Адмирал космического флота (СИ) - Борчанинов Геннадий - Страница 21

Хотя назвать это преследованием было сложно, мы уже его настигли и навязали бой. «Ньюфаундленд» мог только попытаться сбежать, дав максимальный импульс к краю системы, чтобы там юркнуть в гипер, но мы ему это не позволим.

После нескольких безуспешных залпов по «Палладе» он вдруг сменил тактику. Сосредоточил огонь на «Гремящем», и несколько выстрелов уже сотрясли нашу броню. Кажется, я зря представился. Очень даже зря. Ещё и адмирал Вебер теперь узнает, что я не погиб на «Титане», а вполне себе жив и здоров, и разбил её возле ТХ-2108 не абы кто, а ваш покорный слуга.

— Магомедов, приказываю отходить, — объявил я.

Просчитался, бывает. «Ньюфаундленду» всё равно не справиться с двумя нашими кораблями. Огонь «Паллады» уже сбил ему щиты и вскрыл броню в одном из жилых отсеков.

Я следил за боем из центра управления, испытывая жгучее желание лично вмешаться, заняв место в командирской рубке. Провести не только безопасный и предсказуемый манёвр перехода в гипер, а снова пощекотать себе нервы в космическом бою, получить дозу адреналина. Тем более, что эскадрой из двух кораблей можно управлять и голосом, наладив прямой канал с командиром «Паллады». Заманчиво, очень.

Но я взглянул на сосредоточенное лицо вице-адмирала и понял, что сейчас явно не время уходить на мостик. Ладно, надо привыкать к тому, что я теперь адмирал, а не командор. Вожу эскадры, а не корабль.

«Паллада» и «Ньюфаундленд» теперь сцепились фактически в ближнем бою, альянсовцу пришлось вновь перенести огонь на наш крейсер, и это вновь давало нам шанс.

— Магомедов, сзади на него заходи! Живее! — рявкнул я.

Космические корабли со всех сторон защищены бронёй одинаково. Но сзади находятся двигатели, которые вынуждены быть открытыми, и это было одним из самых уязвимых мест любого боевого корабля. Даже самого большого колосса.

Я чувствовал себя болельщиком перед экраном, только вместо пива и чипсов у меня тут водичка, а вместо спейсбола на мониторе разворачивается самое настоящее сражение. Ну и повлиять на него я мог не только криками в монитор, но и прямыми приказами.

«Гремящий» подошёл к крейсеру сзади и снизу, пока тот был занят перестрелкой с «Палладой». Промахнуться с такого расстояния невозможно, но всё равно, залп главного калибра был поддержан всеми прочими орудиями.

Выстрел сбил ему один из двигателей и передвинул с курса, «Ньюфаундленд» заметался в пустоте, как раненый лось, выровнялся на своей орбите, отключив двигатели. «Гремящий» промчался мимо него на полной скорости. Сейчас «Паллада» довершит начатое.

— «Ньюфаундленду»! Даю последний шанс! Выключить двигатели и вооружение! Иначе вы будете уничтожены! — объявил я.

На крейсере альянсовцы отчаянно боролись с пожаром. Это было видно по тепловым сигнатурам. Шансов у них не осталось никаких, либо плен, либо смерть в космосе.

— Go fuck yourself! — на своём чёрном наречии ответил кто-то из них, и это точно не было просьбой о пощаде.

— Добить, — холодно произнёс я.

«Паллада» выстрелила ещё раз из своего главного калибра, по неподвижной цели. Изрешечённая снарядами броня крейсера уже не держала урон, так что болванка прошила его насквозь и угодила прямиком в реактор. Реакция сорвалась в неуправляемую. То есть, перешла из замкнутого контура вовне. Взрыв в космосе не прогремел, но «Ньюфаундленд» в одночасье расцвёл ярко-белым пятном, точно маленькая сверхновая.

Вспышка докатилась до наших щитов, которые тут же отработали, рассеивая энергию взрыва, и мы с «Палладой» помчались прочь отсюда. Пожалуй, так даже лучше. Не придётся возиться с пленными, их размещением и содержанием, и так далее. Хотя сам по себе трофейный крейсер, с учётом того, что мы и так потеряли несколько кораблей, наверняка пригодился бы.

А брать его на абордаж… Это чистейшей воды сумасшествие. Нет, в космосе даже такое бывало, но не с крейсерами, команда которых по численности тянула на целый полк, а то и бригаду.

