"Фантастика 2025-157". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Ахминеева Нина - Страница 139

Владимирский городской суд

В здание суда мы с Кони перешли порталом. С построением туманного тоннеля проблем не возникло: Або скинул мне координаты точки выхода. Отпустив руку Анатолия Фёдоровича, я следом за ним вышла из небольшой, абсолютно пустой комнаты без окон и пошла по коридору. Вдоль левой стены через каждые пять метров застыли словно статуи высоченные воины из личной гвардии государя.

Мимо такой охраны даже мышь не проскочит. Сколько их здесь? Впрочем, без разницы. Главное, что Дима по-настоящему позаботился о своей безопасности.

— Мы на месте, — предупредил Анатолий Фёдорович, остановившись у массивной широкой двери.

Пульс тотчас участился, по спине пробежал холодок страха. Всего лишь на миг закрыв глаза, я привела гормональный фон в порядок. Выпрямив спину, приподняла подбородок и абсолютно спокойно сказала:

— Пойдёмте.

Открыв дверь, Кони предложил мне взять его под руку.

Беспокоится. Приятно, конечно. Однако по протоколу государыне не пристало на таких «мероприятиях» ходить под руку с кем-то кроме супруга. Соблюдаем правила.

Мимолётно улыбнувшись, я отрицательно покачала головой. И первой вошла в зал судебного заседания. Это помещение, где не работала ничья магия кроме моей и императора, походило на амфитеатр под глухими каменными сводами без единого окна. Белый свет люминесцентных ламп отражался от полированного тёмно-серого гранита пола. И, казалось, не оставлял ни единого тёмного уголка в зале.

Быстро пробежавшись глазами по заполненному людьми сектору для зрителей, я повернула голову направо. На возвышении стоял длинный стол из матовой нержавеющей стали, за которым восседала тройка судей в чёрных мантиях. Прямо по центру, за спинами служителей Фемиды контрастируя с холодным металлом, красовался высокий трон из почти чёрного дуба.

Сколько пафоса. И холодно… как в склепе. Видимо, чтобы особо горячие умы охладить. Ну или судьей настолько раздражает запах пота. В тепле-то при такой концентрации народа запашок будет ещё тот.

Про себя усмехнувшись, я пошла через зал. Куда надо идти, поняла без подсказки адвоката. По обе стороны от платформы судей, метрах в пяти друг от друга стояли металлические столы. За одним, на скамье уже сидела незабвенная Анфиса Тимофеевна и о чём-то шушукалась с худощавым мужчиной.

Хм-м. Телевизионщиков не вижу. Где камеры? Где репортёры? Ладно, на месте разберусь.

Не реагируя на усиливающийся неодобрительный гул, я подошла к своему месту, села на лавку. Кони встал рядом. Повернувшись ко мне полубоком, он тихо сказал:

— Не волнуйтесь. Максимум тридцать минут и всё закончится.

— Хорошо, — обронила я бесстрастно.

Положив расслабленные предплечья на столешницу, я внимательно осмотрелась. Журналисты обнаружились в первом ряду. Поглядывая то на меня, то на сторону обвинения мужчины и женщины что-то усердно не писали, а прямо-таки строчили в блокнотах. Телевизионные камеры обнаружились в проходах. Насчитав десять штук, я мысленно удивлённо хмыкнула.

Куда столько? Хотя плевать. Чем больше каналов будет вести трансляцию судебного процесса над «аморальной серебряной ведьмой» тем лучше.

— Да как тебя земля тебя только носит⁈ — выкрикнула какая-то женщина. И громко повторила за мужчиной: — Потаскуха!

Активный словарный запас маловат. Есть же и другие эпитеты. Так нет же, на потаскухе заклинило.

Не обращая внимания на оскорбления, я абсолютно спокойно рассматривала слаженно презирающих меня дворян.

Вдруг откуда-то сверху прогремел мужской голос:

— Император Всероссийский Димитрий Иоаннович! Всем встать!

Ну вот и всё. Началось.

Присутствующие в зале торопливо поднялись и замерли в ожидании прихода главы государства. Стояли все, кроме меня. Ловя на себе гневные взгляды тройки судей, я чинно сидела на лавке. Почему? Так было надо.

— Обвиняемая, что вы себе позволяете? Немедленно встаньте, — грозно зашипел на меня пожилой судья.

Игнорируя приказ, я даже бровью не повела. И вот, дверь наконец-то распахнулась, вошёл император. Кипенно-белая военная форма с золотой вышивкой на рукавах и вороте кителя, сидела на Рюриковиче идеально. По воздуху пронёсся слаженный вздох восхищения. Женщины определённо любовались его величеством.

