Дом с водяными колесами - Аяцудзи Юкито - Страница 10

В этот момент позади Киити и Масаки в комнату робкими шагами вошла Юриэ.

– А, ой, здравствуйте, мисс… Нет, мадам же? Прошу прощения за неудобства. – Наблюдая за реакцией хозяина особняка, Ооиси громко произнес это намеренно вызывающим голосом. Юриэ сжала бледно-розовые губы и слабо поклонилась.

– Ой. – Синго Масаки бросил взгляд на парадную дверь. – Следующие гости пожаловали.

Вперемешку со звуками журчания воды и водяных колес раздался звук автомобильного двигателя, который отличался от предыдущего шума такси.

– Должно быть, это BMW Митамуры-кун. – Ооиси приблизился к двери и выглянул наружу. – С ним еще профессор Мори.

Через некоторое время по мосту прошли Нориюки Митамура и Сигэхико Мори.

– Давно не виделись, Фудзинума-сан. – Высокий Митамура в песочном костюме уверенно зашагал вперед, чтобы пожать руку Киити. – Я слышал, что вы простудились. Как ваше самочувствие?

– Ничего серьезного. – Киити проигнорировал руку хирурга. – Как поживает ваш отец?

– Все в порядке, спасибо. – Митамура без тени смущения опустил протянутую руку. – С этого года он поручил мне вести дела в клинике, но вот гольфом он увлечен, как и прежде. Еще раз спасибо за беспокойство.

Митамура ухватил взглядом фигуру Масаки, стоящую чуть поодаль за Киити.

– Это Масаки-кун. – Киити повернулся и представил гостя. Митамура задумчиво наклонил голову и произнес:

– Масаки… Хм.

– Благодарю вас за все, что вы сделали в клинике, – сказал Масаки, и молча прятавшийся за спиной Митамуры Мори заговорил:

– Вы ведь ученик господина Иссэя?

– Вспомнил! – Митамура кивнул, и на его белых щеках появилась изумительная улыбка. – Во время той аварии…

Гэндзо Ооиси хлопнул в ладоши и бесцеремонно громко хмыкнул.

– Я тоже думал, что где-то слышал это имя.

«Масаки-сан, но почему вы здесь…» – хотел спросить Митамура, как вдруг…

Пейзаж снаружи на секунду окрасила белая вспышка. В следующее мгновенье раздался грохот!

Словно небеса разверзлись, на землю обрушились ужасные раскаты грома. Юриэ издала короткий крик, и все собравшиеся в прихожей одновременно съежились.

– Как внезапно, – сказал Ооиси и выдохнул. – Похоже, относительно недалеко.

– Юриэ-сан, все хорошо. – Масаки легонько похлопал по плечам девушки, закрывшей уши обеими руками.

– Господа, прошу, располагайтесь в комнатах, – оценив ситуацию, сказал гостям господин в маске. – Давайте, как обычно, соберемся в зале второго крыла на чай в три с небольшим.

Прихожая (14:00)

Трое гостей прибыли почти вовремя.

Как и в прошлом году, первым раздался звонок в дверь Гэндзо Ооиси. Спустя некоторое время, как обычно, на BMW Митамуры приехали сам Нориюки Митамура и Сигэхико Мори.

Эти трое не изменились.

Торговец произведениями искусства с наглым голосом и приклеенной на красное жирное лицо неискренней улыбкой. Хирург, протянувший руку для рукопожатия с напыщенной улыбкой на прекрасном лице. Профессор университета со скругленным тщедушным телом, моргающий робкими глазами через очки в черной оправе с прикрепленным к ней слуховым аппаратом.

Я, как и в прошлом году, встретил их в прихожей, однако мое сердце было наполнено тревогой из-за отличий от прошлого года.

Причин было несколько.

Наибольшее беспокойство, что очевидно, вызывали события того инцидента, который произошел в особняке в этот же день встречи год назад. Их приезд, желал я того или нет, будил воспоминания о той ночной буре…

Откровенно говоря, я хотел не приглашать их в этом году под этим предлогом. Однако я понимал, что они не приняли бы это так легко.

Я изменился после той ночи, после того проклятого инцидента. Юриэ тоже изменилась. Я думаю, что изменились даже запах и цвет воздуха в особняке.

