Семья для босса по договору (СИ) - Бонд Юлия - Страница 21

– Да, бабушка гречкой с мясом меня покормила, – облегчённо вздыхаю. – А ты почему не ночевала дома? Я утром проснулась, а тебя нет. Спросила у бабушки, так она сказала, что ты здесь больше не живёшь.

Твою ж… дивизию!

Даже ногой от злости хочется топнуть.

– Почему она так сказала, мамочка?

– Юль, – беру дочку за руку и аккуратно глажу её тыльную сторону ладони. Нет, вмешивать в наш с матерью конфликт маленькую девочку точно не буду, но и обманывать её тоже не стоит. – Мы с твоей бабушкой вчера поругались.

– Поэтому ты ушла из дома или она тебя выгнала?

Беру небольшую паузу, чтобы обдумать ситуацию, но Юлька не хочет ждать, а потому скрещивает на груди руки и смотрит на меня не так, как мне бы того хотелось.

– Только не говори, что ты меня решила бросить, – слетает с губ Юльки и попадает мне прямо под рёбра, заставляя испытать тупую боль.

– Нет, что ты, малыш? Я никогда, слышишь, никогда бы тебя не бросила, – не выдержав напряжения, крепко обнимаю дочь и шепчу ей на ухо: – я люблю тебя так сильно, как никого больше. Будь уверена, я всегда с тобой рядом. Ты самое дорогое, что у меня есть.

– Значит, бабушка соврала, когда сказала, что ты нас променяла на своего жениха?

Скрипя зубами, поглядываю в сторону двери. Ну вот, что с ней делать, а? Скандалить не хочется, но как до неё достучаться, как заставить понять, что нельзя настраивать близких людей друг против друга? Мы же одна семья и должны быть дружными, любить должны друг друга вопреки всему.

– Значит, бабушка переборщила с дозировкой своих лекарств. Не слушай её, Юлька. У бабушки сейчас трудный период и ей мерещится всякое. Давай лучше я тебе кое-что скажу, – Юлька кивает, мол, внимательно слушает. – Тебе же понравилось в том большом доме Динара?

– Ещё и спрашиваешь? Конечно, там и бассейн есть.

– Вот и отлично. Значит, ты не будешь против, если мы туда переедем жить?

– Разве есть другие варианты, мамочка? Что-то я очень сомневаюсь в том, что Динар захочет жить с нашей бабушкой. Вряд ли он переедет к нам. А почему ты спрашиваешь?

– Видишь ли, Юля, мы немножечко ускорим события и переедем к Динару прямо сейчас. Как тебе такая идея?

И только стоит мне огласить вслух это предложение, как в спальне распахивается дверь.

– Что значит, переедем к Динару? – расставив руки в боки, мама равняет меня взглядом с ламинатом. – Юля никуда не поедет!

– Подслушивать нехорошо, мама, – цежу через зубы, но повернувшись к Юльке, улыбаюсь: – если ты "за", то собери свои вещи.

Конечно, Юлька "за". Я другого и не ожидала. Моя малышка очень умная и мудрая не по годам. Иногда такие вещи заряжает, что у меня в голове не укладывается, откуда она всё это знает. В общем, горжусь дочкой и её умением быстро оценивать ситуацию.

Юлька вмиг абстрагируется и, будто не замечая нас с бабушкой, начинает паковать свои личные вещи.

– Мам, давай выйдем, – беру маму за руку чуть выше локтя и вывожу в коридор. – Мы с тобой вчера обо всём поговорили. Я своё решение менять не собираюсь. И да, Юлька не твоя собственность и тебе лично не подчиняется.

– Алёна, включи мозги и перестань творить дичь, – шипит мама, поглядывая мне за спину, где уже полным ходом Юлька собирает свои учебники, пакуя по пакетам, – себя не жалко, хоть дочь пожалей. Завтра ты наскучишь своему Динару и он возьмёт ещё одну жену. Что тогда скажешь Юле? Знакомься, это твоя новая мама, так, что ли?

– Ты утрируешь. Такого не будет.

– Ну конечно, не будет. Именно поэтому твой Динар позвал тебя второй женой, когда ему наскучила первая?

Обида съедает меня изнутри, как противный червь, покусившийся на яблоко.

– Ты ничего о нём не знаешь, мама. И не тебе его судить.

Сказать хочется много и я даже готова это сделать, но звонок в дверь рушит все мои планы, потому что вскоре на пороге моей квартиры появляется Султанов.

