Егерь. Опасная Зона (СИ) - Скиба Николай - Страница 42

Завтра начнётся самая сложная охота в моей жизни.

Я достал из рюкзака последние запасы магической пищи и поделил между питомцами. Они должны быть сыты и полны сил — каждому из нас предстоит работать на пределе возможностей.

— Слушайте внимательно, — мысленно обратился к ним, когда трапеза закончилась. — У нас мало времени. Завтра… Война. Всё или ничего, понимаете?

Афина насторожилась, её уши встали торчком. Красавчик замер на плече, уловив серьёзность момента.

Неделя ещё не прошла, но я уже понимал — дальше тянуть нельзя. Ресурсы и силы подходили к концу, но я привык доводить дело до конца. Хотя рассудок настойчиво шептал, что ещё пара попыток превратят охоту в затяжное самоубийство. День, ну максимум два — это всё что осталось.

Повернулся к Красавчику. Его задача была самой сложной.

— Ну что малыш, — я осторожно взял горностая в ладони и поднёс к лицу. В его маленьких чёрных глазках читалась абсолютная готовность. — Тебе предстоит самая тяжёлая работа, кто бы мог подумать, да? Полагаюсь на тебя, дружище.

Я передал ему образ: пока Афина шумно преследует первую рысь, он должен найти вторую.

— Она не должна тебя учуять, — продолжил инструктаж. — А когда найдёшь — дай знак, напоминаю. Дальше дело за мной.

Красавчик коротко тявкнул и кивнул крошечной головой.

— И ещё, — я стиснул его немного крепче, чувствуя, как под пальцами бьётся маленькое сердечко. — Если что-то пойдёт не так — беги. Не геройствуй, не пытайся спасти план. Просто беги ко мне. Понял?

Горностай посмотрел на меня с таким выражением, будто я сказал что-то обидное. В его взгляде читалось: «За кого ты меня принимаешь? Я справлюсь».

Эта самоуверенность одновременно восхищала и пугала меня. Красавчик был храбрым, умным, но всё же оставался маленьким зверьком.

Мы просидели до глубокой ночи. Я снова и снова передавал им образы местности, возможные варианты развития событий.

Афина впитывала каждую деталь, словно хищная машина, программирующая себя на охоту. Мышцы напрягались и расслаблялись — она мысленно репетировала будущую погоню.

Красавчик превратился в белую молнию, мелькающую между камней. Включал маскировку — исчезал его запах. Выключал — возвращался. Снова и снова, пока навык не стал частью его естества, как дыхание.

Получено опыта: 200

Получено опыта: 350

Уведомления больше не отвлекали. Я понял логику этого мира — система награждала за обучение питомцев, за их развитие. Каждый новый навык, каждое улучшение приносило свои плоды.

Когда луна поднялась высоко над горизонтом, я встал и потянулся. Мышцы ныли после сегодняшней работы по подготовке каньона.

— Спать, — приказал я Красавчику, поставил Афину в дозор и заставил себя расслабиться. Завтра мне понадобятся ясная голова и твёрдые руки.

Рассвет застал меня уже бодрствующим. Сон был коротким, но глубоким — тело восстановилось настолько, насколько могло после вчерашних изнурительных работ.

Афина потянулась, выгнув спину, и зевнула, обнажив внушительные клыки. Красавчик проснулся почти одновременно со мной, его маленький нос задвигался, анализируя утренние запахи.

Голова была занята финальной проверкой плана.

— Ладно, — пробормотал я, поднимаясь и отряхивая одежду от пыли. — Пора двигаться.

Мы вышли из пещеры в прохладное утро. Солнце только начинало подниматься над горизонтом, окрашивая скалы в мягкие золотистые тона.

Лес просыпался.

Я повёл питомцев по знакомой тропе к нашим ловушкам. Но на полпути остановился, глядя на развилку.

Прямо — к каньону.

Налево — крюк через то самое ущелье, где мы убили больного медведя.

Память услужливо подсказала картину: кладбище из костей, тёмная пещера, запах смерти и гниения. Логово хозяина этой территории которое теперь пусто.

Я сжал губы, взвешивая варианты.

С одной стороны, времени в обрез. Нужно добраться до позиции и закончить уже эту охоту.

