Я требую развода, или Как украсть наследника герцога (СИ) - Кимова Лия - Страница 2

– В таком случае, вопрос решен, – мужчина наконец-то посмотрел на меня более внимательно, но разговором не удостоил и, тяжело вздохнув, произнес, – Лили отведи госпожу в ее комнату и пригласи к ней врача, пусть даст ей каких-нибудь капель от простуды.

– Спасибо за заботу, – с сарказмом ответила я и вопросительно уставилась на девушку в переднике, которую назвали Лили.

– Пойдемте, госпожа, – она взяла меня под руку.

– Да, идем, спасибо большое за камзол, постараюсь вернуть его вам в ближайшее время, – я с признательностью посмотрела на мужчину, которого блондинка называла Брэндоном.

– Не за что, – ответил он, задержав на мне долгий изучающий взгляд, словно я сказала что-то очень странное.

– И вам, Ханс, большое спасибо, – улыбнулась я мокрому пареньку, топтавшемуся рядом, – вам бы тоже поскорее переодеться, пока не заболели.

– Да что вы, госпожа, разве я от такой малости заболею? – он нерешительно улыбнулся и смущенно почесал в затылке, – не зима же.

– Что ж, спасибо всем за заботу, надеюсь, еще увидимся, – я улыбнулась, поплотнее запахнула полы камзола и отправилась в “свою” комнату, ведомая услужливой Лили.

– Похоже она и правда потеряла память, по крайней мере ведет она себя совсем как другой человек, – задумчиво произнес Брэндон, не заботясь, не особо заботясь, услышу ли я его слова.

– Я ей все равно не верю, – капризно заметила блондинка и тут же сменила тон на ласково-мурлыкающий, – Джастин, может немного прогуляемся? Ты в последнее время совсем не отдыхаешь, нельзя так переутомляться, ты должен беречь свое здоровье.

– Элизабет, извини, но сегодня у меня много дел и встреча с графом Ирви, пусть Брэндон составит тебе компанию, если, конечно, ему не холодно в одной рубашке? – вроде бы в интонации Джастина не было ничего особенного, но я почувствовала, что ему не понравилось, что Брэндон одолжил мне свой камзол.

Что ответила Элизабет и согласился ли ее сопровождать Брэндон, мы не услышали, поскольку уже далеко отошли.

– Вот ведь змеюка коварная, – с чувством произнесла Лили, – да как же так можно, на чужого мужа вешаться прямо на глазах у жены? Госпожа, представляю, как вам тяжело. И ведь этой мисс Элизабет даже нельзя запретить здесь гостить, все-таки сама леди Шарлотта ей покровительствует.

– Да бог с ней с этой Элизабет, – я легкомысленно отмахнулась, – лучше скажи, неужели это сейчас и был тот самый герцог, который мой муж и отец ребенка?

– Конечно, госпожа, – Лили посмотрела на меня с жалостью и сочувствием, – герцог Корнуэлл ваш законный супруг, пусть у вас пока и “летний” брак.

– “Летний”? Это как? – заинтересовалась я.

– Ох, госпожа, вы и этого не помните?

– Увы, не помню, надеюсь ты мне поможешь и все расскажешь, – я состроила самое жалостливое выражение лица, на которое была способна.

В конце концов, грех было не воспользоваться таким отзывчивым и словоохотливым источником информации, раз уж он оказался под рукой.

Глава 2.1

Парк, по которому мы шли, был огромным и очень красивым, и, хоть мне и не терпелось поскорее попасть в дом и переодеться в сухое, я не могла не отметить его величия, одновременно любуясь им и слушая болтовню Лили.

– Ваш брак пока не освящен богиней, – тараторила меж тем она, – вы герцогиня по документам, но только сроком на год, по контракту. Вот если бы ваша магия пробудилась, то тогда контракт стал бы недействительным, ну да еще не все потеряно. Срок пока маленький, глядишь, малыш вам все-таки поможет в этом, в роду Корнуэллов самые сильные маги всегда рождались.

– Так тут еще и магия есть? – нахмурилась я, – а почему ты решила, что она у меня должна пробудиться?

– Ох, госпожа, ну а как же? Ваши родители маги, и сестра тоже, а вот у вас… вы с детства слишком болезненной были, наверное поэтому…

– Хмм, значит, я единственная неудачница в семье, больная и без магии, – резюмировала я, – а ребенок от мага каким-то образом должен был исправить ситуацию?

