Диверсант Назад в СССР (СИ) - Гросс Андрей - Страница 35

— Спасибо большое, Геннадьевич, вот это действительно дорогой подарок, — сказал я, — взял документы.

— Так что, если запахнет жареным, —сказал Геннадиевич, глядя мне в глаза. — Я думаю, ты парень умный, сам поймёшь когда это произойдет или если со мной что-то случится ноги в руки и беги подальше от сюда.

— А что с вами может случится? — опять не понял я. Не нравился мне настрой подполковника, он мне явно что-то недоговаривает.

— Да все что угодно, если меня посадят, арестуют, или ещё что похуже, то ты сразу «ноги в руки» и реально беги на Дальний Восток, или в Сибирь с этими документами.

— Вячеслав Геннадьевич, я надеюсь, что все-таки до этого не дойдёт.

— Нет, не думаю, если меня уйдут, уйдут на пенсию, то тебе лучше действительно исчезнуть. Потому что те, кто придёт на моё место, либо попытаются использовать тебя в своих интересах, заставят работать на них, угрожая тебе разоблачением, либо просто тебя убьют, как ненужного свидетеля.

Я и сам прекрасно понимал то, что сейчас говорил подполковник, но у меня было задание предотвратить теракт, до которого осталась всего одна неделя, а что будет со мной дальше — меня это мало интересовало. После того через что я прошел на нескольких войнах в двадцать первом веке, жизнь в конце восьмидесятых в СССР казалась просто раем.

— А, черт, была не была! — махнул рукой подполковник Зверев. — Мою вину перед тобой это, конечно, окончательно не загладит. Но ты, наверное, единственный, кому я могу об этом рассказать. У тебя есть листок бумаги и ручка? Принеси сюда, пожалуйста. — Я ничего пока не понимая, принёс ему тетрадку и ручку.

— Вот смотри, Серёга, лет двадцать назад, когда я был молодым опером, я нашёл один схрон, видимо, его ещё немцы во время войны оставили для своих диверсантов, когда отступали. Содержимое этого схрона в целости и сохранности, я ходил проверял год назад, там всё на месте, его никто, кроме меня, до сих пор не нашёл. Мене про этот схрон в конце шестидесятых годов, мой дядька рассказал он во время войны, в НКВД служил, он давно умер и как выяснилось, кроме меня, никому больше не говорил про него. Я нарисую тебе подробный план, как добраться до этого немецкого тайника.Он находится недалеко от города.

— Немецкий схрон — это, конечно, круто! Но почему вы мне именно сейчас о нем рассказываете?

— Там в этом схроне оружие и ещё много чего интересного. Такие тайники немцы для своих разведчиков готовили, при отступлении из Сталинграда, хотели спящую ячейку агентов оставить в нашем тылу. Мне-то это добро, слава богу, не пригодилось, а тебе-то мало ли, может, и понадобится. — сказал Геннадьевич, рисуя карту на тетрадном листе. Отдав мне нарисованную им карту, он встал из-за стола и направился к входной двери.

— Всё. Я пошёл. — сказал подполковник пожимая мне руку. — Ты пока сиди тихо. Работай как ни в чём не бывало и смотри по сторонам. Если в течение пары недель я не выйду на связь, собирай вещи и беги…отсюда…куда-нибудь подальше.

Я закрыл за ним дверь и пошел на кухню допивать чай.

Подполковник Зверев ушел, на улице уже совсем стемнело, а я долго сидел на кухне и думал, что мне делать дальше.

Прошло два дня. Я приехал с работы очень поздно, потому что мы с новой экспедиторшей развозили неучтенные партии мяса по рынкам и ресторанам. На следующий день у меня был выходной, решил поспать хотя бы часиков до десяти утра. Вдруг я проснулся от того, что услышал, как кто-то открывает дверь ключом. Черт побери, кто это может быть? Полковник Зверев так никогда не делал. А я свой комплект ключей никому не давал. Я аккуратно встал с кровати, стараясь как можно меньше шуметь. Я прямо в трусах, не одеваясь подкрался к двери в комнату и встал, прижавшись спиной к стене так, что меня не было видно из коридора.

Судя по звукам кто-то разулся в прихожей, судя по лёгким шагам, что скорее всего это была женщина, которая и не пыталась вести себя тихо.

