Владыка Зазеркалья (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 17

Я кивнул, одним глотком допил чай и встал со скамейки.

— Я принимаю твоё слово, принц, — смотря в глаза этому разумному, произнёс я. — Твоя верность не будет забыта.

Он также поднялся, а затем закрыл глаза и чуть склонил корпус в поклоне. Высшая честь, чтобы Сидхе, тем более королевских кровей, кому-то кланялись.

— Милитариум изменился, но твой дом остался на том же месте и в том же виде, как ты его покинул, Альтиор, — сообщил Ифрит. — Он ждал своего хозяина все эти годы…

А вот это хорошо, не придётся искать свою старую берлогу. Как раз следовало отдохнуть, прежде чем приниматься за работу. И раз Балем не заражён Скверной, в чём сомнений у меня не было, то Милитариум безопасен. Пока что во всяком случае.

И ещё в одном принц был прав — чтобы успеть везде и всюду мне нужны союзники. Те, кто не предаст даже под угрозой уничтожения души.

И я знал с кого начать, а потому спросил у Ифрита:

— Агилар не покидал Милитариум?

— Он в Марселе, — чуть улыбнулся Балем и сделал глоток чая. — Здесь осталась часть его детей, но сомневаюсь, что они тебе что-то скажут.

— Не попробуем — не узнаем, — усмехнулся я, предвкушая ещё одну занимательную встречу. — Где мне найти их гнездо?

Глава 9

Мой дом совсем не изменился за все эти годы.

Небольшое, двухэтажное здание выглядело так, будто я покинул его только вчера. Невысокий забор и калитка были в свежей краске, садовые деревья и трава с кустами подстрижены, а маленький фонтанчик, выложенный мрамором, выглядел очень чистым.

И это не заслуга Ифрита и служащих под его начальством разумных. За домом все это время ухаживало другое существо, которое при моём приближении к входной двери, уже ждало меня на пороге.

— Добро пожаловать домой, Владыка, — поклонился один единственный слуга, который брал на себя все обязанности и выполнял их лучше кого бы-то ни было. — Купель уже готова, будут ли у вас предпочтения к обеду?

— И я рад тебя видеть, Аарон, — улыбнулся я ему. — Давай что-нибудь лёгкое на основе рыбы.

Чернокожий мужчина, застывший возрастом между тридцатью и сорока, вновь учтиво поклонился. Его лысина блестела в лучах солнца, что светило мне в спину, а сквозь круглые небольшие очки на меня взирали полностью серые глаза. Тёмно-серый фрак на нём сидел идеально, как и в нашу прошлую встречу, что была прощанием. Впрочем, для домового людское время ничего не значило. Год, два, три, для них всё едино — будто мгновение.

Внутри дома царила чистота. Ни единой пылинки в воздухе или на мебели, все цветы в вазах были ухожены и политы. Даже моя верхняя одежда, что висела в прихожей, когда я ушёл, осталась на своём месте.

Домовой исчез, а из кухни повалили запахи готовки. Аарон был привязан к дому и мог перемещаться в нём по воле своей мысли. Как раз эта особенность позволяла ему быть везде и сразу. Ополоснувшись в купели на втором этаже и немного переведя дух, я зашёл в свои покои. И не сдержал улыбку.

Идеальное выполнение приказов со стороны Аарона несло… некоторые странности. Например, мои личные вещи он передвигать или убирать не имел права. Вот и лежал тот же ноутбук на столе, сверху чистый от пыли, а снизу виднелся её тонкий слой. Такая же судьба постигла и другие вещи.

В шкафу я взял один из десятка костюмов, хранившихся в вакуумных пакетах.

— Надо менять гардероб, — покачал я головой. — Раньше я был выше и шире.

Моё нынешнее физическое тело не утонуло в одежде, но пиджак и рубашка висели, как и брюки. Собственно, стоило мне войти в обеденный зал, домовой едва заметно поджал губы.

— Если позволите, Владыка, я займусь покупкой новых одеяний, — окинув меня взглядом, предложил Аарон. — Ваши мерки не требуются.

Я кивнул и молча принялся за обед. Тунец под специями, запечённый в духовке. Варёная картошка с зеленушкой и салаты двух видов — овощной и с ветчиной, сыром и грибами. Жареные тосты с маслом дополняли картину, а на десерт заварные пирожные, стопочкой стоявшие чуть в отдалении на блюде.

