Сделай со мной... это, госпожа (СИ) - Жнец Анна - Страница 14

Где-то в глубине души меня кольнуло чувством вины из-за этой уловки. На самом деле мне было плевать, какой Теневир маг и воин, но сориться с Великой матерью, идти наперекор ее воле было чревато. Партию следовало довести до конца.

Зато совершать свои боевые подвиги Теневир будет не из страха измены, а чтобы увидеть в моих глазах восхищение — этой мыслью я успокаивала свою совесть.

Остаток ужина прошел спокойно. Мужчины молчали, женщины обсуждали орочьи набеги на восточные и южные склоны Лунных гор и участившиеся обвалы в шахтах, где темные эльфы добывали золото и руду. Генерал Дракх больше не пытался меня соблазнять и лениво потягивал напиток из своего бокала, время от времени поглядывая в сторону выхода. В уголках его губ залегли скорбные морщинки, и я вдруг поняла, что он гораздо старше, чем я думала. И до сих пор не встретил истинную? Странно.

Часть вечера Теневир разгибал искалеченную вилку, возвращая ей нормальный вид, после принялся гладить под столом мое колено, да так настойчиво, что это выглядело намеком или обещанием.

Насчет последнего я не ошиблась. Когда ужин закончился и мы остались наедине, Теневир набросился на меня ревнивым тайфуном. Вот мы спокойно идем по скальным туннелям Маэл’ар, возвращаясь домой, а вот он толкает меня к ближайшей стене, вдавливает в нее своим мощным горячим телом и принимается высасывать из меня душу.

Это был не поцелуй, а утверждение своих прав, попытка пометить территорию.

— Тебе он понравился? — рычал Теневир, расталкивая мои бедра в стороны и просовывая между ними колено.

— Кто? — задыхалась я от его ласк.

Руки мужа то обхватывали мое лицо, то соскальзывали к груди и мяли ее через кожаную ткань жилетки, а колено давило на промежность.

— Генерал выскочка. Этот хвастливый павлин.

— Ничего себе хвастливый! Он же слова за вечер не проронил. И, между прочим, я сказала, что буду верна тебе.

— А еще ты сказала, что он красив и ты завидуешь его будущей жене.

Надо же, запомнил.

— Я сказала не так, я…

Теневир заткнул меня глубоким влажным поцелуем.

По коридору мимо нас кто-то прошел, но этот ревнивец плевал на свидетелей: прижимая меня к стене, он агрессивно толкался языком мне в рот и всем своим видом словно кричал: «Моя! Моя! Моя!»

Когда он наконец отпустил меня, я была вся красная, растрепанная и мокрая… в определенных местах.

Мы продолжили путь, мои ноги пружинили и подгибались.

— Меня скоро отправят в поход, — в какой-то момент произнес Теневир без выражения. — Надолго.

— Откуда ты знаешь?

От его слов под ребрами неприятно заныло. С удивлением я поняла, что не хочу расставаться. Кажется, этот серокожий пылкий гигант запал мне в душу. Растопил мое сердце своим… э-э-э… умелым языком.

— Не трудно догадаться, зачем меня вытащили из темницы, отмыли и пригласили на ужин к Великой матери.

Я неопределенно хмыкнула.

Некоторое время тишину подземелья нарушали только звуки наших шагов. Теневир взял меня за руку. Его ладонь была теплой и шероховатой от мозолей. Красные коридоры сменялись синими, синие — снова красными. Впереди замаячил поворот. Из-за угла донеслось верещание ездовых ящеров, которых сдавали в аренду, а значит, пешая прогулка обещала вскоре смениться верховой.

— Женщины не умеют быть верными, — вдруг сказал Теневир, сжав мою руку крепче. — Когда я уеду, ты точно возьмешь себе любовника.

Глава 16

Пока ездовые ящеры несли нас домой сквозь тьму скальных тоннелей, я думала о словах Теневира. О том, как доказать ему, что он ошибается и не все женщины одинаковые. Я другая, не такая, как его бывшая супруга-садистка! Хотелось донести это до Теневира, чтобы во время опасного военного похода его не терзали мысли об изменах жены и он спокойно выполнял свой долг, чувствуя за спиной надежный тыл. Это ведь так важно! Для мужчины и для женщины, для любого человека, эльфа и дроу. Знать, что тебя дома ждут, что хранят верность, что ты нужен.

