Непокорная невеста, или Аджика по - попадански (СИ) - Сказка Агния - Страница 21

– Ты не понимаешь, – Марта покачала головой, словно разговаривая с неразумным ребенком. – Зависть – страшная штука. Особенно в деревне. Они могут решить, что все это из-за колдовства, и тогда тебе не поздоровится. Могут сжечь твой дом или, что еще хуже, обвинить тебя в использовании черной магии.

– Марта, не сгущай краски, – я попыталась изобразить беззаботную улыбку, но получилось не очень убедительно. В ее словах сквозило какое-то зловещее предостережение, словно она предвидела неминуемую беду. – Все будет хорошо. Не нужно думать о плохом. Я уверена, что все обойдется.

Внутри, однако, закралось неприятное, леденящее душу беспокойство. Слова Марты запали в душу, напоминая о тревожном разговоре с соседкой и о многозначительных взглядах местных жителей. Я судорожно старалась гнать от себя дурные предчувствия, убеждая себя, что Марта просто слишком впечатлительная и склонна к драматизации.

– Ладно, давайте лучше перекусим, – предложила я, стараясь сменить тему и развеять нависшую в воздухе напряженность. – Хватит разговоров о мрачном. У нас сегодня праздник, я по вам ужасно соскучилась.

– Мы по тебе тоже, – по-доброму улыбнулась Марта, видимо, почувствовав, что я не хочу продолжать эту тему.

Мы вчетвером, словно сговорившись, оставили тяжелую тему позади и уселись за стол. Я облегченно выдохнула, стараясь не вспоминать предостережения Марты. Нужно наслаждаться моментом, пока друзья рядом, пока смех заполняет двор, вытесняя прочь гнетущие мысли.

– Ну что, мои дорогие, налетайте! – воскликнула я, словно зазывала на ярмарке, и принялась энергично подталкивать к ним тарелки. – Пирог еще теплый. Если полить вареньем вареньем, просто объедение, от одного запаха голова кругом идет. Огурчики хрустящие, бочковые, с укропчиком и чесночком. И моя гордость – гусь с яблоками. Пальчики оближешь! Выбирайте, что душе угодно.

Марта с присущей ей стремительностью, недолго думая, схватила самый большой и аппетитный кусок пирога. Воздух наполнился ароматом яблок, корицы и топленого масла. Она с наслаждением откусила, прикрыв глаза от удовольствия.

– Мммм… – протянула она с блаженной улыбкой, за которой обычно скрывался целый фейерверк эмоций. – Аэлита, да ты просто волшебница! Золотые у тебя руки. Я никогда не пробовала ничего вкуснее. Пирог просто тает во рту.

Томми с любопытством рассматривал пирог, выбирая кусок поаппетитнее. И, наконец, определившись, взял себе самый красивый, на его взгляд, кусок. Его лицо озарилось детской радостью. Джон с неторопливой основательностью, достойной настоящего фермера, отведал соленый огурчик. Глаза его при этом оставались спокойными и внимательными, словно он оценивал каждый нюанс вкуса.

– И правда, очень вкусно, – сдержанно похвалил он, не выдавая бурных эмоций, но в его глазах мелькнуло искреннее удовольствие. По его слегка заметной улыбке было понятно, что угощение ему пришлось по душе.

Мне было невероятно приятно наблюдать, как мои друзья с аппетитом уплетают плоды моих трудов. Сердце наполнялось теплом и гордостью. Старания не прошли даром. Все это для них, ради них.

Время за едой пролетело незаметно, словно его и не было. Солнце поднялось выше, согревая своим теплом землю. Мы смеялись, когда Марта рассказывала забавные истории с ярмарки и очередные шалости Томми, Марта делилась последними новостями. Сплетни и смех переплетались с жужжанием пчел и пением птиц в саду. Тревожные мысли постепенно отступали, словно испуганные темные духи, уступая место искренней радости и беззаботному веселью.

К вечеру, когда солнце начало клониться к горизонту, окрашивая небо в багряные и золотые тона, я решила приготовить свою коронную аджику из самых первых спелых, налитых солнцем томатов. Семена старухи-знахарки удивляли своей скороспелостью. Еще вчера это была рассада, а сегодня уже первые спелые налившиеся плоды.

– Сейчас я вас угощу настоящим деревенским деликатесом! Аджикой, – с воодушевлением объявила я, словно фокусник, собирающийся показать самый впечатляющий трюк, и устремилась в кухню.

