У жизни свой план. Самоподдержка в периоды тревоги и перемен - Латушкина Екатерина - Страница 12

Как человек, который не позволяет себе оказаться слабым, я очень-очень старалась: искала возможные причины и травмы, упорно работала с ними и много и долго терпела. Когда я поняла, что у меня уже ну очень много и понимания себя, и доверия к себе, что я могу разобраться со своими паттернами и глубинными убеждениями, а мне всё равно плохо, я сама пошла к психиатру. И там получила четкое объяснение всему, что со мной происходило: комплексное посттравматическое расстройство[15] и циклотимия.

Знание диагноза помогает:

1. Объяснить, что с вами происходит. Это может быть не просто «усталость» или «я слабак», вполне возможно, что дело в нейробиологической стороне вопроса, которую можно регулировать.

2. Увидеть другую трактовку событий. Например, вместо установки «я просто неудачница» в вашей голове появится новая мысль: я боролась с очень сложным состоянием, о котором даже не знала.

3. Узнать, что именно с этим делать. Нужна ли поддержка препаратами? Какой метод психотерапии больше подойдет?

4. Выбрать свой путь с учетом имеющихся данных.

Я долгое время не знала, что со мной происходит, и это отражалось на всех сферах моей жизни, в первую очередь на отношениях.

Еще до свадьбы, когда я только переехала к своему тогда будущему мужу, мы столкнулись с первыми сложностями. Долженствование, о котором я писала во второй главе, тянуло за собой гиперответственность и трудоголизм, а особенности работы моего мозга в период гипомании давали на это силы и энергию.

Только спустя годы я пойму, что эти сила и энергия всегда взаймы. Буквально за несколько месяцев работы в таком режиме я выгорела и заболела.

Моя стратегия всегда одна: если есть проблема, должно быть и решение. Муж поддерживал меня. Так мы справились с моим выгоранием, сыграли свадьбу, пережили его операции, одну из них — в день регистрации брака. Я ушла с работы, чтобы заниматься здоровьем, отучилась на инструктора по йоге. Мы уехали в свадебное путешествие в Индию, и казалось, что для нас открыта дорога в счастливое будущее, где мы сможем если не всё, то очень многое.

Но случился 2014 год, очередной экономический кризис, резкое падение рубля, неопределенность… Все это отразилось на муже. Сегодня, оглядываясь назад, я вижу то, чего не заметила тогда: узнаваемые признаки депрессии. Весьма частое явление для мужчин, переживших экономические потрясения. Важно: это навсегда останется лишь моей гипотезой, диагноза никто не ставил. Но опираясь на свои знания и опыт, сейчас я могу предположить, что это было за состояние.

(Много лет спустя в книге Дмитрия Викторовича Ковпака, президента Ассоциации КПТ, у которого мне довелось учиться, я прочитала такие строки: «Разумной женщине стоит понимать и осознавать весь масштаб угрозы, стоящей перед семейным благополучием, и трезво разъяснить себе, что в ее же интересах подставить сейчас свое изящное, но крепкое плечо для моральной поддержки мужчине». Я нахожу в этих строках очень здравое зерно и дальше расскажу, как именно вижу это в деталях.)

В ту пору я не знала, с чем мы имеем дело, и уж тем более не знала, чем именно я могу помочь. Муж не делился со мной переживаниями, ведь «мужчина должен решить сам». Кроме того, возможно, он не видел моей готовности участвовать. И в этом есть доля правды: из-за своего нестабильного эмоционального состояния я тогда действительно не была готова решать вопросы «взрослой жизни».

Я не замечала проблему, которую требовалось решать (в первую очередь грамотной поддержкой), — я видела лишь безынициативность и нежелание двигаться к нашим общим целям.

Сейчас я вижу, как непросто нам обоим было тогда. Несмотря на внутренний кризис, мы много гуляли и говорили о будущем. Но эти разговоры имели в виду какое-то другое будущее, которое когда-нибудь наступит вследствие всё меняющего волшебного события.