Им же, однако, было совершенно все равно. Их интерес состоял лишь в картинах Иссэя Фудзинумы, висящих в коридорах, и, уж очевидно, в его предсмертной работе, которую они никогда не увидят… Той самой картине под названием «Призрачный ансамбль».

Кроме того, с того инцидента и до сегодняшнего дня меня не переставала волновать загадка его внезапного исчезновения из комнаты… Где же он спрятался? Он умер или же продолжает жить до сих пор?

Уверен, то же чувствовала и Юриэ. Скорее всего, схожие сомнения и тревоги в той или иной степени не выходили и из голов этих троих.

Еще же одним фактором был нежданный гость Киёси Симада.

Я велел Курамото срочно подготовить комнату для Симады. Симада всем внешним видом выражал благодарность и сожаление за причиненные неудобства. Я объяснил ему, какая из комнат его:

– Ее использовал Масаки-кун в прошлом году. Располагайтесь.

– Масаки… Это тот самый убитый Синго Масаки? – с некоторым удивлением спросил Симада, а затем сразу сказал: – Не беспокойтесь. Я не из тех, кого заботят такие вещи. Сколько всего гостевых комнат?

– Три комнаты на первом этаже и две на втором. Ваша на втором.

– То есть еще одну комнату на втором этаже в прошлом году занимал Кодзин-сан? Слушайте, Фудзинума-сан. Вы сказали, что он исчез ночью во время прошлогоднего инцидента?

– Да. С тех пор она оставалась закрытой.

– Хм. Если возможно, могли бы вы пустить меня туда? – поинтересовался Симада. – Ой, я вовсе не собирался напрасно возвращаться к этому разговору. Фудзинума-сан, вам ведь тоже интересны нераскрытые детали того инцидента?

Интерес к нераскрытым деталям… Я не мог не согласиться, что интерес есть.

– Ну, думайте что хотите. – Я сжал губы и хмуро посмотрел на собеседника. – Не игра ли воображения привела вас, Симада-сан, в этот дом? Если так, я не буду просить вас уйти, но и вам надо знать меру. На этом я вас оставлю.

– А, понимаю. Конечно, я понимаю, – ответил Симада и показал беззаботную улыбку. – Но все же «игра воображения» слишком сильное слово для такого…

Трое гостей, как обычно, один за другим произносили льстивые слова, наблюдая за моей реакцией через белую безэмоциональную маску, а затем отправились по комнатам в сопровождении Курамото. Я решил позже представить незваного гостя по имени Киёси Симада.

– Приглашаю вас на чай в зал второго крыла в районе трех часов. – Сказав это, через парадные двери с полукруглым орнаментом на стекле я увидел вспышку, которая пробежала по закрывшим все небо черным тучам. Почти сразу следом раздался удар грома, будто сотрясший горы.

Я почувствовал мрачное беспокойство от спектакля природы, словно заново разыгрывающей тот день год назад.

Башенная комната —

северный коридор (14:20)

Этот особняк, к которому приложил руку гениальный и весьма оригинальный архитектор Сэйдзи Накамура… Дом с водяными колесами.

Особняк с высокими толстыми стенами, построенный посреди гор, где нормальный человек жить бы и не подумал.

Высота стен была полных пять метров. Их монументальный каменный облик напоминал крепостные стены английских замков XII–XIV веков.

Здание, вписанное в эти толстые стены, можно было условно разделить на две части.

Центром первой была башня с комнатой Юриэ, которая располагалась на северо-западном углу, а центр второй охватывал часть большого внутреннего двора с юго-востока. Эти здания с двух сторон были связаны коридорами, идущими внутри стен, и мы называли их основным крылом и вторым крылом в соответствии с характером их использования.

Основное крыло мы обычно использовали как жилое пространство, вдоль западного коридора были расположены моя гостиная, кабинет, спальня и хранилище картин, а вдоль северного коридора стояли двери на кухню и в комнату для прислуги. К наружной части западного коридора примыкало машинное отделение водяных колес: наполовину оно служило для управления осями колес, наполовину использовалось как полуподвал, к тому же внутри находился генератор гидроэлектроэнергии, который снабжал электричеством весь особняк. Я абсолютно не разбирался в этом устройстве, поэтому обязанность за поддержание его и управление механизмом лежала целиком на Курамото.