Убийство в Нетенвиле - Марч Элен - Страница 12

– Не стану отпираться. Жду полицейские рапорты сегодня. И пока ты не начала возражать, скажу: я добыл для тебя информацию по делу Свона. Коробочку с флешкой ты получишь у своих родителей. Желаю удачно провести время.

– Но, Алекс!

– Счастливого Нового года, Беатрис! – тихо хохоча, воскликнул сыщик и быстро отключил телефон.

– Большой ребенок, – произнесла Беатрис, когда Алекс отключился.

Детектив был чрезвычайно доволен собственной персоной. Подкинув телефон вверх, он ловко подхватил его в воздухе, бодро поднимаясь с постели. Пора приниматься за дело.

Нужно сказать, что Стоун не блефовал. Красная коробочка с флеш-картой действительно находилась под новогодней елкой в родительском доме Беатрис. Рядом стояла коробка побольше – еще один подарок.

Алекс славился особым талантом ладить с людьми, переманивать на свою сторону, а с теми, с кем он не мог договориться (таких было немного), Алекс расправлялся другими методами. В конце концов, сыщик добивался того, чего хотел.

Визит в дом Хордвеев был запланирован на восемь часов вечера. К этому времени Алекс еще не получили полицейские отчеты, что его немного расстроило, ведь он надеялся обладать большей информации ко времени встречи, однако сыщик быстро нашел в этой ситуации большой плюс: его суждения будут объективнее, а отчеты более полными (данные постоянно обновляются).

Предварительно позвонив Роджеру и напомнив о встрече, Алекс направился в дом семейства Хордвей на своем автомобиля, хотя хозяин дома предлагал ему личный транспорт.

На входе Алекса встретил дворецкий и проводил в дом. Хелен и Роджер уже ожидали его, расположившись на нежно-розовом резном диване в просторной гостиной.

Алекс был не частым гостем в доме Хордвей: детектив предпочитал встречаться с Роджером на нейтральной территории: в ресторане, пабе или покерном клубе. А с Хелен сыщик вообще не желал иметь общих дел.

Алекс взглянул на печально известную светскую львицу: она привела себя в должный вид. Хелен была одета в вечернее платье черного цвета, которое должно было подчеркнуть траурность момента, однако вычурное бриллиантовое ожерелье, украшавшее шею Хелен, говорило скорее о том, что она играла роль скорбной жертвы ужасно неправдоподобно. Тщеславие не позволило ей даже на несколько дней отказаться от неприличных в данном контексте украшений.

– Добрый вечер, Роджер, – Алекс протянул руку поднявшегося с места друга. – Хелен, – молодая особа также протянула руку, взяв пример со своего мужа.

Обменявшись любезностями, Хелен затянула привычную светскую беседу:

– Алекс, надо сказать, я рада видеть вас в нашем доме. Жаль, что повод такой скверный.

– Ничего не поделать.

– Да. Смерть – ужасное, ужасное событие. Журналисты буквально оккупировали наш дом в своем желании взять интервью. Стервятники! – с жаром воскликнула Хелен, вскакивая с места. Впрочем, она быстро взяла себя в руки. Медленно, театрально зашла за спину мужа, положив руки ему на плечи. Роджер с теплотой посмотрел на Хелен, накрыв ее руку своей ладонью. – Хорошо, что Роджер их всех разогнал. Нечего им здесь выискивать. Достаточно тех фотографий, которые они сделали! Нет, вы только взгляните!

Алекс принял из рук взбудораженной Хелен свежую светскую хронику и пробежался взглядом по тексту и фото. Усмехнувшись, сыщик отложил газету в сторону. Хелен тревожил лишь её неопрятный вид, который пронырливые журналисты успели зафиксировать.

– Как быстро они все пронюхали! Наверняка это проделки Ванессы! – миссис Хордвей эмоционально всплеснула руками, нервно проходя из одного угла комнаты в другой.

Вот поэтому Стоун предпочитал не приезжать в дом Роджера. Его жена порой сильно переигрывала.

– Хелен, безусловно, это все очень интересно и я бы с удовольствием обсудил с вами светские новости, однако я ограничен во времени, – Алекс нарочито посмотрел на часы, демонстрируя их миссис Хордвей.

