Стать тенью для зла (СИ) - Силаев Денис - Страница 75

Так, что там у нас? "Севастополь" пострадал мало, но Вильгельм Карлович хочет сам решать, когда выходить в море. Если доложить Алексееву, что дела там практически закончены, то тут же опять в море выталкивать примется. А пожить еще хочется. Алексееву плевать на крепость, он сейчас отвильнул ото всех сухопутных дел, и старается сберечь флот. А зачем нам флот без Порт-Артура и Дальнего? Во Владивостоке ему тесно будет, да и не тот это порт, который нужен эскадре.

В общем, сейчас мы будем немножко волокитить. Заключение о готовности броненосца будут давать Эссен как командир, Григорович как начальник порта, где производились работы и... Кого-бы такого, крючкотвористого и докучливого в комиссию сосватать? Чтобы была у нас железной силы бумажка, что еще надо сидеть. Точно! Надо этого малахольного Чернышева, которого Макаров снял, в комиссию! Как человек, который хорошо знает этот корабль. Тот, завидуя Николаю Оттовичу, явно найдет кучу недостатков. Ну и Вильгельм Карлович солидно головой покивает. Хотя бы еще дней десять потянем еще.

Хотя чего тянуть? Рожественский выйдет только в октябре, уже читали депешу. Придут после Рождества уже, ясно дело. Какого черта вот? Хочется рявкнуть и отбросить все эти дурацкие бумаги. Сейчас отправьте "Ослябу", "Суворова" и "Александра III", и мы станем такой силой, что Того не осмелится на эскадренный бой. И ВОК сюда перетащим. А потом уже насыпью, как махорку из матросского кармана, будете догребать остальное.

Оп. Тетка что-то сказала. Не по-русски, по-японски. Потом что-то стукнуло в виске небольшим молоточком, и стрелки-клинышки, маховичок меню и палки забора исчезли. Неужели аккумуляторы сели? В принципе они уже обсуждали это в Вильгельмом Карловичем. Была версия, что та бутылочка с циферками показывала именно зарядку аккумуляторов, но она была еще полнехонька, там еще 54 процента показывало. Испортилась?

Неведомая хрень.

- Ну, хуже, думаю, уже не будет - с тяжелым сердцем признался Первый. - Выяснить надо четко, кто еще имел контакты с эти девайсом. Кедров, Витгефт... Кто еще?

- Сегодня или завтра мы у них интерфейс заберем, посмотрим логи. Там еще матрос вертится один, забавный тип. Ординарец-вестовой при Витгефте, причем взятый им со "Страшного".

- Ага. Это "ж-ж-ж" неспроста. - удовлетворенно заключил Первый. Честно говоря, он не был в курсе, почему надо произносить такую странную фразу, но нейроинтерфейс подсказал вариант, который покажется Второму смешным. Ну что поделать, несмотря на разные культурные коды, членам одной команды надо находить общий язык.

- Варианты Вы уже рассматривали?

- Мое ходатайство Вы видели. Это требует ресурсов, конечно, но разом закроет всю проблему. От идеи что-то подковырять булавочкой, и мать История пойдет по правильному пути, придется отказываться. Там сейчас еще трое узкоглазых друзей станы Восходящего Солнца, искренне считающих, что делают ей лучше, собираются ковырять временной континуум планирующими авиабомбами.

- Кстати, следы в "Веселом Времени" мы нашли. У них, если судить по логам, есть еще десяток таких боеприпасов. Количество ПТУРов не отследили, но тоже солидно.

- А гиперзвук?

- Там к счастью дела получше. Протоколы ракет посмотрели, у второй ракеты, 90 процентов что будет отказ при запуске. Ее на ремонт наметили, тесты до конца не проходила, в тот полет ее взяли просто как нагрузку. Не запустится. И пилот, скорее всего, об этом знает.

Глава 38

28 июля 1904 года. Порт-Артур.

С левого крыла мостика "Цесаревича" вид открывался преотличный. Раздвигающий своим таранным носом волны, броненосец, возглавивший эскадру, уверенно пер за тралящими канонерками. Эти сейчас отвалят в сторону, с их скоростью и мореходностью никаких вариантов попасть во Владивосток у маленьких корабликов не было. У ног Васильева с немым вопросом и предвкушением чего-то необычного, суетилась корабельная сука Жулька. Ей уже было понятно что будет что-то интересное - все в новеньком, как-то странно себя ведут. То-ли смотр будет, то ли еще что необычное. Можно будет вволю побегать за слаженно несущимися куда-то людьми, деловито нырнуть с ними в нутро корабля, важно гавкать, вторя командам кондукторов и офицеров, после которых матросы дружно ворочают какие-то непонятные механизмы. Знала бы ты, родная, к чему мы готовимся.

