Я (не) твоя пара, двуликий! или Игры со временем (СИ) - Максименко Анастасия - Страница 33

— Страж, по вашему приказанию прибыл, — отчеканил тихо Яр бесцветным тоном.

Леонардо развернулся в сторону лестницы.

— Разрешаю действовать не по протоколу.

За спиной выдохнул Яр, несмотря на дозволение, следовал за начальником по-прежнему пружинистыми военными, едва слышимыми даже для самого Лео шагами.

— Лео, могу я узнать, в чём дело и зачем потребовалось столько крови Алексашечки? Дело связано с нашей ведьмой, снова неприятности?

— С ведьмой не связано. Идем, сам вскоре всё поймешь.

— Уж надеюсь. Тебе не передать словами, как мне пришлось извернуться, чтобы незаметно улизнуть из-под внимания Алекс. Хорошо, брат из наших, не пришлось изъясняться. И, знаешь ли, тебе крупно повезло, что у меня в схроне имелось четыре литра свежей крови и столько же плазмы на всякий непредвиденный случай.

— Именно поэтому я с тобой и связался, понадобится твоя помощь в одном щекотливом деле.

Ирбис нахмурился и придержал множество скопившихся и возникших вопросов при себе, Страж и без того прямым текстом сказал: он и так сейчас всё узнает.

Ярин безмерно удивился, оказавшись на шестнадцатом секретном этаже, озадаченно и не без уважения поглядывал в белый затылок Стража. Яр про себя покачал головой: сколько же тайн хранит их начальник! Сколько он его знает, а до сих пор поражается умениям и могуществу этого оборотня. Однако большее потрясение ожидало его впереди.

В некотором волнении он прошел с дозволения и по приказу Стража непростую идентификацию в одно из запретных помещений секретного уровня, предварительно облачившись в защитный костюм. После считки опечатка сетчатки глаза надел шлем, защелкнул задвижки в пазах и с опаской проскользнул за начальником вперед, с непривычки прикрывая изгибом локтя глаза, по которым резануло после темного коридора яркое белое освещение, и, медленно опустив руку в белой толстой перчатке, с любопытством огляделся, недоумевая: какого хрена происходит в Сейде?

Вниманием оборотня завладела капсула из необычного металла, напоминающая цинковый саркофаг с иллюминатором, у которого застыл Леонардо, закрывая спиной обзор на сам люк. Не оборачиваясь на него, Страж подозвал Флайма жестом. От неясного предчувствия у Ярина зашевелилась шерсть на загривке.

Лизнув языком по клыкам, он поправил на плече рюкзак и осторожно подошел к Леонардо, становясь с ним плечом к плечу. Мимолетно мазнул взглядом по привычно огромной, занимающей всю центральную стену машине-орудию Стражей – ироскандеру, мазнул по трубкам, что тянулись от сканера к саркофагу, и переместил взгляд на люк. Брови Яра поползли к белым волосам, черная прядка встала дыбом.

Обалдело моргнув, он хватанул ртом воздух, разглядывая «плавающую» в анабиозной жидкости оборотницу с очень знакомыми чертами лица, какие он с удовольствием рассматривал каждое утро. Шок. Настоящий шок, вот что он при этом ощутил. Зверь в груди тревожно завозился, царапая когтями грудную клетку.

— Это же…

— Да, — бесцветно-глухо согласился Страж.

Ярин нервно дернул головой, сконцентрировал внимание на находящейся на грани жизни и смерти женщине, только тогда замечая ещё один немаловажный элемент, а именно крошечного младенца. У Флайма заныли виски, во рту образовался металлический привкус.

— Как? — выдавил он, стискивая шлейку рюкзака. — Как тебе удалось? Когда? Почему мы не были в курсе о спасенных двух объектах рода ГолденЯр?

Леонардо промолчал, впрочем, его молчание говорило лучше слов: потому что он так решил. Он их спас. Позаботился, и точка на том. Какая разница, что и почему.

Яр шумно вздохнул.

— Каково их состояние?

— Стабильное. Ты мне нужен был, чтобы принести кровь, помочь с транспортировкой тел из лаборатории и в качестве подстраховки.

Ирбис сглотнул, переводя взгляд на мать Алекс и ребенка.

— Они всё это время лежали здесь?

— Да.

— Почему? Почему раньше нельзя было их оживить?

