас… мм… такую особую «сорочку», которая поможет поддержать грудь.

Судя по немного громоздкой посадке платья, грудь у королевы не маленькая, а, значит, с бюстгальтером ей было бы удобнее.

— Вы понимаете меня с полуслова, — королева хитро щурится, и в её глазах появляется довольный блеск. — Только я хочу быть первой, кто будет видеть подобного рода новинки.

— Это будет для меня честью, Ваше Величество, — коротко кланяюсь, отчего-то радуясь внутри, как маленькая девочка.

Кажется, я нашла себе влиятельную покровительницу. Нет-нет, я не обольщаюсь, но это для меня значительный шаг вперёд и хоть какая-то гарантия безопасности.

— И вот ещё, — королева подходит ко мне совсем близко и протягивает бархатный кошель. — Возьмите, леди Милс. Это лишь малая благодарность за вашу смелость… которая оказалась для меня так кстати.

От даров королевской семьи не отказываются, поэтому я принимаю кошель из её рук.

— Благодарю, Ваше Величество, — делаю глубокий поклон.

— Была рада познакомиться, леди Милс. Вы действительно не такая, какой я себе вас представляла. И вы приятно меня удивили. Я бы даже пригласила вас на чаепитие во дворец… но ваша репутация не позволит мне открыто благоволить вам. Надеюсь, вы понимаете.