- Никакой боевой рубки - отрезал уже в третий раз Вильгельм Карлович. - Если по мне влепят, то сами понимаете, корабль должен сохранить командование. Более того, попрошу Вас, Михаил Александрович, после того как... передать Николаю Михайловичу вот-с. - в руки Кедрова лег листок бумаги.

- Вы за кого меня принимаете, Ваше Превосходительство? - со скепсисом флаг-офицера можно было пить чай как с лимоном.

- За своего флаг-офицера, за кого-же еще?

- По Вашему, Ваш флаг-офицер не имеет чести? - вежливо осведомился Кедров.

- Я полагаю, кроме чести, у моего флаг-офицера имеется и долг перед Отчизной - тут-же уел его Витгефт. И убейте меня, не понимаю, как Ваша честь может вступать в конфликт с Вашим долгом.

В это время от горизонта донесся рокот. Это вездесущий "Новик" при поддержке миноносцев отгонял японские разведчики. Был шанс выиграть хотя бы лишний час, если японцы не разгадают что эскадра вышла на прорыв. Третьего дня, чтобы приучить японцев к мысли, что русские могут выходить в море вовсе не для прорыва, починенный после посмертной пакости от Уэджи "Севастополь" с крейсерами прогулялся к Лунвантаню и неплохо понавешивал по японским позициям. Разумеется, командующий "Севастополем" Эссен не захотел сразу свалить, когда на горизонте показались японские корабли, и в ходе перестрелки умудрился хорошо всадить в гадюку "Асаму". До этого так-же результативно в море сходили "Аскольд" с канонерками и миноносцами, загнали на скалы японский миноносец. Эх, опираясь на крепость, можно было бы долго строить японцам весьма результативные пакости, но сухопутные войска не тянули оборону. Японцы заваливая трупами позиции, продвигались к линии фортов весьма споро. Держали бы их подальше - можно было бы и приказ государя как-то на тормозах спустить, мол мы бы рады выйти, да япошки не пускают.

- Давайте сейчас Николаю Михайловичу доведем распорядок действий? Так мол и так, в случае гибели командующего, по эскадре не сообщать до тех пор, пока не потребуется... - лейтенант сверился с запиской - ... принятие принципиальных решений на изменение курса или иной маневр, продиктованный изменившейся боевой обстановкой.

- Разговоры начнутся, что да почему. А они, я уверен, рубку слушают. Значит будут сразу выводить нашего "Цесаревича" из строя.

Флаг-офицер с сожаление мдакнул и отошел на пару шагов. Ой, девица благородная. Я же найду тебе дело на другом крыле все равно, дорогой ты мой Михаил Александрович. Ты же останешься следующей последней надеждой когда меня того самого. А может и не понадобится Робурам меня уничтожать? Может сам все просру? Шутка-ли, будем биться с эскадрой, которая и быстрее, и мощнее в залпе, и слаженнее в маневрах. Кораблями крепче и людьми обученее. Ладно, до того как начнется, часа четыре у нас есть, пойду-ка чайку с лимончиком бахну. Надышаться перед смертью, говорят, не получится, проверим, можно ли хотя бы чаем напузыриться хорошенько.

- Ваш-ство?! - тихонечко шепнул Васильев от своего (да, забрал под свой патронаж левый "Гочкинс" этот деловитый матрос) орудия. Если он так тихонечко, то понятно, что по "особому" вопросу а не по обычным служебным делам. Что он? А, глазами куда-то вниз показывает. А внизу блохастая Жулька ... Так-то она Джульетта, но корабельный батюшка увидев впервые это лохматое недоразумение, рыже-бело-черное, с беспорядочно торчащей шерстью и фрагментарно лохматым хвостом, важно отстранив представлявшего собачку боцмана, деловито нарек тварь божью именно Жулькой. Так вот, Жулька-Джульетта опасливо ворчала сейчас, глядя куда-то в море, правее и вперед по курсу. Ну да, вот и робуры. Нет, Вильгельм Карлович, не обойдется сегодня, никак не обойдется. Приятного Вам чаепития.