Изгой солнечной системы (СИ) - Хабаров Сергей - Страница 61

Так они и познакомились, Евгения рассказала свою историю, точнее всё, что помнила на тот момент, а Андрей Андреевич — свою. И девушка поняла, что ей в какой-то момент ещё повезло. Считавшая свою участь самой ужасной, она даже не думала, что может быть ещё хуже, намного, намного хуже. Она, по крайней мере, не потеряла своё тело, как получилось с Красновым.

На момент вторжения академик работал над более амбициозной задачей, чем терраформирование планет. Идея, конечно, интересная, но на Марсе уже действовала своя программа освоения, несовместимая с наработками Краснова, а перенаселение Солнечной системы грозило ещё ой как нескоро. Иначе обстояло дело с выходом человека за пределы Солнечной системы. В космических масштабах цивилизация Земли, считавшая себя единственными людьми в Галактике, выглядела очень хрупкой и уязвимой. Ответственность за судьбу всего человеческого рода лежала на плечах учёных. И если задача освоить Солнечную систему перед человечеством уже не стояла, так как были созданы и наработаны необходимые технологии, то выход за пределы Яслей человечества считался ещё невозможным проектом. У людей не было достаточно мощных двигателей. То, что было, годилось только для того, чтобы ползать по Солнечной системе, но выход за её пределы — это путешествие даже не в сотни, а в тысячи лет. Идея построить достаточно большой корабль и отправить его в долгое путешествие, надеясь, что пра–пра–пра… потомки долетят, умудрившись при этом не деградировать в дикарей, была признана негуманной и зарублена на корню. А иначе никак, ведь технологии криокапсул Земли не были совершенны. Да, удалось замедлить все процессы, протекающие в теле, практически до нуля, но то, что не удалось по чуть-чуть, выделяло естественную человеческую радиацию. Десятилетиями человек может безопасно находиться в криосне без вреда для здоровья. Но когда речь идёт о сотнях лет, прибыв на место и проснувшись, пионеры человеческой расы сразу бы умерли от радиоактивного излучения, исходящего от их собственных тел. Академик Краснов считал, что такого слона, как межсистемные путешествия, надо есть по частям.

— В тот момент я искал, где в человеческом теле находится его разум, личное самосознание, человеческое, так сказать, Я. И признаться, в процессе поиска я чуть в бога не уверовал.

Краснов считал, что, найдя человеческое «Я», он сможет извлечь его и перенести на иной носитель. Например, на цифровой или искусственно выращенную мозговую плоть. Ведь насколько проще послать к будущей колонии машины, которые создадут всю необходимую инфраструктуру, а потом и в буквальном смысле сделают своих будущих колонизаторов. Всё удешевилось бы в разы, некоторые препятствия вместо того, чтобы преодолеваться, изящно обходились. Пытаясь добиться успеха, Краснов ставил негуманные эксперименты на самом себе, как ему на тот момент казалось, совершенно бесплодные.

— А потом прилетели арварцы, и стало как-то не до науки. — Печально подытожил академик, вспоминая о прошлом, будто о лучшем времени в его жизни. Собственно, по сути, так оно и было, потому что дальше в его жизни были только страдания.

Поскольку у научной станции был высокий запас автономности, они ещё несколько месяцев не догадывались, что в Солнечную систему вторглись агрессивные пришельцы. Просто пропала связь с Землёй и Марсом. Ещё через какое-то время научным коллективом станции было решено отправить к цивилизации экспедицию, чтобы выяснить, что там собственно происходит. Поскольку личного корабля на станции не было, а корабль обеспечения ушёл, но обещал вернуться и давно уже нарушил все сроки, корабль решили делать на коленке из того, что было. А были спасательные капсулы. В отличие от технологий Содружества, спасательные капсулы Земли были совмещены с системами криозаморозки и могли болтаться в открытом космосе годами. Да в них, собственно, практически ничего и не было, кроме самой криоустановки, герметичного корпуса да двигателя с небольшим запасом топлива, сделанным для того, чтобы увести капсулу на безопасное расстояние от вероятной катастрофы. Дополнительное пространство в спас-капсулах было выиграно за счёт сокращения размера установки крио, так как заморозить она могла, а размораживать в её задачи не входило. Проболтается бедный астронавт в ледяной глыбе лет пятьдесят, а потом его уже ничего, кроме чуда, не спасёт.