– Ну… да, – как-то слишком осторожно ответила Лили.

– А зачем на это герцог пошел? Моя семья ему приплатила что ли? Или чем-то шантажировала? Уж точно дело не в моей безумной привлекательности. Как-то особой любви я в его глазах не заметила, – я невесело усмехнулась.

– Ох, госпожа, так вы же его… этого…, – Лили замялась и начала нервно мять передник.

– Что этого? – деловито уточнила я, – насильно заставила сделать мне ребенка что ли?

– Вы использовали приворот, – с трудом выдавила из себя Лили, покраснев как пионы, мимо которых мы как раз проходили, – купили зелье и подлили его герцогу, когда он гостил в поместье у ваших родителей.

– Ох ну ничего себе, – я подумала про себя, что эта Кэтрин, за которую меня принимают, та еще штучка, проблемы решает радикально.

– Неудивительно, что меня тут мягко говоря, недолюбливают и хотят побыстрее избавиться, – пробормотала я вполголоса, – а почему брак называется именно “летний”?

– Ох, – снова смутилась Лили, – это с древности пошло, в старину молодые люди, родители которых препятствовали браку, могли попросить у богини Леты благословения и заключали так называемый “летний” брак, на три месяца. В течение этого времени их никто не мог разлучить.

– А, ясно, что-то вроде курортного романа, – улыбнулась я.

– Иногда паре везло и богиня одаривала их своей священной меткой, тогда брак становился полноценным. Ну а если нет, девушку возвращали в семью.

– Жестоко, – посочувствовала я, – но хотя бы немного времени можно провести с любимым. А подделать метку никак нельзя?

– Что вы, госпожа? – испугалась Лили, – это же оскорбление богини! За такое смертная казнь полагается. Да и редко очень такие метки появлялись. Такие браки раньше заключали только простолюдины, у которых магии совсем не было. Именно поэтому каждое появление благословенной пары считали чудом и разлучать их не смели. Ну а потом это название распространилось и на договорные браки среди аристократов, считается, что это звучит романтичнее, чем брак по контракту.

– Мда уж, – с сомнением протянула я, а потом искренне добавила, – а ты довольно умная, Лили, и много знаешь. Мне кажется, что ты могла бы достичь чего-то большего, чем быть обычной прислугой.

– Да что вы, госпожа, – Лили изменилась в лице так, словно я собралась выгнать ее сию же минуту без выходного пособия, – я же с детства с вами, куда же без вас денусь. Да и не такая уж я умная, просто я с вами всегда на уроках сидела, а когда вы болели, то сама занималась с учителем, а вам потом все пересказывала. А еще вы очень любили читать книги вслух, мы так часто вечера проводили.

– Вот как? – я с благодарностью посмотрела на эту преданную девушку, – думаю, мне очень повезло с тобой, Лили.

– Госпожа, – Лили стала еще краснее, хотя казалось бы уже некуда, а на лице засияла счастливая улыбка.

Когда мы уже почти подошли к трехэтажному зданию, похожему на дворец из диснеевского фильма, нам вдруг повстречались высокая худая женщина в темно-синем строгом платье и девочка лет десяти, тоже очень худенькая и бледная.

– Добрый день, госпожа Кэтрин, – сквозь зубы произнесла женщина, окинув мой наряд взглядом, полным не скрываемого осуждения.

Да и вообще, от этой довольно молодой, но не в меру суровой женщины, веяло таким холодом, до которого было далеко и герцогу и той белобрысой Элизабет. Девочка рядом с ней сделала что-то похожее на книксен и опустила взгляд вниз, словно опасаясь смотреть на меня.

– Добрый день, – сдержанно ответила я, уже привыкая к тому, что каждый встречный готов убить меня взглядом.

– Лили, рассказывай, а это кто был? – потребовала я, когда мы, наконец, вошли через парадную дверь в просторный холл и начали подниматься по лестнице.

– Это юная госпожа Летиция, старшая дочь герцога Корнуэлла от первого брака, – с готовностью отрапортовала Лили, уже вовшедшая в роль моего ходячего справочника, – а с ней мисс Бишоп, ее гувернантка.