Наагатинские и Салейские хроники (СИ) - Гичко Екатерина - Страница 33

Его тело уже привыкло, что к этому месту из всех женщин к нему могла прикоснуться только любовница, и отозвалось волнением. Иерхарид мысленно усовестил себя и приобнял девушку за талию. Щёки лисички порозовели, и мужчине пришлось укорить себя ещё раз.

Под хрустальный звон колокольчиков[1] по залу легко закружили немногочисленные пары. Тихо, почти бесшумно, словно Светлые духи или видения из снов. Поражённые гости – хайнес так давно не изволил танцевать на балах – пришли в себя, и к танцующим скользнули ещё несколько пар.

Лийриша едва заставляла себе переступать. Тело одеревенело. Стеклянный звон молоточков отзывался битым стеклом под ногами. Танцевать ридеру ей доводилось один-единственный раз. С отцом.

Это случилось у кого-то из соседей на банкете. Хозяин дома велел сыграть ридеру, и было бы странно, если бы Рони Холлый не станцевал со своей дочерью. Они же хорошая семья.

Хорошая семья.

Холод разлился по телу, воспоминания сковали Лийришу. Она не хотела танцевать ридеру. Танец, где с девушкой танцевал нежный мужчина – её отец. Лицемерный танец! Лийриша с содроганием припомнила, как отец подхватил её под мышки и закружился вместе с ней. Она боялась, что он разожмёт руки и она упадёт. Страшно было довериться ему даже в танце. Страш…

Хайнес подхватил её под мышки и поднял вверх так легко, что Лийриша не успела осознать происходящее. Широкие ладони скользнули по её талии вверх, поворот, и вот она взлетает, легко и стремительно. Пальцы не впиваются до боли в рёбра, но удерживают уверенно. Мягко улыбающийся хайнес закружился, и у Лийриши дух перехватило.

Она летела.

И не боялась упасть.

В груди зародился восторг, он вытеснил все опасения, напряжение, страхи и воспоминания, и Лийриша, позабыв обо всём, ярко, солнечно улыбнулась.

Иерхарид едва не споткнулся, когда поражённо распахнувшиеся глаза девушки вдруг сощурились в искренней радостной улыбке. Он поспешил опустить Лийришу на пол, и та, позабыв о прежней скованности, легко пошла в танце, закружившись сперва под его вытянутой рукой, а потом обойдя его кругом. Когда мужчина потянул к ней ладони, она с готовностью подняла руки, позволяя вновь подхватить себя и закружить. И в этот момент её лицо освещал искренний восторг ребёнка, которого могучий и сильный отец поднимает над своей головой.

Оказавшись на земле, Лийриша чуть ли не сама повела хайнеса в танце. Она будто пыталась поторопить неспешный ход музыки и вновь взлететь вверх. Глаза сияли восторгом и словно просили: «Ещё, пожалуйста, ещё раз!». И Иерхарид с радостью поднял её и закружил.

Музыка резко, ожидаемо и неожиданно зазвучала сильнее, и в ряды танцующих слажено ступили новые пары. В бой пошли мужчины решительные.

Ридера – танец нежных отцов и решительных, смелых поклонников, готовых отбить и захватить в свой плен прелестных девушек.

Никто и никогда не осмеливался отбить у Иерхарида партнёршу. Он всегда доводил сестёр до конца танца в своих объятиях. И вот сейчас он бросил упреждающий взгляд в толпу, чтобы возможные охотники танцевали где-нибудь подальше. Его трогал искренний восторг Лийриши, и он не хотел, чтобы кто-то испортил её радость.

Суровый взгляд сразу же столкнулся с наглыми жёлтыми глазами, и Иерхарид с тоской осознал, что наконец-то появился смельчак, готовый отбить у него партнёршу. Скользнув взглядом по партнёрше соперника, Иерхарид опечалился ещё больше, увидев в зелёных глазах женщины лихое стремление помочь своему кавалеру.

– Вот и появился смельчак, который хочет разбить нашу пару, – с наигранной грустью сообщил хайнес Лийрише.

Беспечно улыбающаяся девчонка тут же напряглась и осмотрелась, но повелитель как раз поднял её руки вверх и широкие рукава закрыли весь обзор.

– Вы его даже знаете.

– Кто? – Лийриша напряглась ещё больше, почему-то подумав об отце.

– Викан, – повелитель опустил руки и кивнул на прокружившуюся мимо пару.