Согласна. Муж у меня суперский. Только одет для такой холодрыги легко. Не замёрз бы.

Постояв немного под прицелом множества глаз и телекамер, Дмитрий уверенной поступью хозяина направился прямо ко мне. Подойдя, сел справа. В зале и до этого момента висела тишина. Но мне неожиданно показалось, что люди разом перестали дышать.

Повернув голову к не смеющим шелохнуться судьям, Рюрикович холодно объявил:

— Полагаю, вы обратили внимание, что Александра Петровна единственная из всех не приветствовала меня стоя. Вопрос: кто согласно протокола сидит слева от императора России и в каком случае этот человек имеет право не вставать, когда первое лицо государства входит в помещение?

Дмитрий смотрел исключительно на того судью, что сделал мне замечание. Пожилой юрист побледнел до синевы. Судорожно сглотнув, он кое-как справился с шоком и хрипло ответил:

— Слева от императора России сидит его супруга. Она имеет право не вставать при появлении государя, когда носит ребёнка под сердцем.

— И какой из этого следует вывод? — ледяным тоном поинтересовался Рюрикович.

На лбу судьи заблестела испарина. Поражённый до глубины души, он полузадушенно просипел:

— Обвиняемая боярышня Апраксина является Императрицей России и носит вашего ребёнка.

Неожиданно правую руку ощутимо припекло. Словно невзначай я посмотрела на кисть: так и есть на безымянном пальце проявились два кольца: помолвочное и обручальное.

— Вопрос с аморальностью серебряной ведьмы закрыт, — хладнокровно заявил Рюрикович. — Можете садиться.

Шокированные новостью дворяне, не издавая ни звука, садились на свои места. Впервые с того момента, как вошла в зал, я посмотрела на Анфису Тимофеевну. Словно внезапно обессилев, та грузно плюхнулась на лавку. Не в силах отвести от меня неверящего взгляда, «любящая» матушка то открывала, то закрывала рот. Казалось, она что-то хочет сказать, да вот только голос пропал.

Шах и мат, бывшая госпожа Апраксина.

Дождавшись, когда зрители немного отошли от потрясения и начали между собой шептаться, Рюрикович вновь заговорил:

— Императрице вменяют в вину, что она не способна контролировать свой уникальный дар. Безусловно, это не так. С момента активации способностей, серебряной ведьме так же легко пользоваться своим даром, как здоровому человеку дышать, — дав подданным немного времени на осмысление, Дмитрий продолжил: — О том даре, которым обладает моя супруга, ходит множество слухов. Дабы избежать досужих домыслов, поясню. Серебряная ведьма способна контролировать любые, — Дима сделал акцент на слове, — физиологические процессы в теле человека. Простым желанием государыня прямо сейчас может заставить ваши сердца биться чаще. Или же вовсе их остановить.

У худощавого адвоката, сидящего рядом с «матушкой», отвисла челюсть. С трудом вернув её на место, мужчина стал бледным как поганка. Испуганно глянув куда-то в зрительный зал, уж не знаю почему, отодвинулся от клиентки на край лавки.

В помещении вновь установилось безмолвие. До людей медленно, но верно доходило, что оскорбляя меня, они в прямом смысле дёргали смерть за усы.

Выждав только ему понятное время, Дима продолжил:

— Моя супруга действительно нанесла непоправимый вред здоровью своему бывшему опекуну. Для человека, попытавшегося изнасиловать свою восемнадцатилетнюю падчерицу, это достойная расплата. По моему мнению этот подонок не заслуживает смерти, — накрыв мою ладонь своей, Дмитрий сухо подметил: — Уверен, у вас есть множество вопросов. Думаю не ошибусь, предположив, что больше всего вас интересует, почему же о том, что Александра Петровна является моей женой, я объявил только сейчас? — зал громко, согласно загудел. Как только дворяне успокоились, его величество невозмутимо сообщил: — Её величество Александра Петровна обладает не только уникальным даром, но и редкостной стойкостью духа. С того момента, как я вступил на престол, моя жена, являясь моей верной помощницей и опорой, оказывала неоценимую помощь тайной канцелярии в поимке заговорщиков. Спецоперация вчера вечером была закончена. Полагаю, о массовых задержаниях дворян и в том числе прокурора Владимирской губернии сфабриковавшего уголовное дело в отношении Александры Петровны, вы уже слышали, — с бесстрастным выражением Дима демонстративно посмотрел на наручные часы и объявил: — Господа репортёры, у вас сейчас будет пять минут на общение с государыней. После нашего ухода можете пообщаться с личным юристом императорской четы — господином Кони.