Бывшие. Наследник для дракона (СИ) - Калина Лина - Страница 26

Леда воспользовалась моментом и незаметно выскользнула из-за стола.

Но даже ночь, укутавшая замок своей бархатной тишиной, не принесла Леде желанного покоя. Она металась в постели, пытаясь найти забвение во сне, но картины прошедшего дня вновь и вновь вставали перед глазами.

Наконец, не в силах больше бороться с бессонницей, Леда вышла на балкон. Лунный свет окутывал её, словно пытаясь успокоить, а звёзды мерцали в темноте неба, будто подглядывая.

Внезапно тишину ночи разорвал лёгкий шорох крыльев. Он приближался, становясь всё отчётливей.

Сердце Леды тревожно забилось. Предчувствуя неладное, она метнулась к секретеру, где лежал её револьвер. Шорох приближался, и вот тёмная фигура промелькнула на балконе. Не мешкая ни секунды, Леда бесшумно выскользнула из-за колонны, направив дуло на незнакомца.

— Вы?! — выдохнула принцесса, узнав ночного гостя.

— Тише, тише, — Ки’арти вскинул руки, изображая капитуляцию. — Эта штука ведь стреляет, да? Надеюсь, там не пули из киновари? Не хотелось бы умереть у вас в покоях и доставить вам проблем с трупом.

Леда сдержала смешок.

— Что вы здесь делаете, Ки’арти?

— Любуюсь луной, — он усмехнулся. — А если серьёзно, Леда, у вас просто ужасная охрана. Любой на моём месте мог бы беспрепятственно проникнуть в ваши покои. Просто кошмар. Нужно обдумать, кого поставить на этот пост.

— Вы уклоняетесь от ответа, дракон.

Он сделал шаг навстречу. Его руки легли на талию Леды, притягивая её ближе. Несмотря на страх, близость Ки’арти странным образом успокаивала. По телу разлилось приятное тепло.

— Позвольте подумать, — прошептал он. Его низкий, бархатный голос отозвался дрожью где-то в самой глубине её души. — Я пришёл украсть вас.

— Украсть меня накануне собственной свадьбы? Вы бессовестный злодей! И что же останется моему милому жениху? — с наигранной беззаботностью спросила Леда.

— Ему? — Ки’арти наклонился ближе. Его дыхание коснулось ее щеки. — Вернуться в свое королевство и не вмешиваться в чужие судьбы. Кстати, не желаете ли прогуляться со мной по Верхнему миру? Там есть на что посмотреть. Например, на мои вазы.

— На вазы? — Леда удивленно приподняла брови.

— Ах, моя принцесса, вы раните меня в самое сердце! — с притворным отчаянием воскликнул Ки’арти. — Вы совершенно не интересуетесь моей жизнью. Даже не попытались ничего обо мне разузнать.

— Я не собираю сплетни, — хладнокровно ответила Леда. — Но, признаться, ваши слова несколько... неожиданны.

— Почему?

— Ну… Ваш интерес к вазам.

— А что с ними не так? — удивился Ки’арти. — Мне нравится их разглядывать, у меня даже есть небольшая коллекция.

— Вы шутите! — воскликнула Леда.

— Вовсе нет, — серьезно ответил Ки’арти.

— Но вы же вождь, воин… — Леда замялась, не зная, как деликатнее выразить свою мысль.

— И что? — Ки’арти выжидательно смотрел на нее. — Вы хотите сказать, что я слишком груб и неотёсан, чтобы оценить красоту?

— Нет, я не это... просто... драконы сильные... разоряли города...

— О, — перебил он с хитрой улыбкой, — и мне удалось раздобыть несколько весьма уникальных экземпляров.

— То есть... вы возвращаетесь домой после битвы, отстегиваете меч... и...?

— ...и иду любоваться своими вазами. Примерно так, — подтвердил Ки’арти, наблюдая за реакцией Леды с нескрываемым удовольствием.

Леда рассмеялась, впервые за этот безумный, полный ужаса день. По-настоящему рассмеялась. Её сердце оттаяло, отогретое неожиданным теплом. Она представила этого грозного дракона, покорителя городов, среди хрупких фарфоровых ваз, и не смогла сдержать улыбки.

— Ладно, убедили, — прошептала она, взглянув на Ки’арти из-под опущенных ресниц. — В другой раз я обязательно взгляну на вашу коллекцию. Но только не сегодня.

— Вы дрожите, — в его голосе послышалось беспокойство. — Вам холодно?

Леда молчала, ежась под его пронзительным взглядом. Расслабление длилось какое-то мгновение, и теперь страх вновь нахлынул на нее, заставляя кусать губы, чтобы не расплакаться.

