Бывшие. Наследник для дракона (СИ) - Калина Лина - Страница 18

— Зло драконы сеют! Не нужен он тебе!

— Ну-у-у, Этта, — канючила Леда. — Ну, пожалуйста, посмотри.

— Дай руку, принцесса. И помолчи, пока, я гляжу, — ведьма взяла ладошку Леды и коснулась перстня. — Не пара тебе, дракон! Найди другого. Зло вижу, — Этта выпустила руку Леды. — Горе он несёт.

— Не пугай меня, — поёжилась Леда. — Мне понравился Ки’арти, увидишь, мужем будет. К тому же разве это плохой союз? Он принесёт Эварии защиту и золото. Да, так будет лучше.

— Ну, если ты так решила... — прищурилась ведьма и снова коснулась ладошки. — Давай ещё раз посмотрю... Нет. Не пара он тебе, — также ворчливо ответила Этта. — Горе принесёт. Верни перстень и забудь о нём. Иначе...

Ведьма резко отдёрнула руку, словно от ожога. На морщинистом лбу проступила глубокая складка.

— Сама говорила, что только я управляю своей судьбой! Значит, всё будет так, как я хочу!

— Зачем советоваться пришла, если всё уже удумала? Мать тебе принца с суровым нравом советовала? — Этта тряхнула седой головой. — Если счастья хочешь, за него и ступай. Мать сердцем видит и не желает дитяти своей ненастий.

Леда стиснула зубы, но промолчала.

— Стерпится — слюбится, — ворчливо пробормотала ведьма. — Народишь ему парней, статных да смелых.

— Нет, Этта, — упрямо мотнула головой Леда. — Я уже выбрала!

— Честь дракон погубит, а к венцу не поведёт. Не женятся драконы на людских принцессах, — вздохнула старуха, зная, что не переубедить свою любимицу.

— Он станет моим мужем, — решительно заявила Леда. — Ладно, Этточка, я пойду. Пока меня не заметили.

Старуха тяжело вздохнула, провожая взглядом удаляющуюся фигуру принцессы.

Леа стремительно шагала к дворцу. Прохладный ветер трепал её тёмные волосы.

Внезапно чьи-то руки нежно обхватили её сзади, а ладонь легко прикрыла рот.

Леда вздрогнула от неожиданности.

В следующий момент она услышала знакомый гортанный смех.

Сердце Леды колотилось в груди, как бешеное. Услышав знакомый голос Себастьяна, она испытала волну облегчения, но полностью расслабиться не смогла.

— Сколько раз говорил не бродить в одиночку? — Он проворковал ей на ухо. — Окрестности кишат проклятыми ящерицами, а ты прекрасна, как летний рассвет. Утащат, осквернят в каком-нибудь логове, и никто тебя не найдёт.

Себастьян убрал ладонь ото рта принцессы, и она, наконец, вдохнула, жадно хватая воздух.

— Ох, Басти, вы меня так напугали! — ответила Леда. — Нельзя же так подкрадываться! Почему вы не на празднике?

— Я не собирался приходить на бал. Терпеть не могу ящериц. Там слишком много драконов для меня одного. Пойдём. — Себастьян повёл её по узкой тропинке, извивающейся сквозь густые заросли, уводя их всё глубже в сердце леса.

Леда тут же поняла: они двигались к обрыву. Это укромное место, скрытое от посторонних взглядов, было убежищем для тех, кто жаждал уединения. Там Себастьян часто укрывался от дворцовых интриг и терзающих его раздумий. Он снова вёл её к краю земли, где обрыв сливался с бесконечным простором неба.

Леда украдкой наблюдала за Себастьяном. Его резкие движения и хмурый взгляд говорили: друга терзают мрачные мысли. Принцессе хотелось узнать, что его беспокоит, но интуитивно она чувствовала: сейчас не время для расспросов.

Вместо ненужных слов Леда думала о Басти.

Земли Себастьяна, маркиза Риваари, раскинулись вблизи от столицы. Его часто можно было встретить в этих лесных чащах, где он с увлечением промышлял охотой. С детства их связывала крепкая дружба, и они с радостью коротали время вместе: будь то партия в шахматы, чтение модных романов, сбор целебных трав или же лихие скачки наперегонки по бескрайним равнинам.