Но слова — пыль. Слишком часто бывшая хозяйка моего тела предавала своего истинного, чтобы теперь он слепо верил ее обещаниям, даже самым искренним и пылким. Кхара изменила Теневиру прямо на его глазах! Изменяла ему на протяжении всего брака. Он родился и уже третий век жил в обществе, где замужние женщины меняли любовников как перчатки. Очень непросто пошатнуть сложившуюся картину мира. Нужно что-то повесомее слов, если я хочу убедить Теневира в своей верности.

Поступок. Встряска. Небольшая шоковая терапия, но приятная.

То, что перевернет представления Теневира о жене.

То, что заставит его почувствовать себя особенным для нее.

То, что навсегда врежется в память.

Событие с большой буквы, которое он будет вспоминать во время похода и всякий раз испытывать душевный подъем.

Пока я принимала ванну, обдумывая то, что собираюсь сделать, Теневир прочно оккупировал мою постель. Собственная кровать его не прельщала, он лежал в моей, накрытый одеялом до пояса, и всем своим видом показывал, что прогнать его оттуда не получится.

— Иди ко мне.

Когда я появилась в дверях, Теневир с улыбкой обольстителя похлопал ладонью по матрасу.

— После встречи с этой старой каргой ты наверняка вымотана до предела, но я помогу тебе расслабиться.

Медленно и томно он облизал губы. Одеяло в районе его паха красноречиво топорщилось. Интересно, под ним мой муж голый или прикрылся какой-нибудь тряпочкой.

Я подумала о своих планах, и от предвкушения, смешанного с волнением, пересохло в горле.

— Ну же, Кхара, — пропел с кровати Теневир. — Ляг в постельку. Все, что от тебя требуется, — раздвинуть свои красивые ножки и получать удовольствие.

Под обжигающим взглядом мужа я подошла к постели. Теневир отбросил одеяло в сторону. На нем были мягкие черные штаны, которые только подчеркивали силу его желания, и ошейник обрэ. Теневир не снимал его ни перед сном, ни в душе.

Едва я опустилась на матрас, супруг навис над мной, и его взгляд скользнул вниз. Сначала я решила, что — к груди. Я специально надела ночную сорочку, которая почти не скрывала моих прелестей. Тонкая до прозрачности ткань обтянула навершия сосков и ярко обозначила темные пятнышки ареалов.

Но Теневир смотрел не туда. Не на мою грудь. Я поняла это, когда он взял меня за руку и нежно поцеловал кожаную полоску обручального браслета на запястье. С тех пор, как я надела эрбо, он постоянно проверял, есть на мне этот брачный атрибут или нет.

— Расслабься, — хрипло прошептал муж, спускаясь вдоль моего тела.

Вне всяких сомнений, он решил вернуться к привычному сценарию, но у меня были другие планы.

— Нет. Подожди.

Я удержала его за плечо.

Теневир поднял голову и нахмурился. Его лицо было на уровне моего живота.

— Тебе ничего не надо делать, — повторил он. — Я не прошу со мной трахаться. Просто поласкаю тебя немного. Тебе понравится, обещаю.

И он попытался развести мои ноги.

Я откатилась в сторону.

— Нет.

— Почему нет? — Теневир выглядел так, будто его ударили.

Сколько раз Кхара отвергала его, выбирая ласки других мужчин! Он привык к тому, что его не хотят. Но привыкнуть не значит смириться. Только сейчас я поняла, насколько сильно его ранили отказы жены.

Миг слабости — и снова все эмоции спрятаны под маской. На лице Теневира растеклась хитрая улыбка.

— Неужели ты не хочешь этого длинного горячего шалуна?

Он разомкнул губы и кончиком языка лизнул воздух.

— Заманчиво, но у меня есть идея получше.

Я откровенно наслаждалась растерянностью мужа, когда мягко, но при этом настойчиво заставляла его опуститься спиной на матрас и устроить голову на подушке. Теневир не понимал, что я задумала. Смотрел удивленно и настороженно. Его тело было напряжено, словно он ждал не ласки, а удара.

Моя ладонь легла на рельефный мужской живот, и тот поджался от прикосновения. Кожа у Теневира была теплой, гладкой, сухой. Бугор в штанах дернулся и округлился.