Последний Герой. Том 7 (СИ) - Дамиров Рафаэль - Страница 23

Я взял их на мушку и понял, что вот сейчас они найдут труп и поднимут тревогу. Они начали обходить строение по периметру, проверяя тёмные закутки. Я не стал дожидаться, когда они обнаружат тело. Нажал на спуск.

Первая очередь была пристрелочной и прошла мимо. Бойцы рухнули, вжавшись в землю, вцепившись в автоматы, пытаясь понять, откуда стреляют. Вторая очередь прошила тех, кто лежал. Выстрелы грохотом разнеслись по лагерю и эхом отразились от гор. Назад пути не было. Я выдал себя.

Я рванул вперёд, сокращая дистанцию, и тянулся к укрытию в чащобе. Сзади уже палили, земля вздрагивала от выстрелов. На вышке зажёгся прожектор, его жёлтый хищный глаз прорезал тьму и скользнул по земле, как лезвие. Прожектор чиркнул по моим ногам, поймал в фокус и заставил меня прыгнуть, вжаться в землю и притаиться.

Тра-та-та — сверху просвистели пули. Пулемётная очередь с вышки взорвала почву за моей головой, земля брызнула песком. Я прижался плотнее, чувствуя, как в груди стучит адреналин.

— Твою мать! — выругался я, когда очередной трассер просвистел над головой и расстрелял тот клочок земли, где ещё мгновение назад лежал я. Ползком отполз подальше, но крики уже доносились сзади, из домов выскакивали охранники с фонарями в руках, свет резал тёмный простор.

Я дополз до поваленного дерева у кромки леса, нырнул под ствол, тяжело вдохнул и выглянул. Автомат в руках грохнул короткой очередью и уложил ещё пару тех, кто потерял бдительность и ринулся за мной. Магазин был уже почти пустой, и я снова нырнул в траву, прижавшись к шершавой коре. Ствол дерева плевался щепой от разрывов пуль, и от этого жужжания в ушах всё казалось ближе, громче, как будто мир сократился до небольшого пятачка вокруг меня.

Я переполз в сторону, чтобы сменить позицию, чуть выглянул из-за веток — и вдруг раздался оглушительный взрыв. Там, где я только что лежал, рванула граната. Меня накрыло, в рот набилась земля, дыхание перехватило, голова звенела от удара волной. Я не понимал сначала, зацепили ли осколки, но хватило и того, что взрыв придавил, ударил, словно мощной струёй холодного воздуха.

Автомат выпал из рук. Все замедлилось. Я потянулся рукой, шаря по земле. Где, черт возьми, автомат? Я искал и искал, но поднять оружие не успел.

Бам!

Почувствовал что-то твердое сверху. Я не видел, кто нанес удар, а лишь ощутил тяжелый удар приклада по затылку. Свет погас.

Голова гудела и трещала, как перегревшийся чугунный котёл. Я с трудом разлепил веки. Спину холодила сырость твёрдого пола. Руки за спиной сцеплены железными браслетами — пальцами я нащупал цепочку между стальными кольцами, в голове мелькнуло: наручники.

Полумрак помещения давил затхлостью. Под потолком горела единственная тусклая лампочка, словно умирающий светлячок. Я попробовал пошевелиться, с облегчением выдохнул, когда почувствовал, что руки и ноги не повреждены. Напряг живот, грудь, плечи, поводил головой. Фух. Цел. Цел, твою мать! Но, похоже, меня взяли.

— Очнулся, Макс? — раздался где-то надо мной до боли знакомый голос. — Как же так тебя угораздило? А я на тебя рассчитывал. Думал, освободишь меня.

Я повернул голову на этот голос. Надо мной навис знакомый силуэт. Неказистый мужичок хлипкого телосложения. Он потянул меня за плечи, помог приподняться. Голова закружилась, и мир снова поплыл. А в пересохшем горле и на языке — вкус железа.

— Ну что, не узнал, что ли? — спросил меня второй узник.

— Отойди к свету, лицо не вижу, — сказал я.

Он шагнул ближе к тусклой лампочке. Но я и без этого уже знал, кто передо мной. Серый. Серёга Кошкин, мой ФСБшный куратор. Тот самый, что организовывал ловлю Инженера на живца. И этим живцом был я. Только ловушка не сработала, хищник проглотил наживку и утащил в свое логово.

А где в тот момент был он?

— Честно говоря, — сказал я, — я думал, ты сдох.

— А ты не рад меня видеть, я смотрю, — улыбнулся Серый.

