Арабская ночь. Табу на любовь (СИ) - Ангелос Амира - Страница 16

— Обещай, что вечером не сбежишь? Хотя нет. Не обещай, — хитро прищуривается. — Так, рассказывайте, Сергей, зачем вы похитили мою подругу и куда ее возили. Я волновалась, между прочим! Все глаза проглядела, весь пляж обрыскала!

— Ира, ты преувеличиваешь.

— Разве что чуть-чуть.

— Ирина, мы ездили в красивое нетуристическое место.

— Звучит очень интригующе.

— Да, там было очень красиво, — соглашаюсь.

— Я бы тоже не против прокатиться туда. Если честно, уже устала от пыхтящего автобуса! Приелась экзотика! Хочется комфорта.

— Договорились, Ирина. Я вас отвезу.

Потом Ира и Сергей начинают оживленное обсуждение на свою профессиональную тему. Я же допиваю сок, смущаюсь внимательных задумчивых взглядов Кирилла. Мне не по себе. Я ему ничего не обещала, но он смотрит так, словно я что-то не то сделала.

После обеда как обычно все собираются к бассейну. Мы с Ирой отправляемся в номер — переодеться и оставить пляжные принадлежности.

Отпираем дверь ключ-картой и замираем на пороге. Потом инстинктивно делаю шаг назад, будто испугалась. Потому что наш номер превращен в настоящее цветочное сумасшествие.

Комната залита мягким светом, и повсюду: на полу, на прикроватных тумбочках, на туалетном столике — вазы с цветами. Синие ирисы, насыщенно-багровые пионы будто дышат сладким ароматом, нежные бело-розовые лилии раскрыты навстречу воздуху. Разноцветные герберы, розы от молочного до винного. Все собрано в изысканные букеты. Настоящий цветочный апокалипсис. На моей кровати лежит венок из нежных ромашек, словно кто-то оставил его для фотосессии. В комнате висит густой, пьянящий запах цветов, будто мы вошли не в номер, а в весенний ботанический сад.

— Охренеть! — Ира первой нарушает молчание. — Судя по тому что на моей кроватке ничего — это все тебе?

Я только качаю головой, не в силах говорить. Горло перехватывает. Внутри что-то волнительно тянется, как струна.

— Ну, Кирилл дает! Ты его точно с ума свела! Он между прочим за обедом был в бешенстве. Умеешь ты мужика в бараний рог скрутить. Сбежала ни свет ни заря, нашла нового кавалера. А вчера куда пропала? Обжималась с Юсуфом?

— Нас ждут, Ир, — пытаюсь, хоть и неуклюже, сменить тему.

— Ты такая скрытная, как это бесит! — фыркает подружка.

Глава 16

— Спасибо большое, — сдержанно благодарю Кирилла, когда мы с Ирой спускаемся к бассейну.

— Ммм пожалуйста. А за что? — он выглядит удивленным.

Я теряюсь.

— Слава говорит про цветы. На постели был букет, мы решили что это ты, — вмешивается Ира, сократив буйство, которое у нас в номере, до скромного букетика. Я бы даже рассмеялась, не будь так удивлена отказом Кирилла от сюрприза.

— Нет, это не я… — он выглядит смущенным.

— Как не ты? — изумляется Ира.

Мы все удивленно переглядываемся. Букетов было так много, словно кто-то сразу купил целый цветочный магазин. Оптом. И пригнал грузовик, чтобы доставить все к нам в номер.

Кирилл выглядит озадаченным. То ли жалеет, что не додумался или может решил, что это такой намек?

Мне становится неловко.

— Пойду поплаваю.

Ныряю в воду, сразу чувствуя облегчение. В прохладе растворяются и смущение, и неловкость, и странное, нервное чувство внутри.

Переворачиваюсь на спину, позволяя каплям скатываться по вискам, по шее, будто смывая все, что тревожит. Закрываю глаза. Успокаиваюсь, релаксирую. Только шелест воды в ушах и небо, которое переливается в каплях на ресницах.

Слышу отдаленные голоса. Ира смеется, Кирилл ей поддакивает. Их разговор звучит легко, ненавязчиво. И мне даже немного завидно, их непринуждённости, способности быть «здесь и сейчас», не усложняя.

Медленно подплываю к краю, облокачиваюсь локтями на бортик, когда рядом появляется Сергей. Широко улыбается:

— Как водичка?

— Чудесная, — выдыхаю, не скрывая удовольствия.