С другой стороны…

Такой шанс может больше не представиться, а день запаса у меня есть.

Логово могущественного зверя остаётся бесхозным. Алхимические реагенты, внутренности, что-то в самой пещере — мало ли, что из этого может оказаться по-настоящему ценным в этом мире?

Но самое главное — разгадка той самой «заразы», что превратила обычного медведя в безумную машину убийства. Система неспроста пометила его как «Заражённый» — а значит это не просто болезнь, так ведь? Ну и кто знает, может найду какую подсказку о поведении рысей.

Медведь мёртв, оставшиеся в живых шестилапые твари разбежались после той резни, если вообще выжили. Временная возможность безопасно исследовать место.

Афина вопросительно посмотрела на меня, но последовала без возражений. Красавчик забрался на плечо и устроился поудобнее.

Дорога заняла около получаса. Кошка двигалась рядом бесшумной тенью, а иногда останавливалась, принюхиваясь к воздуху, и я замирал следом, прислушиваясь к её инстинктам.

Утреннее солнце пробивалось сквозь кроны деревьев, рисуя пятна света на земле. Птицы щебетали в ветвях, где-то вдали журчал ручей. Обманчивая идиллия.

Вскоре перед нами открылся знакомый вход в ущелье.

Я остановился у края, вглядываясь в сумрак. Солнце ещё не поднялось достаточно высоко, чтобы осветить дно, и оттуда тянуло холодом и затхлостью. Тёмный провал словно зиял пастью. Стены были покрыты мхом и лишайником, местами виднелись тёмные пятна — то ли от влаги, то ли от крови.

Запах разложения усилился — тёплая погода ускоряла процесс гниения. К мускусному аромату медведя примешивался сладковатый смрад падали. Я поморщился и прикрыл нос рукавом.

Инстинкт заставил меня напрячься и обострить все чувства.

Идти вслепую было бы чистейшей глупостью. Хозяина больше нет — это да. Но кто знает, какие падальщики уже пришли на пир? В этом мире даже безобидная на первый взгляд тварь могла оказаться смертельно опасной.

Я огляделся по сторонам, ища удобную позицию для наблюдения. Метрах в пятидесяти от входа нашёл крупный валун — идеальное укрытие с хорошим обзором тёмного провала между скалами.

— Афина, жди сигнала, — мысленно приказал я, выбирая удобную позицию за камнем.

Кошка тут же легла рядом, прижавшись к земле. Её мышцы были напряжены, готовые в любой момент метнуть её в атаку.

У каждого из моих питомцев есть своя роль, своё предназначение. Афина — боец и охотник. А вот Красавчик… он прирождённый разведчик. Маленький, быстрый, с обострённым чутьём и способностью маскировать запах. Именно для таких ситуаций Раскол и создал его — проникнуть туда, куда не пролезет крупный зверь, оценить обстановку, вернуться с информацией.

— Красавчик.

Он спрыгнул с плеча и встал передо мной, подняв крошечную мордочку. В его чёрных бусинках-глазках читался вопрос.

— Так, малец, — твёрдо сказал я горностаю. — Твоя очередь работать. Быстрая разведка — что там внутри, есть ли угроза. Осторожно, не лезь внутрь, только оцени ситуацию у входа. Чуть что, сразу назад, что надо я и так почувствую. Не рискуй, понял?

Белый комок меха бесшумно понёсся по камням в сторону тёмного провала. Его лапки едва касались земли, он двигался с невероятной скоростью и грацией, словно призрак. Я напрягся и сконцентрировался, чтобы чувствовать каждое его движение, каждую эмоцию.

Следил за ним через связующую нить, чувствуя его осторожность и сосредоточенность. Красавчик делал то, для чего был создан — собирал информацию там, где более крупные хищники были бы слишком заметны или уязвимы.

Я почувствовал от него решимость, смешанную с боевым азартом. Малыш явно хотел показать себя, доказать свою полезность.

— Осторожнее, — ещё раз мысленно напомнил я, и почувствовал в ответ что-то вроде раздражённого фырканья. Мол, я всё понял, сколько можно повторять⁈

Афина рядом замерла, её хвост дёрнулся — знак беспокойства.

Красавчик миновал первые двадцать метров, скользнул между камнями у подножия скалы.