— Эй! Есть кто дома?—.голос явно принадлежал пожилой женщине. Я прямо в одних трусах вышел в прихожую, передо мной стояла пожилая женщина лет шестидесяти, интеллигентного вида, довольно прилично одетая… Она спокойно смотрела на меня.

— Здравствуйте, — сказала она. Ничуть не смущаясь того, что я стою перед ней не совсем одетый… — Я так понимаю вы знакомый Вячеслава Геннадьевича. — сказала она, глядя на удивлённое выражение лица на моём заспанном лице Я растеряно кивнул головой.

— Тогда разрешите представиться Зинаида Павловна, хозяйка этой квартиры. Дело в том, что о сдаче я договаривалась квартиры я договаривалась только с Вячеславом Геннадьевичем. А как теперь быть, даже не знаю… Вы долго здесь жить планировали, молодой человек?

Я пожал плечами.

— Сейчас я оденусь, —. Я пошёл в свою комнату, быстро одел трико и футболку и вышел к хозяйке.

— Вячеслав Геннадьевич сказал, что вы сдаёте надолго. Ну, если какие-то проблемы, то вы, конечно, хозяин квартиры, я по-вашему первому требованию могу съехать. Ну, вроде как за меня Вячеслав Геннадьевич поручился, можете его спросить.

— Не смогу я его спросить, — сказала Зинаида. — Что ж ты за такой хороший знакомый, если ты про него не знаешь?

— Про Вячеслава Геннадьевича? Чего не знаю? — насторожился я.

— Его уже хоронят завтра, а ты ни сном ни духом.

— Чего? Как это хоронят? Да, я его видел несколько дней назад, — я не верил своим ушам, и смотрел на эту женщину как на сумасшедшую.

А вот так — внезапная остановка сердца! Так бывает, жил, жил человек, раз — и нету его. Вроде здоровый такой был. Но работа у него была нервная! Тут я вообще впал в ступор.

— Ну, я смотрю, ты парень хороший. Я дам тебе время, чтобы новое жилье найти. Сама пока у родственницы поживу. Где-то с месяцок у тебя будет, чтобы съехать.

— Ничего не понял,— я помотал головой всё еще неверя услышанному.— Как это Вячеслав Геннадьевич умер? Я же недавно с ним разговаривал?—

«Неужели они его реально тоже устранили? Сначала Маринка, а теперь Геннадьевич. Хороший он был мужик, я-то уж повидал за годы службы, таких офицеров, как он, во все времена было немного. Я чувствовал себя так, будто убили моего близкого родственника. Видимо, люди, с которыми решил тягаться подполковник Зверев, очень серьезные, раз не побоялись устранить подполковника МВД. Ну теперь, наверное, скоро и за мной придут, чтобы выписать мне командировку в страну 'вечной охоты».

Как меня предупреждал подполковник Зверев, если с ним что-то случится, то это будет сигнал, что мне пора исчезнуть из поля зрения этой мясной мафии. На следующий день я приехал на мясокомбинат и, пройдя через проходную, я не спеша пошел в гараж, я всё думал о том, что мне нужно сваливать из города и ехать в сторону Уфы, чтобы быть пораньше на месте катастрофы и подальше от этой мясной мафии. Заигрался я в двойного агента! Нужно валить из Воронежа, пока меня не отправили вслед за подполковником Зверевым.

Как только я зашел в гараж, мне передали, что директор мясокомбината Коган вызывает меня к себе. Меня это насторожило. Я вышел из гаража и пошел к административному зданию завода и поднялся в приемную к директору, секретарша зашла к нему в кабинет и доложила ему обо мне. На этот раз директор сразу предложил мне войти.

— А, Серёжа, здравствуй! — сказал Коган, увидев меня. — Мне опять нужна твоя помощь. Раз уж у тебя хорошо это получается, не мог бы ты мне опять отогнать машину? Всё туда же, в Уфу, на тот адрес, откуда ты мне «Волгу» пригнал.

Я немного помялся, честно говоря, это было неожиданно. Я думал, это была разовая акция, а оказывается нет, они решили тут целый трафик наладить. И, черт побери, это же мистика какая-то! Я же весь вечер и утро думал о том, как мне побыстрее попасть в Уфу на место катастрофы.

— Да, в принципе, можно, — сказал я вслух, пожав плечами. «Как бы там ни было, больше мы с тобой, товарищ директор, не увидимся», — подумал я.