– Разве, вам не стоит узнать любые обстоятельства этого дела?! Это могло бы помочь вам, – Хелен недовольно сморщила нос, усаживаясь на кресло. – Впрочем, если вы так уж спешите, задавайте свои вопросы. Будто бы мне мало допросов полиции, – уже более тихо добавила миссис Хордвей.

В то время как Хелен упражнялась в сценическом мастерстве, демонстрируя самые пошлые позы, запрокидывая голову вверх, или подпирая ее рукой так, будто она никак не удержится без опоры, Роджер наполнил два бокала темно-коричневой жидкостью и протянул один другу.

Алекс принял бокал только из вежливости, немного пригубив. Алкоголь не входил в его сегодняшние планы. По крайней мере, пока.

– Роджер, если ты позволишь, я бы хотел поговорить с тобой и Хелен по очереди. Думаю, это будет более правильно.

Просьба Алекса на некоторое время озадачила Роджера, однако он выполнил её, молчаливо, задумчиво последовав к двери. Лишь в проходе он, обернувшись, сказал:

– Я буду в столовой, позовете меня, как закончите.

Когда муж покинул комнату, Хелен немного напряглась. Это было заметно по ее опустившимся вниз плечам и плотно сжатым у щиколотки ногам.

– Хелен, из рассказа некоторых свидетелей, мне стало известно, что вы довольно близко общались с мистером Фостером, уделяя ему много внимания, на что он, судя по всему, отвечал, поскольку во время выстрела вы стояли неподалеку от него. Я бы даже сказал, в непосредственной близости.

– Ваши свидетели преувеличивают. Так и норовят меня оклеветать. Страшно сказать, какие ужасы мне приходится испытывать на этих приемах. Впрочем, с мистером Фостером я действительно вела беседу.

– По-моему, даже в его кабинете.

– Вы прекрасно осведомлены, мистер Стоун. Да. Действительно, я попросила дворецкого отвести меня в кабинет к мистеру Фостеру, чтобы поговорить.

– О чем же?

– Но об этом я не могу вам рассказать, Алекс. Это сугубо конфиденциально, – изворотливо ответила миссис Хордвей.

– Хелен, произошло убийство, и я должен докопаться до истины. Обещаю, что ваш муж не узнает подробности разговора, равно, как и кто-либо другой. Не волнуйтесь и расскажите мне все подробно. Проявите дань уважения к убитому.

Речь Алекс немного приструнила Хелен и она стала серьезнее.

– Я бы хотела помочь, но мне нечего рассказать, Алекс. Когда я зашла в кабинет Фостера, он только-только закончил разговаривать по телефону.

– Это был мобильный телефон?

– Нет, обычный, что стоит на столе. Это так старомодно!

– Продолжайте.

– Увидев меня, он вскочил с места и направился навстречу. Мы обменялись парой-тройкой слов. Ничего существенного, уверяю вас. И он поторопился выпроводить меня из кабинета и вышел сам.

– А после того, как вы вышли, дверь в кабинете была заперта?

– Да. Фостер лично запер дверь на ключ и положил его во внутренний карман пиджака. Я не заостряла на этом большого внимания. Обычные меры безопасности. Роджер также запирает кабинет на ключ. Даже от меня. Впрочем, я не стремлюсь разбираться в его многочисленных бумагах.

– А в котором часу это было?

– В половину второго. Я заметила, потому что у Фостера в кабинете висели дивные часы, на которые я не могла не обратить внимания.

– И вы вместе вернулись в зал?

– Именно так. Фостер почему-то очень спешил. Наверное, не хотел заставлять гостей ждать. Радушный хозяин. Хотя его требование по поводу досмотра вещей меня возмутило.

Хелен, временами, уходила в сторону от нужных Алексу вопросов, поэтому сыщик не давал собеседнице возможности «разойтись» и задавал вопросы «в лоб».

– Во время приема Фостер не вел себя странно? Может быть, нервничал, или отлучался?

– Вроде бы нет, – подумав, ответила Хелен. – Только в кабинет, я уже говорила. Мне не с чем сравнивать, поэтому сложно говорить о странностях, помимо этой встречи я общалась с Фостером лишь однажды. Мельком. Он не любит появляться в обществе. Очень закрытый человек.

Алекс нахмурился: далеко не первый раз он слышит утверждения о том, что Фостер – закрытый человек.