В трех шагах (СИ) - Романов Герман Иванович - Страница 6

— Авианосцы определяют победителя на море, а вот с ними у нас плохо, все надежды на базовую авиацию.

Адмирал тяжело вздохнул, подошел к открытому иллюминатору — вечерело, жара в Массауа стала спадать. А ведь в Берлине сейчас идет мокрый снег, и температура чуть ниже нуля. Здесь в тропиках стоит зной, напротив пустынный берег Аравии, где сейчас танки из корпуса генерала Неринга — местный король перешел на сторону «Оси», как и абиссинский император. И хотя дуче настаивал на возвращении этой страны под власть итальянской короны, в этом ему было категорически отказано. Исключительно из политических мотивов — все бывшие колонии фюрер стал объявлять независимыми государствами, но под протекторатом Германии. И правильно — немцы воюют, а плодами их побед хотят пользоваться итальянцы, которых англичане постоянно били. Да, «макаронники» союзники, но теперь никто не будет их поддерживать «просто так», дали Тунис во владение, и вернут утерянные колонии — Эритрею и Сомали, с куском британской части, и хватит Муссолини. Да и зачем дуче армия и флот, если нет возможности содержать их, ни желания сражаться должным образом.

Турки храбрее, однако, им корабли давать нельзя — в рухлядь превратят, сейчас хоть чему-то научились, а в прошлую войну у них «Гебен» вместо 27 едва 22 узла выдавал. Да и воюют в горах плохо — фронт на Кавказе совсем застыл, все бои идут в Персии, но там появились русские танки. И наступление войск фельдмаршала Роммеля сразу остановилось — и как знал адмирал, сейчас в Ирак перебрасывали эшелонами пополнение по Багдадской железной дороге, а также автомашинами через сирийские пустыни. Проблем с топливом не было, хотя англичане и русские бомбили нефтепромыслы в Киркуке. Но переброшенная эскадра «Зеленое сердце», вместе с ночными истребителями из ПВО рейха пока отбивали налеты, сбивая чуть ли не каждый день по десятку бомбардировщиков.

— Аден, мы должны овладеть Аденом — это даст флоту базу, Массауа совершенно не подходит для стоянки линкоров, здесь могут стоять эсминцы, даже крейсера трудно базировать.

Вильгельм Маршалл подошел к карте, стал внимательно ее рассматривать. Аден позволял кораблям выходить в Индийский океан, и сейчас броненосцы «Адмирал Шеер» и «Лютцов» прорвались на вражеские коммуникации между Австралией и ЮАС. Благо британская авиация понесла серьезные потери, но зато у Ройял Нэви есть авианосцы, которые в любой момент могут нанести удар — а им удалось потопить «Сехо». Зато будь его линкоры в Адене, последняя связь англичан с Индией будет потеряно, и главное — они уже не смогут обеспечить доставку грузов и подкреплений в Иран. Поневоле будут вынуждены начать отступление на восток, за Инд, бросив русских союзников, оставив их один на один с немцами и турками. И наоборот — уже германские корабли смогут войти в Персидский залив, и обеспечить снабжение войск фельдмаршала Роммеля. А после этого участь «сокровищницы британской короны» будет предрешена — местные народы поддержат победителей, а все английские войска будут вынуждены капитулировать…

Вермахт за годы войны получил больше трех с половиной тысяч таких 20 мм «фирлингов», не считая многих тысяч одноствольных автоматов, немало пошло таковых на корабли кригсмарине, что те напоминали ежа, ощетинившегося иголками. Потому преодолеть насыщенную скорострельными стволами противовоздушную оборону было крайне тяжело — в результате сбивалось множество атакующих самолетов, особенно много погибло штурмовиков ИЛ-2, которые «работали» на небольшой высоте. Именно наличие множества мелкокалиберных зенитных батарей в составе полевых и танковых дивизий позволяло воевать вермахту даже в 1944 и 1945 годах, в условиях полного господства в небе советской, американской и английской авиации…

