Волшебство с ароматом кофе (СИ) - Серебрянская Виктория - Страница 62

Мне захотелось спросить: «А как же мы?» Но Мартиниан меня опередил, заявив:

— Завтра мы с тобой с самого утра посетим храм и аннулируем наш брак. Ты зря представилась лорду-сенешалю моей супругой.

У меня от незаслуженного упрека аж дыхание перехватило. Если бы Мартиниан сформулировал свою фразу как-то иначе, если бы не причинил мне боль, скорее всего, я бы покорно поплелась на утро с ним в храм. А так:

— Я никому не представлялась! — прошипела в ответ. — Твой барон Держеррѝ взял меня за руку и сам назвал супругой! Если ты не знал, то у его рода есть какая-то особая магия: он лишь прикоснулся ко мне, а татушка уже засияла!

Мартиниан явно пропустил мимо ушей все мои запальчивые слова. Только поинтересовался хмуро:

— Ты о чем? Какая татушка?

Выведенная из себя, протянула вперед руку со змеем:

— Эта!

Мартиниан непонимающе уставился на меня. Потом посмотрел на запястье:

— Здесь ничего нет…

Обидеться насмерть я просто не успела. Синеглазый никогда не упускал возможности прикоснуться ко мне. Вот и сейчас подцепил руку крепкими шершавыми пальцами. Провел подушечкой большого пальца по внутренней стороне запястья, там, где самая тонкая и нежная кожа.

Я напряглась, собираясь выдернуть руку у нахала. И в этот миг во все стороны брызнул свет…

Змей светился так, словно его по контуру выложили невидимыми светодиодами. Мартиниан смотрел на это чудо, смешно приоткрыв рот. Да и я сама в шоке таращилась на очередное проявление магии.

— Боги и демиурги… — потрясенно прошептал он. А потом вдруг вскочил и схватил меня в охапку так, что ребра корсета врезались в тело, не давая вздохнуть: — МОЯ!!! — заорал он. Наш брак благословили боги!!!

Эпилог

— Ваше Величество, кондитеры привезли пирожные и конфеты! — заглянул в большой зеркальный зал управляющий первой кофейней в мире Бальдейро. — Правда, они доставили вполовину меньше шоколада, чем было оговорено, заменив это одним большим фруктовым тортом…

— Причина? — крутанулась на пятках я, впиваясь взглядом в несчастного управляющего.

Младший и потому безземельный сын одного из графов побледнел под моим взглядом. Впрочем, младшим он был лишь по числу детей в семье. А по возрасту детинушке уже перевалило за тридцать. Но возраст, как говорится, не помеха. В данном случае, дурости. Графский сынок откровенно не справлялся, и я уже жалела, что прислушалась к рекомендациям его папаши. Тот пел своему чаду дифирамбы, мол, сын — очень хороший управленец. На деле же оказалось, что тот ничего не знал и не умел. И что было хуже всего, не желал учиться. Как ни прискорбно было признавать, но с выбором я ошиблась. Поторопилась, и вот результат.

— Так, ладно, сама спрошу, — процедила сквозь зубы, осознав, что ответа от управляющего ожидать бесполезно. Хотя… какой он к демонам управляющий! Гнать его!.. — А ты, любезный, уволен!

Приободрившийся было, сынок графа снова смертельно побледнел и взмолился, бухаясь передо мной на колени:

— Пощадите!..

Именно этот момент выбрала моя свекровь, чтобы войти в помещение. Остановилась, с подозрением окинула взглядом нашу инсталляцию и изрекла:

— Эмма, тебе нужно бережней относиться к своей репутации! И вообще, сидела бы ты во дворце!.. — добавила она с досадой.

Вообще, у меня с матерью Мартиниана сложились весьма неплохие, дружеские отношения. Матерью она мне не стала. Но и врагами мы не были. Королеву-мать устраивало во мне все. Она даже лично помогала мне с кофейными деревьями, которые высаживали специально нанятые маги земли, помогая им быстрее приняться и пойти в рост.

