Падение клана Шэ. Том 1 - Ян Ло - Страница 19

– Получивший такую награду будет всю жизнь чувствовать себя обязанным клану Шэ, – задумчиво произнёс он. – Золотой бутон в обмен на убийство какого-то паука… нет, награда слишком велика. Значит, этот прохвост Шэ Цзюэ попросит потом о другом одолжении. Давай-ка не будем спешить.

– О каком одолжении? – Цзиньюань не в настроении был пить. Его тело рвалось за боевыми барабанами, кровь стучала в висках.

– Вернуть и другое своё наследие. Думается мне, баоцзы, они позвали столько народу, чтобы поквитаться, наконец, с Агатовым владыкой.

Цзиньюаню недосуг было раздумывать, прав Фэнбао или снова уверен, что весь мир крутится вокруг него. В Западной Шу он редко сталкивался с осквернёнными зверями, а уж демонов не видел вовсе, но знал, что где одни, там и другие. Правда, никто так и не смог объяснить ему, отчего так выходит, но он, впрочем, и не доискивался ответа. Голодный тигр сожрёт тебя, и не важно, знаешь ли ты, отчего он голоден.

Цзиньюань присматривался к деревьям и растениям, пытаясь угадать, как далеко разошлась скверна, но бамбук зеленел всë так же нежно.

Первая демоническая тварь, встретившаяся им, – волк с горящими нечеловеческим огнём глазами, – обошла их стороной. – Почуял меня, – прошептал Фэнбао. – Ну, это будет легко!

Однако он просчитался. Волк не сбежал – он вернулся, ведя за собой стаю.

Стая, впрочем, не спешила нападать. Волки остановились на почтительном расстоянии, рыча и капая слюной. Цзиньюань готов был поверить, что запах сильного демона их смущает.

– Совсем обезумели, раз решили напасть! – Фэнбао достал кнут. – Сейчас отведают огоньку!

– Нет, стой! – Цзиньюань удержал его руку. – Лес может загореться!

– И что? Одним махом уничтожим всех тварей!

– А невинные, которые могут пострадать? Это земли, священные для клана Шэ, в конце концов!

Фэнбао выругался сквозь зубы.

– Ладно, добродетельный принц. Тогда я просто пугну их!

Он хрустнул шеей, разминаясь, сбросил с плеч одежду, и на глазах Цзиньюаня снова принял обличье огромного чëрного демона с огненной гривой непослушных волос и золотыми глазами. Теперь Цзиньюань ясно видел, что его рога – бычьи, ни с чем не перепутать. Но в этот раз вместо страха ему пришло на ум, что, раз есть рога, значит, где-то, наверно, скрывается и хвост…

Он помотал головой. Что за глупая идея?!

Волки тем временем в ужасе припали к земле, спрятав хвосты между ног. Видно, страх сковал их, не позволяя сбежать. И всë же скверна взяла своë: вожак стаи прижал уши и зарычал, напружинившись для прыжка.

«Конечно… – снова пронеслось в голове Цзиньюаня неуместное. – Хоть он и огненный демон, но по сути-то – корова. Где видано, чтобы волки боялись коров…»

Он порадовался, что Фэнбао не способен читать мысли.

– Безмозглые твари! – взревел Фэнбао. – Катитесь, пока я добрый!

Он наклонился, выставив вперëд рога, набрал побольше воздуху в мощную грудь и выдохнул.

Горячий ветер прокатился по лесу, трава побелела, листья пожухли, как от недельной засухи. Цзиньюань едва успел закрыться рукавом, но и его обдало жаром.

Ветер не утихал, вокруг трещал и ломался бамбук, и волки не выдержали наконец: жалобно скуля и визжа, повернули назад.

Дождавшись, пока скроется последний, Фэнбао выпрямился и пригладил волосы когтистой пятернëй.

– Ну, благодетель всего живого? Порадовал я тебя?

Его голос похож был на гул пламени в трубе. Но Цзиньюаня это не испугало. Он подошëл ближе, глядя снизу вверх, потому что впервые заметил странное: на мощной чëрной груди и руках демона золотились следы уколов, при каждом движении истекавшие жаркой лавой, то золотой, то белой. Там, где эти капли попадали на землю, трава начинала дымиться.

– Это… следы тех игл? – Цзиньюань протянул было руку, но тут же отдëрнул, поняв, что обожжëтся. – Тех… которыми тебя превратили в раба.

– Да. – Фэнбао стëр золотой след пальцами, задумчиво взглянул на руку. – Они никогда не заживут. Баоцзы… есть боль, которая на всю жизнь остаëтся с тобой, сколько бы ты ни…

Он вдруг резко повернулся, словно услышал что-то, втянул ноздрями воздух. Длинный чëрный язык облизал клыки.

