Жена янтарного князя (СИ) - Атлант Полина - Страница 19

Сестрица угостила меня креблями и принялась рассказывать о том, как у маленького прорезаются зубки, а средний чудит и требует постоянного внимания.

Я кивала, делая вид, что слушаю, но мысли мои были далеко. Значит, выходит, что в прошлом одну из моих дальних родственниц убили. Милослава была потомственной мастерицей янтарных украшений. Я тоже ювелир, но я ничего не знала о том, что в моем роду были мастера.

Боги явно против несправедливой гибели Милославы! Поэтому я попала в ее тело в петле времени, чтобы наша линия потомственных мастериц не оборвалась. Только так я могла объяснить происходящее со мной.

— Как твой супруг? — Агнешка налила в кубок светло-розовый отвар.

— Все хорошо, спасибо! На посевной пропадает. К друзьям ездили на ритуал проводов весны. А твой… как?

— Андреас тоже в поле, кстати, с твоим Ингольфом. Вчера угря коптили, готовимся потихоньку к пиру в честь окончания посевной, — устало ответила сестра, присаживаясь на табуретку.

— Когда этот пир? — я отпила теплого отвара, и на душе стало спокойно.

— Ярилин праздник всегда в первом летнем месяце, а у нас сейчас конец второго весеннего месяца, — улыбнулась Агнешка, очевидно, имея в виду июнь.

— Слушай, меня по-прежнему мучают видения, Ядвига посоветовала сходить на капище, принести живую жертву, чтобы душу вымолить…

Агнешка покачала головой и положила свою руку на мою.

— Не ходи никуда. Ты замужем за северянином, а значит, боги его теперь и твои покровители. Видения пройдут, погоди немного!

Я облегченно выдохнула.

— Мне и самой не хочется по таким местам ходить. Ребеночка я жду!

— Ой, боги, счастье-то какое, хвала богине плодородия! — воскликнула Агнешка и бросилась меня обнимать. — Вот и правильно, теперь тебе о здоровье нужно заботиться, и о душевном тоже, отдыхать и хорошо кушать!

— Постараюсь!

— Ингольф-то как рад, вы так давно ребенка ждете! — Агнешка прищурилась и прикусила губу.

— Пока не говорила, подожду немного, он сейчас занят, — выпрямила я спину и встала.

Сестра тоже вскочила.

— Приходи почаще, ты давно у меня не была, — с грустью сказала она.

Я подошла и обняла ее. Мне пора было возвращаться. Не хотелось затягивать с заказом, чем быстрее я его закончу, тем больше времени останется на отдых.

— Буду стараться, все равно скоро не смогу долго в мастерской сидеть.

— Вот и правильно! Гулять тебе теперь надо, это полезно, и пей отвар из дикой мяты с имбирем, он от утренней тошноты спасает, — проводила меня Агнешка до порога, где ждали охранники.

— Спасибо за совет, сейчас это очень кстати!

Мы поцеловались на прощание, и я вернулась в мастерскую. Мой работник уже вернулся с леской и усердно шлифовал бусины. Я облегченно присела в кресло, смотря как он ловко это делает. Устала я что-то, пойду, наверное, прилягу.

Глава 22

Вернувшись домой, я попросила Эрну впредь готовить мне отвар с мятой и имбирем. И он, к моему удивлению, действительно помогал — тошнота проходила быстро. Я прилегла отдохнуть, подложив руки под голову, и сон сморил меня мгновенно.

Мне привиделась во сне мастерская, но не та, в которой я работаю сейчас, а словно из другой, реальной жизни. И я ее внезапно вспомнила — свое небольшое ювелирную мастерскую, доставшуюся мне по наследству от дедушки, который тоже мастерил украшения из янтаря.

Воспоминание во сне было настолько ярким и живым, что я ощутила запах полировочного воска и легкий, терпкий аромат смолы, исходящий от необработанных камней. Под стеклом витрины в бархатных коробочках лежали на продажу новые украшения — серьги, кулоны и кольца, мерцающие в приглушенном свете.

В этой мастерской царила особая атмосфера. Стены, увешанные старыми, пожелтевшими фотографиями деда и его работами, словно шептали истории о прошлом, о традициях, передаваемых из поколения в поколение. Я чувствовала его присутствие, его поддержку и незримую веру в меня.

Я резко проснулась от стука в дверь. Открыла глаза и увидела служанку, стоявшую на пороге.