— Ты же не будешь против компании? — не дожидаясь ответа, ныряет в воду.

Мы смеемся, брызгаемся, болтаем ни о чем. С Сергеем легко, он не переходит границ.

Но все обрывается в одно мгновение.

Юсуф как обычно появляется внезапно. Высокий, сосредоточенный, как будто ищет глазами только меня. И находит. Сердце сбивается с ритма. Его взгляд цепкий, уверенный. За его спиной брюнетка. Она выглядит недовольной, разочарованной. Подходит, что-то говорит ему, тянет за руку, но он даже не поворачивает головы. Направляется в мою сторону.

Ну а я в панике уплываю к другой стороне бассейна.

Нет, нет, нет. Сейчас не могу. Я не готова. Вылезаю из воды и, как девчонка, почти бегом направляюсь прочь.

Капли с моих ног оставляют следы на горячей плитке. Я выбита из равновесия. Бормочу что-то про работу, Кирилл разочарованно вздыхает, я подхватываю полотенце, накидываю на плечи и, не оглядываясь, почти бегу в номер.

Закрываю дверь. И только тогда позволяю себе выдохнуть.

Тихо, глубоко. И почувствовать, как внутри все снова начинает кружиться.

Почему я снова сбежала? Почему мне так сложно решить, чего же я хочу на самом деле?

Наступает вечер, традиционные развлечения у фонтанов, он тянется в теплой, шумной неге. Наша компания все растет, столики сдвинуты, народ, свет гирлянд качается в такт музыке. Все расслаблены, вино, коктейли, смех звучит громче, солнце почти утонуло за горизонтом.

Миша рассказывает, как днем чуть не обжегся медузой, размахивает руками и пыхтит, Ира его дразнит:

— Да там та медуза тебя испугалась больше, чем ты ее. Убежала сама!

— Я вообще-то герой, — Миша важно выпячивает грудь. — Лешу спас. Он вообще хотел потрогать ската.

— Он был красивый! — оправдывается Леша. — Огромный, как ковер. Медленно так плыл, будто знал, что его фоткают.

Разговор уходит к морю, к рыбкам, кораллам, кто что видел и как бы вообще классно было сходить на дайвинг. Кто-то упоминает пенную вечеринку в соседнем отеле, якобы там в выходные будут танцы до утра и огромная пушка, стреляющая пеной. Все начинают возбужденно обсуждать, стоит ли сходить.

Мой взгляд то и дело ускользает в сторону танцпола.

Юсуф снова танцует, отдает себя ритму, как будто только музыка существует для него. Его тело двигается с такой грацией, что от него не оторвать глаз. Женщины рядом меняются, смеются, обвиваются вокруг него, подпевают диджею. А он будто бы весь в этом танце. Даже мимолетно не смотрит в мою сторону. Словно меня не существует.

Внутри поднимается глухая, вязкая боль. Замирает где-то в груди и мешает сделать полноценный вдох. Я улыбаюсь друзьям, делаю вид, что увлечена беседой, но ощущаю пустоту и грусть.

— Беженец оказался бабником, — говорит тихо Ира, наклонившись ко мне.

— Это не смешно, Ир.

Она осекается, виновато смотрит на меня:

— Ладно. Прости.

— Можем просто не обсуждать его? Это уже не интересно.

Ветер усиливается, музыка нарастает. Юсуф подхватывает очередную девушку за талию, она вжимается в него, он улыбается.

Я отвожу взгляд. Пью свой коктейль, не чувствуя вкуса. Танцует он, конечно, как бог. Привлекает женское внимание. Я чувствую будто упустила что-то очень важное. И одновременно трезво анализирую, что это глупо! Глупо! Курортные романы не для меня.

И вообще, я завязала с отношениями, с романами, с мужчинами.

Хватит с меня. Слишком это… нервно.

Вокруг смеются, подпевают, поднимают бокалы, — но для меня это будто через стекло.

— Потанцуем? — голос Кирилла выводит меня из прострации.

Моргаю, очнувшись от невеселых размышлений. Смотрю на него. Улыбка теплая, светло-серые глаза поблескивают, в них ожидание. — Давай, — выдыхаю я, не давая себе времени подумать.

Он берет меня за руку, мы вливаемся в танцующую толпу. Свет проносится по его лицу золотыми вспышками, отблесками синего, потом красного. Он деликатен, движения мягкие. Крутит меня в ритме — легко, непринужденно. Мне становится чуть легче.