– Он?! – возмущённо зашипела девушка. – Я не пойду к нему! – и впилась пальцами в ладони хайнеса, чем немало польстила ему и настроила на игривый лад.

– Нам будет сложно выстоять, – подначил её Иерхарид. – У него сильная союзница. Видите эту женщину?

Лийрише пришлось выглянуть из-под локтя хайнеса, чтобы посмотреть на партнёршу Викана, невысокую миловидную женщину с толстой светло-русой косой.

– Кто это?

– О-о-о, это очень опасная женщина, – лукаво прищурился повелитель. – Это его мать.

– О боги! – до глубины души впечатлилась девушка.

– Нам придётся очень постараться, чтобы выстоять.

Лийриша посмотрела на хайнеса и вновь увидела в его глазах насмешку. Весёлую, не злую, очень игривую, будто приглашающую пошалить. И ей неудержимо сильно захотелось пошалить.

– Господин, вы древний и, значит, мудрый и коварный…

– Ну спасибо, – фыркнул Иерхарид.

– …а я юная и в силу возраста могу творить глупости! Мы точно не проиграем! – с энтузиазмом закончила девушка.

– Я древний? – весело переспросил хайнес.

– Вам шесть веков! И за то время вы должны были научиться танцевать лучше всех.

– А там лихая смелость в двойном размере, – Иер кивнул на танцующую рядом пару.

– Моей лихости на троих хватит! Кроме того, вы хайнес, Сильнейший! Вам нельзя проигрывать.

– Правда? – Иерхарид круто развернулся, уклоняясь от столкновения с матушкой и сыном из рода Вотых, и демонстративно обнял Лийришу, закрывая её рукавами. Словно говоря: «Так легко не отдам».

Мать Викана, госпожа Иела̀на, ответила ехидным прищуром.

В зале нарастало веселье. В качестве нежных мужчин с девушками танцевали не только отцы и старшие родственники, но и братья, и друзья. И последние нередко уступали краснеющих девушек ухажёрам. Или затевали весёлые игрища. Отцы же относились к посягательствам на дочерей не столь весело…

Иерхарид легко закружил по залу, ускользая от столкновения с излишне прыткими Вотыми. Лийриша радостно осматривалась и позволяла едва ли не нести себя над полом.

– Самый опасный момент, – горячо прошептал ей на ухо хайнес. – Готовы?

Они оттолкнулись друг от друга, отшатываясь шага на три, чтобы опять сойтись. Обычно именно этот момент выбирали ухажёры, чтобы подменить партнёршу. Готовились заранее, раскручивались, чтобы влететь между отцом и дочерью и разлучить их. Так поступил и Викан.

Только вот хайнес с Лийришей повернули не в ту сторону, что предусматривал танец, и ликующий Викан чуть-чуть не сграбастал в объятия самого повелителя. Едва успел отшатнуться под лукавым взглядом. И обернулся на заливистый смех матери, которую кружила в танце Лийриша. Викан восхищённо приподнял брови, отдавая дань чужой наглости и хитрости, а затем бросился ловить мать, которую оттолкнула от себя Лийриша. Госпожа, хохоча, повисла на шее у сына, а Лийриша вернулась в объятия хайнеса, и тот тут же подхватил её, поднял и закружил, награждая за удачно провёрнутую шутку.

Музыка стихла, а вот смех и грозные рыки продолжили звучать.

Иерхарид отпустил девушку и чинно сложил руки за спиной, пряча ладони в широких рукавах.

– Спасибо, – выдохнула Лийриша.

Щёки горели, глаза светились, и она кипела радостным возбуждением.

– Рад, что ещё не разучился танцевать.

– Если захотите потанцевать ещё раз, то я всегда готова составить вам компанию, – горячо и искренне выдохнула девушка.

Иерхарид почувствовал смятение.

– Мне никогда так хорошо не было, – продолжала смущать его и наводить на низменные мысли девушка. – Я вся горю! – и показательно обмахнулась. – Мне правда так жарко.

– Мы… очень быстро танцевали, – хайнес позорно запнулся.

– Да, это было так… – глаза девчонки вспыхнули. – Ох, мне надо выйти на свежий воздух и немного остыть. Я ненадолго. Если захотите танцевать, я готова танцевать всё, что хотите, – скулы повелителя едва заметно порозовели, – кроме мадериды. Её я не умею. Меня всё равно никто не пригласит. Только если господин Викан, но с ним я не пойду. Ух, щёки так горят! – Лийриша прижала ладони к лицу. – Мне правда надо выйти, иначе я сгорю.