Разговоры и рассуждения вместо действий. Сериалы вместо реальной жизни. Пустые мечты вместо маленьких шагов и ошибок, которые дают опыт и повышают мастерство. Избегание вместо проживания эмоций — радости от успехов и грусти от поражений. Поиск оправданий, почему не сейчас, вместо выхода из застревания.

Есть такой тип депрессии, которую иногда называют высокофункциональной: человек продолжает жить обычной жизнью, скрывая всю внутреннюю боль и апатию, — привычная норма, при которой ему интересна жизнь и на нее есть силы, снижается. И со временем человек привыкает к этому — к постоянной усталости, недовольству, ощущению бессмысленности и невозможности что-то изменить. Возникает ощущение, что все так живут.

«Я сам разберусь»

И тут я хочу отметить очень важную вещь. Вклад женщин в существование семьи и развитие отношений часто остается незамеченным не из-за того, что слишком мал, а потому, что исторически он сам собой разумеется.

Способность держать всё в голове, заботиться, организовывать, ответственно подходить к мелким и крупным задачам — всё это женщина может нести на своих хрупких плечах, одновременно находясь в хронической усталости и эмоциональном выгорании.

Бедные выносливые женщины! Ежемесячные гормональные скачки могут влиять на всё — от настроения и уровня энергии до голоса и внешнего вида. Я, например, стараюсь по возможности переносить все задачи, требующие моей энергии, на первую фазу цикла и не планировать ничего сверхважного на вторую. Женщина рожает детей, восстанавливается. Сталкивается с давлением общества: получай образование, строй карьеру, выходи замуж, скорее становись мамой, «а почему только один ребенок?», ухаживай за собой, развивайся, занимайся спортом, бытом… Нередко всё это звучит чересчур требовательно и беспощадно.

И к сожалению, не каждый мужчина умеет оказывать ту поддержку, которая при всей своей простоте способна в корне изменить отношения в семьях и парах, — внимание к чувствам партнера и человеческое присутствие.

Мне очень хочется, чтобы вместо обвинений и выяснения, кто больше виноват, мы посмотрели на ситуацию не как на поле боя между мужчинами и женщинами, а как на задачу, которую можно решить только совместно, действуя заодно.

Традиционно считается, что женщины больше подвержены депрессии. Но в 2013 году исследование Лизы Мартин с коллегами заставило в этом усомниться. Ученые выяснили: если учитывать «мужские» симптомы депрессии (раздражительность, агрессию, злоупотребление алкоголем, рискованное поведение), то статистика выравнивается[16].

При этом в России мужчины реже обращаются за психологической помощью, умирают на десять лет раньше, чем женщины, и в шесть раз чаще, чем женщины, лишают себя жизни.

Бедные всесильные мужчины! В них с детства воспитывают ощущение «ты должен». Им говорят:

Мужчины не плачут.

Мужчина обязан обеспечить семью.

Настоящий мужчина должен справляться со своими проблемами сам.

Молча.

Такие убеждения формируют мужскую привычку определенным образом обходиться со своими эмоциями — чаще всего игнорировать их, потому что проживать их — это не по-мужски.

Мы нередко забываем, что эмоциональная нагрузка ложится и на тех, кто держит всё на своих плечах, и на тех, кто не умеет просить о помощи. Это действительно неочевидно. В восьмой главе мы поговорим о том, что и многим женщинам сложно попросить поддержку, чтобы не показаться слабой.

В наши дни некоторые известные мужчины только-только начинают открыто говорить о том, что депрессия реальна, что они проходят психотерапию, что отказываться идти за помощью, когда тебе хреново, — значит быть врагом себе и своим близким[17]. Но традиционная общественная установка по-прежнему звучит иначе: будь мужчиной, показывать эмоции стыдно, превозмогать сложности нужно молча, стиснув зубы.