Происхождение Себастьяна не было для Леды тайной. Она с детства знала, кто он такой, и ничуть не стеснялась этого. Риваари был полукровкой, рождённым от союза дракона и человека.

Себастьян носил редкое имя для Эварии. Его матушка, желая доказать исключительность своего чада, дала ему имя, навеянное суровыми северными землями. Кое-кто из соседей роптал, считая, что наследнику маркиза Риваари не пристало носить чужеземное имя. Но сплетни стихли, сменившись новыми, куда более зловещими: поговаривали, что наследник маркиза не его кровный ребёнок.

Старый маркиз Риваари, увы, не дожил до того момента, когда правда вскрылась. Он сгорел от свирепой холеры, так и не узнав, что ветреная супруга подкинула ему в колыбель драконьего отпрыска.

Полукровок не любили ни в Верхнем, ни в Нижнем мире. Лишь те, кто владел редким видом магии или был баснословно богат, заставляли замолчать злые языки.

И потому внешность Себастьяна стала тягостным бременем, расплатой за любовь его родителей. Над ребёнком издевались, и маленький Басти был вынужден скрывать драконью отметину под длинной каштановой чёлкой. Ведь один его глаз был ярко-фиолетовым, как у дракона, а другой — человеческим, синим.

Но с годами волосы Себастьяна становились короче. И теперь его фиолетовый глаз, пылающий гордым огнём, беззастенчиво смотрел на мир с мужественного лица.

Леда вздохнула. Они все так же молча шли, но принцесса чувствовала: Себастьян хотел что-то сказать. Наверное, он станет говорить только на своём любимом месте.

Тихие шаги нарушали безмолвие ночи — они отдавались эхом между стволами деревьев, мерцающих огоньками светлячков.

Воздух был пропитан ароматом смолы и свежей листвы, а ночные звуки леса пели свою тихую, чарующую песню.

Наконец, они добрались до места. Принцесса здесь часто бывала. С высоты открывалась захватывающая панорама: лес расстилался ковром по обе стороны серебряной реки, уходя в тёмные глубины ночи.

Здесь было достаточно высоко, чтобы ощущать лёгкий трепет страха. Леда, подойдя к краю, ощутила, как земля уходит из-под ног.

Воздух здесь казался реже, а звёзды — такими близкими, словно можно было дотянуться рукой и коснуться холодного света.

Мир вокруг расплывался, превращаясь в зыбкое марево. Леда закрыла глаза, позволяя ветру ласкать лицо, и на мгновение все страхи отступили.

Риваари был сзади неё.

— Здесь я часто чувствую себя свободным, — тихо говорил он. — Это место напоминает, что свет всегда найдет дорогу сквозь тьму.

Себастьян шагнул к принцессе и, обняв, прижал к себе. Леда ощутила, как ладони маркиза крепко обхватили талию. Её спина прижалась к его груди.

— Я уже давно не тот мальчик, что был раньше, — прошептал Себастьян ей на ухо. — И мои чувства к вам выросли вместе со мной.

Глава 26

Рука Себастьяна скользнула по скуле Леды, оставив еле ощутимый след.

— Басти, не нужно.

— Хватит называть меня этим детским именем, Леуедаеи! — нахмурившись, проворчал он. — Я хочу попросить вашей руки у леди Иллариэль.

— Невозможно, Себастьян, — возразила Леда, пытаясь выскользнуть из его объятий. Но он лишь крепче прижал её к себе, не позволяя сделать ни шагу.

— Но почему, Лели? — протянул Себастьян, теперь маркиз назвал её детским именем.

Леда замерла, погружаясь в раздумья. Стоило ли открывать Себастьяну тайну, которая могла изменить всё? Принцессе льстило его предложение, но после встречи с драконом её сердце было заполнено другими чувствами.

— Золото, — произнесла она с горечью. — Казна пуста, отец серьёзно болен. Мама говорит, что после его смерти наши земли немедленно окажутся втянутыми в войну. И только моё замужество...

— Подождите два года, Лели, — умолял Себастьян, повернув её лицом к себе. Они оказались у края обрыва, где каждый шаг был роковым. — Обещаю, что найду столько золота, что вы будете купаться в нём.