Бывшие. Наследник для дракона (СИ) - Калина Лина - Страница 24

Вернувшись во дворец, Леда на цыпочках пробирала мимо музыкального класса.

Из-за двери лились чарующие звуки арфы — Адалдея под руководством матушки оттачивала мастерство. Обычно мелодии сестры умиротворяли, но не сегодня.

Чумазая, растрёпанная, Леда отчаянно надеялась проскользнуть незамеченной. Встреча с леди Иллариэль сулила строгий выговор: матушка не одобряла «некоролевских» увлечений.

Принцесса почти достигла заветного поворота, как дверь музыкального класса распахнулась. На пороге, словно воплощение зимней стужи, стояла матушка.

Царственная осанка, холодный взгляд, строгое тёмно-зелёное платье, подчёркивающее изящную фигуру — всё в ней дышало ледяным спокойствием, перед которым Леда всегда чувствовала себя безоружной.

— Леуедаеи! — Голос королевы звенел, как натянутая струна. — Опять упражнялась в стрельбе?

— Простите, матушка. — Леда потупилась, чувствуя себя провинившимся ребёнком. Врать было бессмысленно — от неё несло порохом за версту.

Леди Иллариэль тут же подхватила принцессу за руку и ввела в класс.

— Бери пример с сестры. Послушай, какая восхитительная мелодия. — Королева кивнула в сторону младшей дочери, перебирающей струны арфы.

Принцесса украдкой взглянула на сестру.

Адалдея в небесно-голубом платье, напоминала Леде хрупкий василёк, склонившийся под дуновением ветерка. Чарующие звуки арфы лились из-под её пальцев.

— Было бы неплохо, если бы ты тоже не прогуливала свои уроки, — добавила леди Иллариэль.

Леда сглотнула ком в горле. Она прекрасно знала, что матушка не одобряет её увлечения. Звуки, которые принцесса извлекала из инструмента, резали слух, заставляли морщиться слуг и пугали кошек.

— Да, матушка, — пробормотала Леда.

— Леуедаеи, — голос королевы звучал строго, но в глазах мелькнуло беспокойство. — Ты подумала о муже?

— Да.

— Халиб-уллу-бей? — с надеждой в голосе спросила королева.

Мысль о замужестве с ним вызывала у Леды страх. Матушка, конечно же, видела в королевиче выгодную партию: богатый, влиятельный, знатный род. Вот только сердце Леды уже было отдано другому, и эта тайна жгла изнутри.

— Да.

— О, дорогая! Я так счастлива! Это правильный выбор!

Леда закрыла глаза, сдерживая рвущиеся наружу слёзы.

Правильным выбором был не Халиб-уллу-бей, а Золотой Дракон.

В порыве радости матушка не стала бранить Леду за своеволие и отпустила в комнату. Леди Иллариэль тут же погрузилась в сладкие мечты. А на следующий день, не мешкая ни минуты, приступила к подготовке свадьбы. Решительно отказав двум другим принцам, королева направила всю свою энергию на организацию торжества. Впрочем, по настоянию Халиба, страстно желавшего скорейшего воссоединения с возлюбленной, свадьбу решили провести скромно и без лишних проволочек.

Леда старалась не попадаться на глаза будущему супругу. Чтобы заглушить душевную боль, она с головой ушла в дела королевства: сопровождала караваны с провиантом, патрулировала торговые пути, лично отбивая атаки мародёров.

Оставшееся время принцесса пропадала на самодельном стрельбище, оттачивая своё мастерство. В один из таких дней Дара обнаружила её за этим занятием.

Пуля врезалась в центр мишени.

Леда хотела пустить следующую, как вдруг услышала за спиной знакомый голос:

— Ваше высочество! Сколько раз я говорила вам не приходить сюда одной?!

— Почему вы снова здесь? — встревоженно спросила Дара.

Леда метко поразила мишень и хладнокровно бросила:

— А где мне ещё быть?

— Разве вы не должны готовиться к свадьбе?

Принцесса опустила револьвер и взглянула на капитана гвардии.

— Должна, — уголки её губ дрогнули в ироничной усмешке. — Но я снова сбежала. Жених изнемогает от тоски в ожидании моего общества.

Дара нахмурилась.

— Ваше Высочество, вы обязательно полюбите его. Дайте себе время.

— Я люблю другого, — призналась Леда, отворачиваясь, чтобы скрыть огорчение. — Как выйти замуж за того, кого даже видеть не желаю?

