Падение клана Шэ. Том 1 - Ян Ло - Страница 27

Краем глаза она увидела, как какая-то тень проскользнула через окно. Даже не задумавшись, Шэ Юэ сделала выпад, но тень легко его заблокировала.

– Маленькая сестрëнка не даëт застать себя врасплох.

Шэ Юэ выдохнула с облегчением.

– Шисюн! Зачем пугаешь?! Какой ты противный!

Она надулась и отвернулась.

– Противный? А что ты скажешь на это?

Шисюн поставил перед ней тарелку с пирожками и поднос с чаем.

– За всеми этими сражениями ты и поесть толком не успела, я ведь тебя знаю. Ешь сейчас.

Шэ Юэ поняла, что и вправду ничего не ела с самого утра.

– Ты такой заботливый! А все остальные только и делают, что ругаются!

– Разве же не за дело? – Шисюн усмехнулся. – Хотя твоя матушка вот довольна. Пусть ты не достала Зеркало глубин, зато привела жениха с Зеркалом глубин, это ли не чудо?

– Шисюн! – Шэ Юэ ткнула его в плечо. – Не смейся! Принц никогда на мне не женится, да я и не хочу замуж. Я останусь помогать старшему брату, ведь он так обо всëм волнуется!

– Может, это не самая плохая мысль, – вдруг серьëзно сказал Вэйянь.

– Что?

– Пока глава управлял поместьем и школой, мне не в чем было его упрекнуть. Но сможет ли он в одиночку прославить клан Шэ… ты видела его в сравнении с принцем. Я волнуюсь за Цзюэ.

Шэ Юэ стало страшно. Она сказала о том, что будет помогать старшему брату, просто так. Она и не думала, что ему на самом деле нужна помощь…

Но ведь шисюн был прав. Матушка никогда не касалась внешних дел клана и занималась лишь хозяйством. Братец Юй умел выслушать и много узнал из своих книг, но был застенчив и на люди показывался редко. Братец Янь-янь был ещë мал, да и нрав у него слишком добрый и нежный…

Оставалась только она. И шисюн.

– Ему не придëтся в одиночку… у него ведь есть ты! – нашлась она.

Шисюн странно взглянул на неё, будто хотел что-то сказать, но сдержался.

– Значит… значит, мы вместе должны ему помогать. Шимэй, это серьëзное дело, обдумай его как женщина, а не как девочка. Если ты решишь выйти замуж и уйти, то будешь служить семье мужа, она станет для тебя важнее. Но если решишь остаться, значит, должна всю себя посвятить нашему клану.

– Ничто и никогда для меня не будет важнее семьи Шэ! – Шэ Юэ задумалась. – Шисюн… а если… если я выйду за ученика нашей школы? Тогда я буду и замужем, и рядом с братом!

Шисюн вдруг побледнел, и взгляд его застыл.

– За… за которого, шимэй? Неужели… у тебя есть кто-нибудь на примете?

Шэ Юэ рассмеялась. Шисюн всегда был таким подозрительным!

– Нет конечно! Они все слишком маленькие и скучные. Но ведь никогда не знаешь, кто завтра к нам постучится, правда?

– Да… это правда, – процедил шисюн и встал. – Спокойной ночи, шимэй.

Она даже не успела ему спокойной ночи пожелать в ответ, как он сбежал. Такой странный!

Наутро все, кроме братца Цзюэ, принимавшего главу Огненного Меча, собрались завтракать у постели Янь-яня, чтобы немного его развеселить.

Янь-янь сидел как в воду опущенный: матушка уже отругала его за то, что он доставил семье хлопоты, но приготовила курицу гунбао, как он любил, и уговаривала съесть хоть кусочек. Братец Юй, не отрываясь от еды, рылся в книгах, отыскивая рецепт Золотого бутона: после чудесного исцеления Янь-яня он твëрдо решил повторить чудесный рецепт.

Братец Цзюэ успел прежде, чем все встали из-за стола, и неожиданно привëл с собой демона.

– Юй, нужно осмотреть руку господина Хуаня, – сказал он обеспокоенно. – Она слишком медленно заживает, боюсь, как бы ни пришлось отрезать еë.

Хуань Фэнбао рассмеялся.

– Моя кровь – раскалëнная лава, как может ей так сильно повредить чей-то яд?

Он бесцеремонно присел к столу, взял плошку, предназначавшуюся для брата Цзюэ, и принялся орудовать палочками как у себя дома.

Матушке краска бросилась в лицо, но она ничего не сказала. Шэ Юэ переглянулась с Янь-янем: тот смотрел на гостя настороженно, но молчал.