Леонардо криво усмехнулся.

— Не имелось подходящего ресурса для «оживления». Ты готов?

— Всегда, — машинально выдавил Яр.

— Хорошо, — Леонардо переместился к ироскандеру. — Готовь материал, начинаем через пять минут, после повторной стерилизации облегченной формы.

Двенадцатый уровень, тренировочный бокс

Ночь

Операция «ВОЗРОЖДЕНИЕ ЯР» прошла успешно. Наблюдая за тем, как Ярин проводит медицинские манипуляции сначала с женщиной, что безмятежно спала на осязаемо-иллюзорной постели, делая забор свежей крови, просматривая на свет белки и состояние кожных покровов, затем в той же последовательности — с ребенком, Леонардо раздумывал о многом и до сих пор до конца так и не мог поверить, что у него всё получилось, а вот насколько благоприятно — покажет время. Столько лет находиться в спячке в анабиозной жидкости… к сожалению, он не мог полно спрогнозировать психическое состояние его испытуемых.

Закончив с процедурами, Яр аккуратно уложило материал в пробирках в чемоданчик и подошел к Стражу.

— Я тебе скажу, это что-то невероятное, Лео. Поверить не могу… — и вдруг хитро прищурился: — Алексашечка тебя прибьет, ты знаешь об этом?

Лео хмыкнул:

— В твоей паре я не сомневаюсь.

Яр покосился на… с ума сойти, мать своей пары, насмешливо оскалился:

— Нет, ну, сначала она тебя обнимет, зальет слезами жилетку, а затем нежно задушит в объятиях.

— М-гу. Предвкушаю.

— Всегда знал, что ты мазохист, — фыркнул Яр. — Так, ладно. Когда моя пара может навестить мать и… брата? По моим прикидкам, оборотница очнется в течение недели, а вот малыш… до месяца, может быть, плюс три. Я бы рекомендовал положить его под «стекло».

— Так и собираюсь поступить, завтра объекты будут перемещены в клинику.

— Хорошая идея, — одобрительно кивнул Яр.

— Тогда Алексашечка может навестить родственников на следующей неделе?

— Не раньше, чем пройдет адаптационный период.

Ярин подозрительно прищурился. Не понравился ему ответ Стража. А Страж твердо поглядел на него:

— Через год.

— Что?! Почему через год?

— Если адаптация пройдет успешно раньше, значит, немногим раньше, но точно не раньше, чем через шесть месяцев.

— Лео! Это ведь нечестно по отношению…

— Я всё сказал. Можешь быть свободен, Ярин. Это приказ.

Флайм дернулся и сжал губы. По-военному четко кивнул, сухо уточнил:

— Кому передать образцы?

— Отвезешь в клинику по пути домой. Привет семье.

Проворчав под нос ругательство, Яр, про себя недовольно пыхтя, покинул Бункер, и вместе с тем он прекрасно понимал решение Стража. Увидев мать такой слабой и беспомощной, и брата, над которым по-прежнему висел дух смерти, она не обрадуется, станет тревожиться или, хуже того, винить себя, злиться на Леонардо. Нет уж, пусть этот год, пока её мать набирается сил, а она сама носит ребенка, пройдет спокойно. Так будет лучше для всех.

Глава 41

Айсар

Потрясенно таращился на пристыженную ведьму, пытаясь осмыслить ею сказанное. Зверь в груди метался, скулил и яростно рычал, неистово желая цапнуть Ульяну за шкирку и хорошенько встряхнуть. Тихонько плакала моя пара, то ли от радости, что скоропостижно станет бабушкой, то ли от горя, что не увидит дочь ещё хрен знает сколько, не сможет прикоснуться к своему дитя, быть рядом в такой непростой для дочери период и не иметь возможности нашу девочку приласкать. Черт, у меня у самого в глазах защипало.

Стиснув челюсти, тихо прорычал:

— Я правильно понял тебя, Ульяна-а-а-р-р-р, ты по своей дурости…

— Айсар! Ульяне и самой непросто. Погляди на неё, бледная что смерть, видно, ей и без нас крепко досталось, будь мягче, прошу! — и вопреки своим же словам зарыдала в голос, причитая: — Бедная моя, бедная девочка.

Ульяна съежилась и потупила взгляд.

Шумно втянул носом воздух, моля предков дать мне сил.