– Какие-то маленькие перепëлки засели в кустах. Идите сюда, я вами пообедаю!

Кусты затряслись и зашуршали. Цзиньюань услышал, что там кто-то оживлëнно спорит шëпотом, сбежать или нет.

– Барышня Шэ, – позвал он, думая, что сходит с ума и голос ему почудился. – Прошу, выходите. Мой слуга вас не обидит.

Кусты зашуршали вновь, и барышня Шэ выбралась, за ухо ведя юношу, которого, как помнил Цзиньюань, называли Янь-янь.

– Раз ваш слуга демон… – настороженно начала Шэ Юэ, глядя исподлобья, – Тогда кто вы? Зачем вы проникли в наш клан?

Цзиньюань заметил, что мальчик Янь-янь крепко держится за меч, а Шэ Юэ спрятала руки в рукавах так, будто там метательные ножи. Но сильнее любого ножа его ранил взгляд.

«Я верила тебе», – говорили еë глаза.

Цзиньюань поклонился.

– Простите, что ввëл вас в заблуждение, барышня Шэ. Я – У Цзиньюань, третий принц Западной Шу. Мой слуга – действительно демон, но я имею власть над ним. Я освободил его из гробницы на Агатовой горе, только чтобы он употребил свою силу на благие поступки.

Фэнбао подошëл к Шэ Юэ, нависая над ней, но та не дрогнула, лишь закрыла собой брата.

– Я не просто демон, детишки. Я – сам Агатовый король!

– Агатовый… – прошептал Янь-янь, сжимая рукав сестры. – Агатовый владыка…

Шэ Юэ не успела его удержать – он с яростным криком вылетел вперëд, размахивая мечом.

– За отца! За клан Шэ!

Цзиньюань бросился ему наперерез, но мальчишка оказался неожиданно ловким и проскочил под его рукой…

…чтобы попасться Фэнбао. Тот одной рукой схватил его за шиворот и поднял как котëнка, а другой выбил из руки меч одним прицельным ударом.

– Я спокойно спал триста лет, пока Белый Яд порочил моë имя! – прорычал он. – Я – Хо Фэнбао, победитель степных колдунов! Думаешь, мне льстит, что меня считают теперь жалким разбойником?! А?!

От его возгласа горячий ветер, словно дыхание пустыни, вновь прокатился по лесу. Янь-янь испуганно замер.

– Я думаю, он говорит правду, – спокойно сказал Цзиньюань, пользуясь моментом тишины. – Барышня, юный господин, мы преследуем одну цель. Давайте оставим разногласия.

Шэ Юэ не отрывала от него взгляда, и наконец кивнула.

– Вы могли убить нас… но не убили. Может быть, вы не лжëте. Помогите нам уничтожить паука, и мы никому не расскажем, кто вы на самом деле. Но потом уходите!

Фэнбао поставил Янь-яня на землю и вновь принял человеческий облик. Заметив, наконец, что он полуобнажëн, Шэ Юэ поспешно отвернулась, и Цзиньюань успел заметить премилый румянец на еë щеках.

Освобождëнный Янь-янь немедленно отбежал подальше, всë так же поглядывая исподлобья.

Фэнбао подразнил его длинным демонским языком.

– Разве дети должны тут быть? Иди домой к мамочке, вояка!

– Я мужчина из клана Шэ!

Шэ Юэ тяжело вздохнула.

– Он не должен был идти, сбежал самовольно. Я собиралась отвести его домой, но тут нас окружили волки.

– Я не хочу домой! Я тоже буду сражаться! Демону наше сокровище не достанется! – крикнул Янь-янь и взмыл в воздух до самой вершины бамбука. Одно мгновение, и его уже не было.

– Вернись! Ох… – Шэ Юэ покачала головой. – Я за ним, а вы…

Она не закончила и исчезла, преследуя брата.

Фэнбао задумчиво посмотрел ей вслед.

– Храбрая, неглупая, красавица… может, у тебя есть вкус, баоцзы. Но женщины клана Шэ никого ещë до добра не довели.

– О чëм это ты? – Цзиньюань перевëл дух. Больше всего он опасался, что Шэ Юэ больше не взглянет на него.

– У моего императора была наложница из клана Шэ. Но это история для другого раза. Идëм, баоцзы, пока солнце высоко. Золотого облака у меня нет, придётся пешком.

Цзиньюань двинулся за ним. На человеческом теле Фэнбао не было никаких ран, но неужели он каждую секунду чувствовал боль? Как можно жить с этим?