– Аджика? А что это такое? – с любопытством спросила Марта, приподняв бровь. Ее глаза блестели от предвкушения нового вкуса.

– Это такая острая огненная приправа из томатов, жгучего перца и чеснока, – объяснила я, уже вовсю орудуя ножом, разделывая крупные сочные помидоры. Капли сока брызгали во все стороны, наполняя воздух летним ароматом. – Отличная штука к мясу, к картошечке, да и просто с хлебом – объеденье.

Под любопытным взглядом Марты, которая обожала готовить и всегда знала, как улучшить любое блюдо, и с молчаливого одобрения Джона, который, казалось, одним взглядом контролировал весь процесс, я приступила к священнодействию.

Сначала тщательно вымыла и перебрала самые спелые и мясистые томаты. На ощупь они были теплыми, как нагретый солнцем камень. Затем разрезала их на дольки и пропустила через старенькую чугунную мясорубку, что использовала старуха. Она хоть и скрипела на все лады, но работала исправно. Вместе с помидорами в мясорубку отправились очищенный чеснок и ярко-красный жгучий перец. Важно было соблюдать пропорции, словно следовать магическому заклинанию: на килограмм спелых сочных томатов примерно сто граммов острого бодрящего чеснока и пятьдесят граммов обжигающего взрывного перчика. Для первого раза, помня о нелюбви Томми к острому, с перцем чили я решила не перебарщивать. Получившуюся ярко-красную массу перелила в большую кастрюлю с толстым дном и поставила на самый медленный огонь. Добавила щепотку соли, ложку сахара и немного золотистого ароматного растительного масла, чтобы аджика получилась более насыщенной и бархатистой. Аджику нужно было варить, постоянно помешивая деревянной ложкой, чтобы она не пригорела, а ее вкус раскрылся во всей своей полноте.

Через час, когда аджика заметно уварилась, загустела и приобрела насыщенный глубокий цвет, я добавила совсем немного уксуса для консервации и торжественно выложила аджику в миску, чтобы она остыла и мои гости смогли насладиться вкусом. Я так до сих пор и не придумала, как закатывать заготовки в банку, чтобы они не портились и не теряли вкус. Закаточных машинок и жестяных крышек в этом мире еще не придумали.

Аромат стоял просто невероятный. Чеснок, перец и базилик создавали пикантное опьяняющее сочетание, от которого слюнки текли рекой и начинало приятно покалывать в носу. Казалось, что весь сад с его терпкими травами и пряными цветами собрался в этой небольшой мисочке.

– Ну что, мои дорогие, будем пробовать? – с азартом предложила я, водрузив на стол тарелку со свежим хрустящим хлебом, испеченным сегодня утром, и мисочку с моей новоиспеченной аджикой.

Марта и Джон не стали долго ждать и, переглянувшись с любопытством, тут же щедро намазали аджику на хлеб.

– Мммм… – Марта блаженно закрыла глаза от удовольствия. – Аэлита, это просто чудесно! Божественно. Я никогда не пробовала ничего подобного. Вкус такой яркий, насыщенный.

– Очень вкусно, – кивнул Джон, неторопливо и с удовольствием пережевывая бутерброд. – Остренько, но в меру. Чувствуется, что сделано с душой.

Томми, глядя на ярко-красную жижицу с явной опаской, все же решился попробовать совсем немного, на кончике ложки. Но сразу же его лицо скривилось в уморительной гримасе.

– Ой, мамочки! – воскликнул он, хватаясь за стоящую рядом кружку с прохладной водой. – Слишком остро для меня. Я чувствую, как у меня изо рта дым идет. Я лучше пирога поем, – с облегчением заключил он, отодвигаясь подальше, словно аджика сама заскочит ему в рот, если он будет сидеть рядом.

Мы с Мартой и Джоном дружно рассмеялись. Дети редко по достоинству могут оценить такие вкусы, не то что взрослые. Джон же был сдержан в проявлении эмоций, но было видно, что ему угощение тоже понравилось – он съел пару бутербродов и даже попросил добавки.

– Ничего, Томми, ты еще дорастешь до этого блюда, – сказала Марта, по-матерински похлопывая его по плечу. – А ты знаешь, что острое полезно для здоровья? Ну, если в меру, конечно… Зато нам больше достанется, – хитро подмигнула она, снова намазывая на хлеб толстый слой аджики.