Глава 7

Григорий Иванович с несказанным удовольствием, да что там — с упоением — слушал артиллерийскую канонаду. Японский укрепрайон, не такой и мощный, вовсю обрабатывала тяжелая артиллерия, которую к нему после долгих мытарств подтянули. За дело взялись теперь предельно серьезно, подтянув один имеющийся полк из шестнадцати «сталинских кувалд» — 203 мм гаубиц Б-4 на гусеничном ходу. Их стрельбу ни с чем не спутаешь, но для самого маршала это было слаще любой музыки, очень размеренный ритм, уверенный, а это о многом говорило. Для любого другого человека, даже военного, грохот нескольких сотен орудий стал бы сплошным шумом и гамом. Но тут как в оркестре опытный дирижер слышит партитуру каждого музыкального инструмента, так и сейчас Кулик различал какие дивизионы и полки обрабатывают окруженный «Муданьский» укрепрайон, который, если разобраться по сути, таковым не являлся на самом деле. Обычные полевые позиции, и не более, проволочных заграждений мало, противотанковых рвом не видел, минные поля в ничтожном числе, по крайней мере, всего два раза танки на них нарывались, и то на коротких участках.

Это свидетельствовало только об одном — японцы не собирались обороняться, наскоро возведенные полевые укрепрайоны должны были выполнить только одну задачу — прикрыть развертывание войсковых группировок для наступления вглубь советской территории. Это потом, в сорок третьем, после сражения на «курской дуге», самураи осознали, что их ожидает через пару лет, самое большее, и лихорадочно принялись за возведение бетонных сооружений вдоль всей границы. Вот только в условиях современной войны, все эти циклопические сооружения не имеют никакой пользы, если против тебя действуют подвижные танковые соединения, а над головой постоянно летает вражеская авиация, которая не дает ни малейшей возможности использовать при свете дня дороги.

— Ничего, долго не продержатся, недельку-другую, и амба — боеприпасы у «япов» закончатся. А при таких холодах самураи скорее вымерзнут поголовно, как мамонты в якутской тайге.

Кулик хмыкнул, чувствуя, что морозец хорошо прошелся по щекам. Но полушубок с унтами, да папаха неплохо грели, и не скажешь, что Маньчжурия, морозы под «тридцатник» подбирались. Но этот фактор больше играл наступающим, чем обороняющимся — против блокированных японских гарнизонов было выдвинуто много артиллерии, сносящей все огневым валом постройки. Опять удалось захватить господство в воздухе, благо истребительные полки перевооружились с «ишаков» и «чаек» на «яки» с «хоуками». Начали поступать «кобры», пока в бои ввели только пару эскадрилий, но к концу месяца будет два полнокровных полка, а там общее число будет только возрастать, причем значительно. Прибывают обещанные Ставкой серьезные подкрепления, танки идут «потоком», с ними бронетранспортеры, самоходки и бронеавтомобили. Пока боеприпасов хватает, но то, что их подвоз будет нарастать, было очевидно — кризис миновал, и производство снарядов и патронов стало увеличиваться, свою роль сыграл и ленд-лиз.

Но не только помощь, от союзников стала ощущаться реальная помощь уже в сражениях. Американцы начали спешно перебрасывать свои авиагруппы, на приморских аэродромах появились первые В-17 и «лайтинги», В-26 и те же «киттихоуки», сразу же включившиеся в воздушную войну. Пока бомбили только Корею и Маньчжурию, причем особенно рьяно принялись вышибать железнодорожную инфраструктуру, которая обеспечивала практически все японские перевозки, если не считать морские порты — тем тоже стало доставаться, и крепко. При этом янки всячески усиливали свою авиацию на Камчатке, и, судя по всему, предельно серьезно принялись за дело — Парамушир и Шумшу бомбили практически беспрерывно. При этом совершали облеты всех островов Курильской гряды, парализовав их сообщения с метрополией. «Хоуки» и «лайтинги» гонялись даже за рыболовецкими шхунами, стараясь топить все, что видят в море. С подготовкой десанта заторопились, лед с Охотского моря неумолимо наползал на острова. Шумшу и Парамушир регулярно обстреливали линкоры, причем воздушное господство над островами стало полным, а все батареи зенитной артиллерии были уничтожены, разбомблены, буквально стерты и с землей перемешаны.