— Ты провалил операцию, — сказал я. — Тот фургон с обезьянкой, с наклейкой у бара… в нём были люди Инженера.

— Знаю, — кивнул Серый. — Сам видишь, я тоже узник.

Он провёл руками по своим бёдрам, по животу, показывая, в каких лохмотьях теперь сидит.

— Меня и мою группу взял Инженер, — сказал Серый. — В тот самый вечер. Захватили фургон, взяли тебя, Ольгу, и прихватили пару гражданских — байкера с его телкой. Кстати, где они?

— Они мертвы, — сказал я.

— Ясно. Примерно знаю, что здесь происходит, — сказал Серый тихо. — Со мной сидели ещё люди, они рассказали, что тут творится.

Я огляделся. Это был барак, но не тот, в котором томилась наша группа и в котором умерла Линда. Он был близнец тому бараку, похожий внешне, тот же сруб из старых бревен, похожие нары.

— Ну так что, — сказал я, — нас кто-нибудь будет вытаскивать из этой херни? Ты же сотрудник ФСБ, твоя-то пропажа не может оставаться незамеченной.

Серый вздохнул, и в этом вздохе слышалась безысходность.

— В том-то и дело, — проговорил он. — Операция была под строжайшим секретом. В курсе были только Черненко, я и ещё пара человек. Никому я не успел сказать о точке нашего конечного контакта. Думаю, что нас, допустим, уже ищут, но не здесь. Если меня и тебя ищут, то будут искать в городе, там, где мы исчезли.

— Хреново, — выдавил я.

— Что будем делать? — спросил Серый, и в его голосе была нескрываемая надежда, что я предложу дельный план.

Я задумался… Вспоминал… Тот вечер, когда попал в лапы Инженеру. У бара… Как в прошлой жизни, очень, очень давно…

— Эй! Макс? Ты как? Ты меня слышишь? Контуженный, что ли? Что будем делать? — повторил Серый.

— Для начала сними с меня наручники, — сказал я.

— Я бы рад, Макс, но у меня нет ключа, — ответил он тихо. — Где сейчас твои люди?

Я раздумывал, тянул с ответом. Мне нужно было подумать, а мысли тянулись одна за одной нехотя, будто облепленные клеем. Стоит ли говорить ему всю правду? Помедлив, я сказал:

— Моя группа в порядке. Мы раздобыли оружие. Они стоят и ждут сигнала на окраине леса.

Серый кивнул, глаза его сузились, в них промелькнуло недоверие и надежда сразу.

— Так где там они? — спросил он.

— Сразу за заброшенным складом, — сказал я. — Там есть склон и заросли берёзняка.

— Всё ясно.

Серый улыбнулся, и эта секундная улыбка была хищной. Он подошёл к двери барака и забарабанил кулаком.

— Эй, вы, остолопы, открывайте! — крикнул он.

Я не подал виду, что это меня поразило. Ведь голос его звучал вполне уверенно, не как у пленника.

И вдруг вспомнил голос, который слышал прежде. В тот момент, когда нас втащили в фургон с наклейкой обезьяны. Я не отрубился тогда, под действием того снотворного полностью и слышал голос. И вот теперь я понял, кому он принадлежал. Вот тварь…

Нужно было действовать немедленно, пока не стало слишком поздно. Я внезапно вскочил и рванул вперёд. Ударил ногой Серого, сшиб с ног, вторым ударом прибил эту гниду к полу, и, не раздумывая, пнул по уже лежащей морде. Все произошло быстро, в одно мгновение Серый отключился.

Он, выходит, решил обмануть меня, выпытать про группу. Никакой группы за заброшенным складом, конечно, не было, и оружия не было. Были лишь жалкие остатки моих людей с ножами и кольями, что укрылись в чаще — совсем не с той, с противоположной стороны.

Лязгнул засов отпираемой двери. Дверь распахнулась. На пороге нарисовались двое охранников с автоматами наперевес. В этот момент я уже сидел на нарах, руки за спиной, как ни в чём не бывало.

Охранники вошли внутрь, с недоумением уставились на распростёртое тело своего босса.

— Мужики, — хмыкнул я, — что-то ему сплохело, замёрз, наверное. Вы бы глянули…

— Док! — позвал один из них Серого. — Что с вами?

Они наклонились, стали его тормошить, осматривать, посветили фонариком. В это время я достал ампулу из заднего кармана штанов, силой раздавил её, смял, осколки стекла впились мне в ладонь. Я резал себе ладони, сжимал сильнее и сильнее, растирал, чтобы не терять драгоценные капли.