Симпатии свекрови закончились, когда я начала приготовления к открытию первой кофейни. К этому времени кофе уже был не просто известен среди аристократов, некоторые на него конкретно подсели. И я поняла, что пора переходить к следующему этапу. Я собиралась открыть сначала дорогую, с роскошной отделкой кофейню для аристократов, планируя назвать ее «У королевы», а затем еще парочку попроще. Но мать Мартиниана неожиданно взбунтовалась. Ей не нравилось название заведения, она была против того, чтобы я носилась сама по поставщикам и контролировала ремонт выбранного под кофейню помещения. Как раз в этот момент я ухитрилась забеременеть, у меня начался токсикоз. И пришлось уступить. Но не до конца. Так появился управляющий.

Как бы мне ни хотелось отделаться банальной фразой: «Это не то, что вы подумали», я смолчала. Правда, в другом сдержаться не смогла:

— Если я стану безвылазно сидеть во дворце, мама, то очень быстро всех там сведу с ума. И в первую очередь Мартиниана, — вырвалось у меня язвительное. И сразу же стало стыдно: королева-мать потеряла всю свою семью. Мужа и второго сына. Вполне естественно, что она цепляется за то, что осталось, пытается сохранить и наладить жизнь. Она могла бы обозлиться и обвинить Мартиниана в том, что тот казнил ее любимого сына. Но не сделала этого. И меня приняла сразу же. — Простите!.. — выдавила неловко. — Я… Это все гормоны… Не всегда получается справиться с ними… — неуклюже начала оправдываться. — Я…

— Я все понимаю, Эмма, — тихо отозвалась королева-мать. — Но ты носишь не просто моего внука, а наследника трона, тебе следует быть осмотрительней. Хватит уже трагедий для нашей семьи. Не уверена, что Мартиниан сумеет справиться, если что-то случится с тобой и ребенком. Ты слишком дорога ему. К тому же у вас брак — благословлённый богами. Такое случается слишком редко. Только если пара идеально подходит друг другу.

Мне очень хотелось сказать, что это не мы с Мартинианом подходим друг другу, а прохвост-демиург не смог придумать ничего лучше, чтобы предотвратить беду. Но к счастью, я сумела промолчать, не дала выход кипящему в душе раздражению. А потом взгляд и вовсе зацепился за все еще стоящего на коленях с опущенной головой незадачливого управляющего, жадно прислушивающегося к каждому сказанному в помещении слову, и мои эмоции нашли более подходящий объект, чтобы выплеснуться:

— Вы еще здесь? — прошипела я. — Даже и не думайте, я не передумаю! Вон отсюда! А я найду того, кого смогу обучить, и кому смогу доверять! В ком буду уверена, что пока я занята наследником королевства, мою кофейную империю не развалят!..

Я не двигалась и почти не дышала до тех пор, пока незадачливый и теперь уже бывший управляющий не встал с колен. Молча наблюдала, как он отряхнул свои брюки и наградил меня злобным взглядом, красноречиво говорящим: «Да что б ты понимала! Твое дело — дома сидеть и детей рожать!» Бывший управляющий медлил. А я опять начала закипать. И быть бы беде, если бы не…

— А знаешь, Эмма, — неожиданно начала задумчиво королева-мать, которая тоже не сводила взгляда с разжалованного нерадивого служащего, — мне кажется, что лучшим вариантом было бы заняться кофейней мне. С одной стороны, я обладаю необходимым авторитетом, чтобы надавить, в случае чего. Вряд ли кто-то рискнет манкировать приказом вдовствующей королевы. С другой стороны, ты точно сможешь мне доверять. Ведь сможешь же?.. — лукаво усмехнулась свекровь. А я задумалась…

Вспомнилось, как было сложно в первые дни во дворце. Мартиниан с раннего утра до поздней ночи находился у себя в кабинете, разгребая и нейтрализуя последствия недолгих месяцев «правления» брата. Спал синеглазый принц не больше четырех часов и обедал прямо там, в кабинете. Я по большей части была предоставлена самой себе. И все бы ничего, но ни со мной, ни с Норой никто не считался. Пока, примерно через неделю после того, как я перебралась во дворец, не отыскались родители Мартиниана…

Да, король на тот момент, когда их нашли, был еще жив. Но спасти его не сумели: чернокнижник подсадил в ауру отца Мартиниана и Альфреда какого-то магического паразита. И тот настолько вросся в нее, что не погиб вместе со своим создателем, а продолжил, уже бесконтрольно, высасывать силы и жизнь из короля. Через несколько дней, несмотря на все усилия лекарей, короля не стало…