Инженер (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 57

— А когда будет время? — не унималась она. — Когда нас всех сожрут мутанты? Или когда Гвоздь прикончит нас по одному? Может, стоит использовать каждый шанс, а? Вдруг другого не будет?

Я тяжело вздохнул. С одной стороны, она права. В этом мире каждый день может стать последним. Но с другой… какие, к чёрту, могут быть отношения, когда вокруг творится такой ад?

— Искра, давай не сейчас, — попросил я. — Сосредоточься на задаче.

Она надула губы, но спорить не стала. Вместо этого достала жвачку и начала надувать большие розовые пузыри, которые раздражающе лопались.

— Прекрати, — вздохнул я.

— А почему? — лукаво прищурилась она.

— Демаскирует позицию.

И тут я услышал его. Далёкое, но отчётливое шипение. Оно становилось всё громче, приближаясь к нам.

— Идёт, — прошептал я, крепче сжимая ружьё.

Змея двигалась по нашему следу, оставленному, когда мы несли яйцо. Она ползла быстро, её огромное тело извивалось, поднимая пыль. Ярость и беспокойство читались в каждом её движении. Похоже, потеря одного из детёнышей сильно её разозлила.

Она выползла на площадь перед банком и замерла, увидев своё яйцо, сиротливо лежащее на крыльце. На мгновение в её жёлтых глазах мелькнуло что-то похожее на облегчение.

Змея медленно подползла к яйцу. Я слишком далёк от биологии, так что даже не представляю, как эта мамаша собралась его возвращать. В пасти, что ли? Да без разницы.

— Кажется, представление начинается, — усмехнулся я, поднимая ружьё и прицеливаясь.

План прост, как всё гениальное, и безумен, как всё, что мы делали в последнее время.

Заставить змею атаковать банк. А самим, воспользовавшись суматохой, разобраться с остатками банды Гвоздя.

Главное, чтобы всё пошло по плану.

А в этом я, почему-то, сильно сомневался.

Глава 22

Представление начинается

Первый дротик, который я загнал в ствол своего свежеиспечённого пневматического ружья, был обычным, не отравленным. Просто заточенная деревяшка с оперением.

Тратить драгоценный яд, которого и так кот наплакал, на первый, пристрелочный выстрел, казалось верхом расточительства. Да и цель была не столько нанести урон, сколько… постучаться. Привлечь внимание. Дать понять, что мы здесь, и мы не с добрыми намерениями.

— Оригинальный способ начать переговоры, — хмыкнула Искра, устраиваясь рядом со мной на краю крыши. Её рыжие волосы, растрепавшиеся на ветру, горели на солнце. — «Тук-тук, Гвоздь, выходи, мы тебе морду бить будем». Очень в твоём новом стиле, Лёш. Тонко и изящно.

— Что-то типа того, — буркнул я, тщательно прицеливаясь в массивную дверь банка. Расстояние приличное, метров сорок, может, чуть больше, но ружьё получилось на удивление точным. «Главное, чтобы ствол был ровный, а поршень создавал нужное давление», — говаривал дед. Кажется, получилось. Ещё и Система очень помогла.

Я плавно нажал на спуск.

ЩЁЛК! ПФФЫК!

Короткий, резкий выдох сжатого воздуха, и дротик устремился к цели. Он ударил в дверь с глухим стуком, сразу же отскочив.

— И что теперь? — Искра с любопытством посмотрела на меня. — Ждём, пока они вывесят белый флаг и предложат нам кофе с круассанами?

— Ждём, пока они проявят любопытство, — ответил я, перезаряжая ружьё. На этот раз взял дротик с ядом. Липкое, зеленоватое вещество поблёскивало на наконечнике. — Гвоздь — тип нервный и до одури самоуверенный. Он не оставит без внимания даже такую мелочь, как непонятный стук. Он должен знать, кто осмелился его беспокоить. Он должен чувствовать себя хозяином положения, а любой вызов, даже такой незначительный, будет для него как красная тряпка для быка.

Мой расчёт оправдался. Прошла минута, другая, показавшиеся вечностью. Я уже начал сомневаться, не слишком ли я переоценил их любопытство или недооценил их осторожность. И тут дверь банка слегка приоткрылась. В образовавшуюся щель кто-то осторожно выглянул.