— Госпожа, там господин Ингольф приехал, желает говорить с вами, — сказала она с робкой улыбкой.

— Спасибо, сейчас приду! — ответила я, чувствуя себя отдохнувшей и полной сил.

Приведя себя в порядок, я вышла к супругу. В приемном зале пахло рыбным супом и свежим укропом. На столешнице служанки разложили для просушки пучки собранных весенних трав, источающих тонкий, едва уловимый аромат.

Ингольф стоял у стола с кубком пива в руке. Выглядел он сильно уставшим, в грязной одежде. Волосы взъерошены, лицо не брито. Видимо, сразу с поля примчался.

Как только я увидела его строгое выражение лица, мне сразу стало не по себе. Что опять я сделала не так? Кто знает, может, ему снова наплели что-то про меня, после того как я в лесной храм местных ходила.

Я подошла и нежно поцеловала его.

— Здравствуй, милый!

Ингольф тяжело вздохнул.

— Добрый вечер, дорогая!

В этот момент подошла Эрна и протянула мне кубок с недопитым отваром.

— О, господин, вы вернулись, распоряжусь, чтобы баньку приготовили!

— Нет, не нужно, я вернусь на поля! — остановил он ее жестом.

— Но хоть поешь, любимый, — нервно ответила я, отпивая глоток отвара.

— Потом… — он устало присел на стул. — Я хотел поговорить по поводу твоего несчастного случая в бухте. Может, ты что-то еще важное вспомнишь?

Я тоже присела напротив. Сразу полегчало от мысли, что он вернулся не для того, чтобы ругать меня.

— Я тебя слушаю, милый!

— Сыскарь от старосты приезжал ко мне, хотел с тобой поговорить. Но я ему запретил в мое отсутствие расспрашивать тебя! Я сам спрошу обо всем, поеду к нему и сам все передам, — сказал муж серьезно, глядя мне в глаза.

Служанки накрыли на стол, разлили по глиняным чашкам ароматный рыбный суп, к которому подали темный хлеб с соленым маслом.

— Я согласна с тобой, супруг. В твое отсутствие я бы не стала разговаривать с ним!

— Припоминаю, что ты говорила, мол, Алиция занялась украшениями, и что ее работник весь молочный янтарь скупил на рынке. Это так?

Я кивнула, стараясь скрыть волнение.

— Да! Это — так. Узнала об этом от своего работника, кажется… или от Антонины. Но, наверное, от работника, так как я должна была сделать украшения для погребального ритуала, а у нас как раз закончился молочный сорт.

— И вы решили с Антониной пойти к пристани без разрешения Альвара, он же ее тоже без дозволения никуда саму не отпускает! — удивленно спросил муж, смотря на меня исподлобья.

— Я хотела сперва сходить на рынок, там посмотреть. Антонина же сказала, что торговцы уже все разошлись и нужно идти к пристани, где ловцы торгуют янтарем… — я сглотнула, чувствуя, как во рту пересохло. — Правда, Антонина не захотела со мной туда идти, так как начался шторм, и она предложила пойти и купить у Земовита молочный янтарь.

— Хм, то есть получается, что Антонина знала, что весь молочный янтарь скупила Алиция, и вместо того, чтобы сразу тебе предложить пойти к ней, она сперва повела тебя к пристани, я правильно понял?

— Клянусь тебе, милый, так и было! — меня уже начало трясти от накатывающего волнения.

Снова вспоминать о своей гибели совсем не хотелось. Вернее, и о гибели Милославы… Хотя, правда, пора с этим разобраться! Я же почему-то была уверена, что с моим покушением связана Алиция. Может, она не желала мне смерти, хотела просто припугнуть, чтобы я бросила мастерство и не была ей в этом конкуренткой.

— Милая, я тебе верю, не сомневайся! Но что Антонина за подруга такая, почему сразу тебя не отговорила идти к причалу? Мои работники сказали, что сильный шторм бушевал несколько дней, — отметил он.

— Я не знаю, было ли худое в помыслах Антонины, но она часто упрекает меня до сих пор, что я тебя у Алиции увела, и из-за этого моя подруга детства больше не общается со мной, — пожаловалась я ему.

— Бабский бред! — усмехнулся Ингольф, покачав головой. — Я встретил тебя на Йоле, и решил попросить у твоего отца руки.