— Владыка, позвольте спросить, — когда я расправился с большей частью нехитрого обеда, невозмутимо произнёс слуга. — Мой брат…

— Мне жаль, Аарон, — со вздохом отложил я столовые приборы. — Обскур погиб, выполняя свой долг. Его убили те, кого я жажду найти, предатели и трусы, что ударили мне в спину и теперь прячутся.

Домовой ничего на это не ответил, но в столовом зале стало почти темно и очень холодно. Не взирая на солнце за окном и жаркую погоду.

— Я понимаю, Владыка… — наконец произнёс Аарон и освещение вернулось к нормальному состоянию. Эти существа жили практически вечность по меркам людей и всегда тяжело переживали утраты родичей. — Если позволите, то я бы хотел пойти на битву вместе с вами, когда она случится. Тот, кто предал вас и убил моего брата не заслуживает жизни.

Я обернулся через плечо и посмотрел на него. Сейчас от вечно спокойного и собранного Аарона не осталось ничего. Его серые глаза полыхали огнём, лицо исказилось гримасой гнева и покрылось трещинами, будто морщинами, по которым бежала хранимая все эти годы энергия домового.

— Хорошо, — коротко кивнул я. — Когда придёт время — ты встанешь плечом к плечу рядом со мной.

Холод мгновенно исчез, а ярость домового улеглась. Он стал олицетворением спокойствия и невозмутимости.

— Прошу прощения за эту вспышку, Владыка, — склонил он голову. — И благодарю вас за возможность отомстить.

На этом я закончил с обедом и до самого вечера отдыхал. Аарон успел, в чём я не сомневался, организовать мне новый костюм. Пока один, но остальные пришлют в ближайшие сутки. Сменив одежду, я сообщил домовому, что буду позже и покинул дом.

Путь мой лежал по тому адресу, что дал принц Ифритов. Большинство кварталов Милитариума изменились до неузнаваемости, но какие-то, вроде моего, всё ещё остались прежними. Выйдя на основную аллею, я направился в нужную сторону.

Разумные на тротуаре мелькали где-то на периферии сознания. Внимания я на них не обращал. Как и на зазывал увеселительных заведений, без умолку расхваливавших угощения и напитки своих нанимателей.

В самом дальнем углу центрального парка, нашёл нужный адрес. Полностью чёрное поместье, огороженное железным забором с заострёнными пиками на верхушке. Сквозь прутья виднелись аккуратные каменные дорожки, клумбы редких, синих роз, и отбрасывающие густую тень высокие деревья.

На участке у дома траву не стригли точно больше года и она уже поднялась до пояса. Всё выглядело так, будто это место заброшен, но в некоторых местах на крыше виднелись заплатки. Часть левой башни несла в себе новую кладку, ещё не покрывшуюся пятнами и следами времени.

Кованые стальные ворота были наглухо закрыты, дабы отвадить любопытных гостей. Подойдя к ним, я посмотрел по сторонам. А затем сжал кулак и от души постучался.

Звон от грохота разошёлся эхом по территории мрачного поместья. Слетели птицы с веток дальних деревьев, а вороны на крыше особняка закаркали и испуганно поднялись в воздух.

Никто не вышел встречать гостя, но это и не требовалось. Ворота медленно, с мучительным скрипом петель, стали открываться. А когда я двинулся к дверям поместья, то заметил, как колышутся шторы на разных этажах здания. Будто на особняк напал внезапный сквозняк.

Запах синих роз, что были неотъемлемой частью жизни тех, кто обитал в этом месте, нёс в себе сладкое безумие. Дурманящий разум и столь прекрасный для смертных аромат прямо лез в ноздри, но к нему у меня уже давно выработался иммунитет.

У двух гаргулий, бдящих на стенах поместья, вспыхнули красным светом глаза. Статуи повернули свои каменные головы в мою сторону, но тут же потеряли интерес. Да, охраны здесь не было, но стражи имелись. На зависть многим другим, оберегающие это на первый вид заброшенное поместье.

Массивная дверь из чёрного дерева приоткрылась, будто сама собой. Мне дали разрешение войти. Впрочем, выбора-то у местных не было.