Я не успел разглядеть, кто это был — Филин или Штырь, — потому что из щели тут же, без всякого предупреждения, вырвался ослепительно-синий, потрескивающий шар. Шаровая молния! Фирменное блюдо от шеф-повара Гвоздя.

— Твою мать! — только и успел выкрикнуть я, инстинктивно пригибаясь за парапет. Искра тоже среагировала мгновенно, будто кошка.

Шаровая молния, шипя и извиваясь, как живое существо, пролетела мимо нас, едва не задев парапет. Похоже, Гвоздь решил не мелочиться и сразу угостить незваных гостей своим самым мощным заклинанием.

Дверь банка распахнулась шире, и на крыльцо вышел Слизняк, выставив перед собой пистолет. Видимо, его послали проверить, что за шум снаружи.

Увидев гигантскую змею, он замер, как соляной столб, его челюсть отвисла. Потом его лицо исказилось от ужаса, и он, издав какой-то нечленораздельный вопль, бросился обратно в банк.

Из проёма сразу же вылетела новая шаровая молния… И устремилась прямиком к змее, которая всё ещё пыталась разобраться, куда делось её яйцо. Она обеспокоенно шипела и водила мордой из стороны в сторону.

Уж не знаю, хотел ли Гвоздь произвести на незваную гостью впечатление… Но это сработало. Хоть совсем не так, как он рассчитывал. Электрический разряд ударил змею в бок.

Та взвизгнула или, скорее, издала какой-то утробный, булькающий звук, от которого у меня по спине пробежали мурашки. И её огромное тело выгнулось дугой. Чешуя в месте попадания обуглилась и почернела, запахло палёным. Змея явно не ожидала такого поворота событий и очень, очень обиделась. Ярость, исходившая от неё, стала почти осязаемой.

А тут ещё и дверь банка, распахнувшись после выстрела шаровой молнией, с силой ударила по яйцу, которое оставили на крыльце. Кожистая скорлупа и так уже основательно опустела, а теперь на асфальт вытекли остатки. Мутное, желтоватое содержимое, напоминающее недозрелый желток.

Это стало последней каплей.

Змея, забыв про боль от удара молнии, издала яростное шипение, от которого заложило уши. Это был не просто звук, а обещание жестокой расправы. Её жёлтые глаза налились кровью, и она, не раздумывая, бросилась вперёд, прямо на банк. Её движения были стремительными и полными неукротимой злобы.

— Кажется, наш план сработал даже лучше, чем я ожидал, — пробормотал я, наблюдая за разворачивающейся картиной. Адреналин приятно покалывал в крови. — Мамаша очень рассердилась. И теперь у неё есть конкретный виновник её горя.

Гвоздь и его банда, судя по донёсшимся из-за двери приглушённым крикам и ругани, поняли, что дело пахнет керосином. Они тут же отступили вглубь здания, захлопнув за собой дверь. Но это их не спасло. Змея, не обращая внимания на преграду, с размаху ударила головой в стальную дверь. Та заскрипела, но петли выдержали.

Тогда змея открыла пасть, и из неё вырвалась густая, зеленоватая струя.

КИСЛОТА!!!

ТРЕСК! ШИПЕНИЕ! Едкий дым повалил от двери и стены, разъедая металл и облицовку. Запах был такой, что у меня заслезились глаза, а в горле запершило. Это не просто какая-то органическая кислота, это что-то похуже. Стрёмная дрянь, способная растворять даже металл.

— Вот это поворот, — присвистнула Искра, с нескрываемым интересом наблюдая за происходящим. — А эта змеюка, оказывается, с сюрпризом. Интересно, а что она ещё умеет? Огнём дышать? Или, может, гипнотизировать взглядом, как в старых мультиках?

Я не ответил, напряжённо всматриваясь в происходящее.

Неужели Гвоздь и его шайка так глупо погибнут, запертые в здании с разъярённой кислотной змеёй? Было бы неплохо, конечно, сэкономило бы нам время и боеприпасы. Но что-то мне подсказывает, что эти ублюдки так просто не сдадутся. Они слишком живучи и слишком злопамятны.

И точно. Через несколько секунд я заметил движение на крыше банка. Сначала показалась голова Гвоздя, потом Штыря, а за ним и Филина. Похоже, они нашли какой-то выход наверх. Пожарную лестницу или люк. Это немного меняло наши планы, но и открывало новые возможности.

Теперь у меня появилась отличная позиция для стрельбы. Бандиты оказались как на ладони.