— И лицо у вас совсем бледное... — Ки’арти мягко коснулся ее щеки. — Даже смех не вернул вам румянца. Что случилось, Леда? Почему вы боитесь? Вас обидели?

— Не ваше дело, — отрезала она, отвернувшись.

— Упрямица, — вздохнул Ки’арти, но настаивать не стал. — Сыграем еще раз, Леда? Только теперь все будет по-честному: я позволю вам убежать, а сам попробую вас догнать в лабиринте дворцовых коридоров. Вот только путь я знаю хуже вас...

— Это не игра, дракон, — сдавленно прошептала она. — Оставьте меня в покое.

— Я не играю, моя любовь, — проговорил Ки’арти, и в его голосе, обычно наполненном иронией и теплотой, теперь звучала сталь. — Я хочу вас отвлечь от страха.

Он нежно провел тыльной стороной пальцев по ее щеке. Леда вздрогнула от неожиданной ласки, еще сильнее отклоняясь от него.

— Не называйте меня так, — прошептала она.

— Как? — Ки’арти словно не заметил ее отторжения. — Моя любовь?

— Да, — Леда нахмурилась, пытаясь собрать воедино кружащиеся в душе чувства. — И... не надо так...

— А как мне вас называть? Дорогая? — он словно нарочно проверял границы дозволенного, наслаждаясь ее реакцией.

— И это тоже...

— Может быть, просто "Леда"? — Ки’арти притянул ее ближе, не обращая внимания на протестующее движение. — Ты вся дрожишь...

Поцелуй Ки’арти обрушился на Леду, как летний шторм: властный, требовательный, но в то же время удивительно нежный.

Мир вокруг взорвался искрами. Револьвер выпал из расслабленных пальцев, звеня в ночной тишине. Леда обвила руками шею дракона, отвечая на поцелуй со всей страстью, на какую была способна.

Ки'арти подхватил её на руки и внёс в комнату, словно она ничего не весила.

Леда забыла обо всём: об ужасе прошедшего дня, о Халибе, о предстоящей свадьбе. Был только он, его горячее дыхание, его запах, от которого кружилась голова. Он осторожно опустил её на постель и присел рядом, не в силах оторвать от неё глаз. Его пальцы скользили по её рукам, плечам, спине, вычерчивая на коже узоры из жара, заставляя её вздрагивать от сладостной, мучительной дрожи.

Она откинулась на подушки, и Ки’арти мгновенно оказался рядом, накрывая её своим телом. Леда чувствовала его силу, слышала биение его сердца — такое же быстрое и неистовое, как и её собственное.

Он вновь впился в её губы. На этот раз поцелуй был ещё глубже, горячее, отчаяннее. Леда застонала, когда его рука скользнула к её груди, сжимая, овладевая. Затем он оторвал губы от её рта и дёрнул за вырез тонкой сорочки. Низкий рык вырвался из его груди, и Леда, поддавшись моменту, провела руками по его спине, расстёгивая пуговицы рубашки. Батистовая ткань упала на пол.

Желание, пылавшее между ними, угрожало сожрать их обоих. Ки'арти с трудом сдерживал себя. Его руки, живущие собственной жизнью, продолжали ласкать её тело, и вот уже раздался треск рвущейся ткани...

Внезапно образ Халиба возник перед глазами принцессы, словно укор совести.

— Нет. Пожалуйста, — прошептала она, отстраняя Ки’арти от себя. — Я... Не могу. Не имею права. Я... обещана другому.

Ки’арти застыл. Его рука замерла на полпути к её плечу.

Принцесса резко оттолкнула дракона, вскочила с постели и отступила к стене, инстинктивно пытаясь прикрыться обрывками разорванной сорочки. Стыд и страх боролись в ней с желанием броситься в его объятия.

Ки’арти сел на краю постели, проведя рукой по волосам. Его взгляд, мгновение назад пылавший страстью, теперь выражал смятение.

— Прости, — сказал он. — Я не хотел заходить так далеко.

Леда ёжилась, чувствуя, как сладостная тоска по его ласке сменяется тревогой.

— Вам лучше уйти, — прошептала она, не решаясь на него взглянуть.

— Леда, — Ки’арти произнёс её имя хрипло, словно каждый звук давался ему с трудом. — Подойди ко мне.

Она покачала головой, ещё сильнее кутаясь в остатки своей одежды.

— Ты сегодня... сама не своя, — мягко продолжал он. — Поговори со мной. Расскажи, что случилось. Я... я не трону тебя, — он усмехнулся, но в его улыбке не было радости. — Если ты сама этого не захочешь.