– Все знают, что он демон, – шепнула она на ухо Янь-яню. Он не стал задавать вопросов, но видно было, что его так и распирает.

– Я хотела спросить у тебя, Цзю-эр, – матушка дала старшему брату новые палочки. – Что это за искусный музыкант, о котором ты говорил на собрании? Я не помню такого среди наших знакомых и ныне живущих. Говорят, настоятельница с горы Эмэй выравнивает потоки ци игрой на цине, но это техника лечения, и для нас непригодна.

– Такого музыканта нет, матушка. – Цзюэ сделал равнодушный вид, но Шэ Юэ заметила, как дëрнулась его щека. – Я солгал, чтобы от нас не отвернулись. Но мы ещë можем его найти! Я верю, что где-то он непременно есть.

– Есть, – вмешался братец Юй. – Только служит он демонам Агатовой горы. Он ведь как-то использовали Зеркало глубин!

Хуань Фэнбао что-то неразборчиво пробормотал с набитым ртом.

– Что-что?

– Я говорю, он им не служит, он ими правит, – Хуань Фэнбао потянулся за очередным кусочком курицы. – Это Белый Яд. Он владеет техникой искажения ци через звук флейты.

– Но если Белый Яд жив, значит, ему больше трëхсот лет, – возразил братец Цзюэ. – Он мог прожить столько, только если сам демон или святой отшельник.

– Он ни то ни другое. – Хуань Фэнбао налил себе чаю. – Но кажется, знает запретную магию, продлевающую жизнь.

– Зачем нам тебе верить? – надулся Янь-янь. – Ты демон!

– Да, я демон и прожил среди вас сотни лет, поэтому знаю, о чëм говорю. Попридержи язык перед старшими. – Фэнбао расправил рукава и принялся за чай. – Даже если я ошибаюсь и он мëртв, значит, у него есть ученик. Но я не ошибаюсь. Он приходил ко мне десятки раз, рассказывал обо всех своих злодеяниях.

– И… о смерти отца? – спросил Янь-янь, стиснув одеяло.

– Янь! – прикрикнула матушка. – Кто спрашивает о таком?!

– Да, и о смерти Шэ Баоиня я тоже знал. – Хуань Фэнбао взглянул на Янь-яня так, что Шэ Юэ сделалось тревожно. – Мальчик, смерть твоего отца была важна для Белого Яда. Он ненавидел клан Шэ.

– А я ненавижу его! Но как нам отомстить за отца? – Янь-янь заëрзал. – Есть ещë время, я подучусь играть на лютне, и тогда…

– Глупый! – не выдержала Шэ Юэ. – У тебя же слуха нет! Когда ты играешь, все собаки в округе начинают выть! Пусть лучше учится братец Юй, он хорошо играет на гуцине!

Все засмеялись, а Янь-янь покраснел от стыда.

– Даже не думай ни о какой мести, – заявила матушка. – Мстить будут взрослые, ты же – ребëнок. Неужто поход на Юйшань тебя ничему не научил?

Янь-янь совсем застыдился и умолк. Шэ Юэ было жаль его, но всë же она радовалась, что за его проступком все забыли о еë выходке.

Братец Цзюэ отложил палочки.

– Можно сколько угодно говорить о мести и долге, – сказал он со вздохом. – Но нужно что-то решать. Завтра Чжоу Вэйянь отправится на север, а Юй на запад. Будем искать великого мастера…

Хуань Фэнбао рассмеялся.

– А я схожу на юг, там, говорят, полно прекрасных цветов! Ладно, раз вы хотите мстить, я вам помогу. Знаю я одного отшельника. Если он не умер, то до сих пор обитает в горах. Пойдëм, укажу тебе на карте.

Цзюэ взглянул на него удивлëнно и последовал за ним как заколдованный. Шэ Юэ подождала для приличия и тайком последовала за ними. Она пробралась на крышу, сдвинула черепицу… но к еë неудовольствию, ничего не было слышно: братец Цзюэ и Хуань Фэнбао склонились над картой голова к голове и говорили вполголоса, так что не разобрать. В конце концов ей стало скучно, и она сбежала.

Гости из благородных школ ещë не разъехались, но такого оживления, как раньше, уже не было. Особенно ей было жаль учеников Огненного Меча. Фэн Гуанмин с унылым видом тренировался во дворе, а его отец стоял над ним с палкой, будто учил мальчишку, а не юношу. Шэ Юэ не выдержала и рассмеялась, но тут же зажала себе рот.

Фэн Гуанмин от неожиданности выронил меч и немедленно получил удар палкой.

– Глупый мальчишка! Так ослеплëн самолюбованием, что не заметил барышню Шэ! И что это за стойка? Поделом тебя обсмеяли!