К тому же, для абордажа надо подойти вплотную, практически состыковаться, а никто этого не допустит. Особенно башни противокорабельной обороны.

Покопаться в логах альянсовского крейсера, наверное, было бы интересно, но это совершенно точно не стоило всей возни с пленными. К тому же все логи наверняка уничтожили бы ещё до того, как первый наш десантник вступил на борт. Альянс ревниво охранял свои секреты.

Доклад о победе в системе ТС-8079 немедленно отправился в Новую Москву. А мы с «Палладой», отойдя чуть подальше от места сражения, занялись проверкой своего состояния. «Ньюфаундленд» сумел нас обоих немного потрепать, кое-где подплавил броню, уничтожил часть навесного оборудования, практически не защищённого, но серьёзных повреждений нанести не смог. Ничего такого, что могло бы серьёзно повлиять на нашу боеспособность.

Корветам-разведчикам я приказал продолжать поиски и наблюдение, в первую очередь меня интересовало, куда делись альянсовские линкоры. Остальные корабли Свободного Флота серьёзной угрозы не представляли.

— Что дальше, господин адмирал? — спросил меня Платонов, когда мы разобрались с текущими задачами.

— За «Гренландией», — сказал я. — От «Эгиды» не было вестей?

Он быстро пробежал глазами по списку.

— Никак нет, — сказал он. — От «Стойкого» тоже.

— Значит, точно надо лететь за ними, — сказал я.

Вряд ли с ними что-то стряслось, скорее всего, просто неполадки со связью. Ретрансляторов выбили уже целую кучу, неудивительно, что гиперсвязь работает с перебоями.

Гиперсвязь вообще была куда более важной технологией, чем считали многие, я бы даже назвал её ключевой для существования межзвёздных государств. Без неё мы станем просто горсткой раскиданных по Галактике поселений, ведь если информация идёт от одного пункта к другому по несколько лет, ни о каком управлении не может быть и речи. Собственно, нападение на ретрансляторы гиперсвязи можно приравнять к нападению непосредственно на устои Империи.

Срочно ремонтировать что-либо, к счастью, нам не требовалось, поэтому мы проложили кратчайший маршрут к системе ТС-8083, где не так давно засекли «Гренландию». Три прыжка. «Гренландия» за это время может оказаться где угодно, но свежих данных пока не поступило, поэтому мы пойдём туда.

Я закончил с раздачей приказов, вычеркнул «Ньюфаундленд» из списка целей, поднялся с места.

— Скоро вернусь, — сказал я своему первому заместителю.

Платонов кивнул, не отрываясь от раскрытого документа, как у начштаба, у него тоже хватало работы. Я же вышел из центра управления, чтобы отправиться к нашим связистам.

Старший лейтенант Каргин находился на своём месте, сосредоточенно вбивая команды в консоль. Одну за одной. Вбивал, менял параметры, ждал немного, вбивал новые, стирал, начинал заново, хмуро глядя в монитор, даже почти не мигая. Кажется, он даже не заметил моего появления.

— Да чтоб тебя, паскуда… — шипел он сквозь зубы.

— Господин старший лейтенант, — тихо позвал я.

— А? Что? — он встрепенулся так, будто я застиг его за чем-то постыдным. — Господин адмирал!

— Сиди, сиди, — махнул я рукой. — Я за консультацией.

— Да тут просто… Поймать не могу ничего, — поморщился Каргин. — Затра… Простите, устал уже.

— Понимаю, — сказал я.

— Чем могу помочь-то? — спросил он.

Я немного помедлил с ответом.

— Просто спросить хотел… За другие наши корабли беспокоюсь. То, что от них вестей нет, это со связью проблемы или…

— Ну, если бы связь работала и их уничтожили, мы бы об этом уже знали, — сказал Каргин, но не слишком уверенно. — Тут скорее это всё из-за того, что эти сволочи ретрансляторы выбили. Мощности сигнала не хватает на такое расстояние.

Ответ связиста меня чуть-чуть успокоил. Самую малость.

— Так, а до кого из эскадры мы ещё можем дозваться? — спросил я.

Каргин жестом попросил меня немного подождать, вновь погрузился в консоль. Я заглянул в монитор через его плечо, но почти ничего не понял в мешанине цифр.

— «Зоркий», в соседней системе, в семи световых годах от нас. До него добиваем, — сказал старший лейтенант. — Остальные… Никак.