— Так вот, в чём причина ваших тренировок? — Дара вздохнула. — Попробуй рассмотреть в королевиче что-то хорошее.

— Отлично, — процедила Леда, убирая оружие в сумку. — Пойду, полюбуюсь на суженого. Поищу в нём достоинства.

Дара улыбнулась. В её глазах светилась гордость: их принцесса — настоящее сокровище.

Вернувшись в свои покои, Леда обнаружила записку от королевича: он ждал её в саду. Пришлось просить горничную приготовить ванну.

Две служанки помогли ей вымыться, омыли волосы душистой розовой водой. Затем облачили принцессу в праздничное изумрудное платье, расшитое золотыми нитями — наряд, предназначенный лишь для самых торжественных случаев.

Каштановые волосы расчесали до блеска и уложили в высокую причёску, выпустив несколько локонов. Последним штрихом стало нефритовое ожерелье.

— Ах, Ваше Высочество, как вы прекрасны! — шептали служанки. — Его Высочество будет сражён!

Мрачный взгляд серых глаз стал им ответом. Улыбки на лицах девушек погасли.

Леда в сопровождении свиты спустилась в сад. Здесь росли диковинные растения: энрубио с острыми шипами, акалифа с огненно-красными соцветиями. Воздух был пропитан густым ароматом с древесными нотками, от приторной сладости, разлившейся над зеленью, кружилась голова.

Королевич Халиб-уллу-бей прогуливался со своей свитой, любуясь пёстрыми красками. На его родине, где господствовали пески и сухие ветра, такого буйства зелени не встретишь.

Мужчина склонился над цветком георгина. Его пальцы, унизанные перстнями, осторожно коснулись узких фиолетовых лепестков. Он глубоко вдохнул сладкий аромат.

Халиб, хоть и был светловолос, загорелая кожа и пронзительные карие глаза выдавали в нём человека, привыкшего к палящему солнцу и пыльным бурям. Роскошный наряд дышал восточным колоритом: широкие шаровары цвета слоновой кости, шёлковый хафтан с длинными рукавами, украшенный узорчатой вязью из золотых нитей. Пояс, расшитый драгоценными камнями, подчёркивал статную фигуру, а куфия цвета топлёного молока служила защитой от солнца и ветра.

Заметив приближающуюся невесту, Халиб оставил растение и направился к ней. Сделав изящный поклон, королевич устремил на принцессу пронзительный взгляд.

Леда невольно смутилась. Её пульс участился, кровь прилила к вискам. Она присела в глубоком реверансе.

— Принцесса, — произнёс Халиб, слегка склонив голову. Прикосновение его пальцев к её руке обожгло.

Леда инстинктивно отшатнулась, но тут же опомнилась, заставляя себя улыбнуться. «Не будь дурой. Он тебе не враг, — подумала принцесса. — Он теперь твоя судьба».

— Ваше Высочество, — ответила Леда замирая.

— Могу ли пригласить вас прогуляться, дорогая?

— Да, — только и смогла выдавить Леда.

Солнце пробивалось сквозь кружево виноградных лоз, отбрасывая на вымощенную плиткой дорожку причудливые тени. Леда, вдыхая сладкий аромат акалифы, неспешно шла рядом с королевичем. Сзади следовали слуги, готовые выполнить любой приказ своих господ.

— Дорогая, как насчёт чаепития в мраморной беседке? — Халиб махнул рукой в глубину сада. — Составите компанию?

Леда кивнула.

Халиб изящным жестом отпустил слуг. Те бесшумно растворились, оставляя их наедине. Королевич повернулся к Леде. В его тёмных глазах блеснула насмешка.

— Вы дрожите, дорогая. Неужели я внушаю вам такой страх?

Леда гордо вскинула подбородок. Но румянец, проступивший на щеках, выдал её смятение.

— Вовсе нет, — пробормотала она, избегая его взгляда. — Просто…

— Просто не горите желанием пополнить мой гарем, Леуедаеи?

Принцесса невольно улыбнулась. Да, гарем не входил в её планы.

— Я волнуюсь за Эварию. А ваши земли далеко.

— Но ведь империей правит ваша матушка, — вкрадчиво ответил Халиб. Он остановился, вынуждая Леду сделать тоже. Близость Халиба была осязаемой: от него веяло жаром восточных пустынь, а от одежд исходил тонкий, дразнящий аромат кардамона.