Мне хочется поскорее закрыть дверь и облегчённо вздохнуть, пока не случился апокалипсис. И я даже предпринимаю попытку спасти разрушающийся на глазах мир, как Султанов вставляет ногу в дверной проём, блокируя дверь.

Один взгляд. Глаза в глаза.

Кажется, так тяжело я никогда не дышала раньше. А ещё у меня появляется стойкое ощущение, что подскочило давление, потому что шум в ушах и лёгкое головокружение не может говорить об обратном.

– Уходи, – цежу через зубы, оборачиваюсь и всё ещё верю в чудо, ведь мамы рядом нет, значит, если Султанов сейчас уберёт ногу, то апокалипсис не случится.

Не говоря ни слова, Динар тянет дверь на себя и вскоре переступает порог квартиры. По спине бежит холодок и я уже понимаю, что будет дальше, а потому просто стою на месте, как прибитая.

– Я прождал тебя в машине полчаса, но ты так и не пришла, – спокойным тоном заявляет Динар и, будто проделывал это сотню раз, снимает с себя туфли и аккуратно ставит их в угол.

"Ох, что сейчас будет, что будет", – вопит голос внутри меня, но я по-прежнему, оцепенев от ужаса, продолжаю изображать ту самую дамочку в чёрном на знаменитой картине Репина "Не ждали".

Боковым зрением ловлю появившуюся в коридоре тень. Ну всё… приехали. Мама надвигается, как туча грозовая, но Султанова это совсем не парит. Как по волшебству протягивает ей букет пионов и с самой обворожительной улыбкой, от которой вполне вероятно может рухнуть Великая Китайская стена, говорит:

– Добрый день, Раиса Аркадьевна. Отлично выглядите.

Мама поражена. Наповал. Оцепенев, хлопает ресницами, сканируя Султанова нечитаемым взглядом.

– Вы извините, что я так, – Динар осматривается и, найдя в моих глазах поддержку, продолжает: – без приглашения. Но если вы не против, то давайте поговорим наедине.

Прижимая к груди букет розовых пионов, стоит сказать, самых любимых цветов, мама кивает в сторону своей спальни и они с Динаром скрываются за дверью. Не то, чтобы я горела желанием узнать о мощности взрыва, который вот-вот случится по ту сторону двери, но всё равно меня что-то тянет к запретной и опасной зоне.

Прислонив ухо к гладкой поверхности двери, пытаюсь понять, что там происходит, но за руку тянет Юлька.

– А подслушивать нехорошо, ты сама так говорила, – точно копирует тон, которым я буквально недавно выговаривала её бабушке. – И, кстати, вещи я уже собрала. Пойдём собирать твои.

Устами младенца, как говорится, глаголет истина. И следующие десять минут со всем старанием складываю в дорожные свою одежду на первое время. В груди странно щемит от тоски по дому. Вроде бы ещё никуда не уехала, но уже тоскую… очень.

***

– Что ты ей сказал? – всё не унимаюсь я, пока мы втроём едем домой к Динару.

Повернув голову, Динар скашивает взгляд в мою сторону. Улыбается краешком губ, так беззаботно, будто речь идёт о прогнозе погоды, а не о моей матери, с которой у него давняя и взаимная нелюбовь.

– Ну, Динар, – легко толкаю его в плечо, – перестань меня гипнотизировать как удав. Я же не кролик тебе.

– Всё хорошо, Алёна, – наконец-то говорит он, но легче так и не становится.

– И всё? Больше ничего не скажешь?

– Тебе не о чем переживать. Пожалуй, это всё, что ты должна знать.

Устроив ладонь на моей коленке, гладит плавными движениями вверх-вниз. И я вроде бы должна сейчас негодовать, но не получается. Мне почему-то кайфово на душе оттого, что Динар взял на себя всю ответственность за нашу, пусть и по договору, но семью. В этот момент меня окутывает эфемерное чувство гордости за него. Наверное, где-то в параллельной вселенной, так бы и было. Я бы создавала проблемы, а Динар их решал, не посвящая меня в детали. Потому что я хоть и сильная, но всё женщина. А он... мужчина, взрослый, самодостаточный и готовый быть не хуже той самой Великой Китайской стены ради меня, ради дочери.

12

– Завтра объявим о помолвке, а через месяц распишемся, – заявляет спокойным тоном Динар, когда я ставлю подпись в брачном договоре.