Учёные, инженеры с матюками и каким-то чудом всё же смогли создать из уймы капсул один корабль и наскребли на него достаточно топлива. К Марсу эта посудина за полгода полёта могла доставить только одного человека. Ни о каком приземлении не могло быть и речи, самоделка просто развалится от такой нагрузки. Пилот должен был подлететь к планете и начать посылать сигнал о помощи, а когда пилота всё же подберут, то он должен был связаться с соответствующими службами для возобновления сообщения с научной станцией. В случае неуспеха корабль попросту должен был войти в атмосферу Марса и там сгореть.

— Не понимаю, почему вы не послали зонд с сигналом о помощи? Почему надо было обязательно посылать человека на вероятную гибель?

— Ох Женя, Женечка, на тот момент мы не знали как обстоят дела. Все мы давали подписку о неразглашении и отправка зонда с информацией о местоположении станции подсудное дело для нас всех.

Все учёные понимали, что путешествие будет не самым безопасным. Лететь полгода, запертым в ограниченном пространстве, не имея возможности для общения, и даже если миссия завершится успехом, то психическое состояние эмиссара будет оставлять желать лучшего. А ведь они не военные и астронавты, они просто учёные, люди хоть и психически устойчивые, но не самые прочные. Весь персонал станции поучаствовал в лотерее, и счастливчика запихнули в консервную банку, свободного пространства внутри которой было примерно два на два метра. Всё равно что полгода нонстопом в архаичном карцере просидеть. В основном Андрей Андреевич развлекался тем, что читал электронные книги, слушал музыку и решал логические головоломки, составляемые компьютером корабля. Но вот подобрали его не земляне, а арварцы, и тут же подвергли процедуре ментоскопирования.

— Тем очень сильно понравилась информация о станции, набитой под завязку учёными светилами Земли и Марса. Вероятнее всего, они отправили туда корабль, чтобы всех закабалить, ну или обстреляли на всякий случай, чтобы никто не выжил.

— Думаете, станцию уничтожили? Но это же варварство какое-то, там же должны были быть уникальные разработки, ценные не только для народа Солнечной системы, но и арварцев. Это всё равно что библиотеку жечь.

— Женечка, а мы не с самыми цивилизованными людьми дела имеем. И хоть они обогнали нас в технологиях, вот тут, — Краснов как мог потыкал когтем себе в висок, — они всё равно остались варварами. Солнечная система для арварцев и всё, что в ней, в том числе и человеческое население, — это всего лишь ресурс, если его не удаётся использовать, то какая от него польза?

А дальше Краснова со слегка поджаренным мозгом отправили на «переработку». Так как полгода в пространстве без гравитации и при отсутствии физической нагрузки, его тело и психика нуждались в лечении, для рабства его сочли непригодным. Из него решили сделать биоискин. И даже его зашкаливающий уровень интеллекта в 210 очков не склонил чашу решения.

В те дни людей, приговорённых к переработке в биоискины, было очень много, создавались очереди. А очереди — это убытки, ведь людей надо кормить, поить, содержать и следить, чтобы пленники не покончили с собой от безысходности. Арварцы ненавидят терпеть убытки, поэтому они привлекали к делу сторонних подрядчиков.

Немного цивилизаций Содружества практикуют создание биоискинов. И не потому, что это негуманно, вон королевство Селен чисто по половой принадлежности клепает из мужчин киборгов, и это совершенно легально. Просто технология компьютеров из нервной ткани человека относится к биоинженерии, а в Содружестве почему-то очень не любят биоинженерию. И хоть высокопоставленные чиновники, скрепя зубами, как-то терпят биоискины и биоимпланты, которыми забавляются государства, входящие в его состав, то на такое явление, как промышленное клонирование людей, обычно посылают флот зачистки. Кстати, о королевстве Селен. Арвар и Селен яро друг друга ненавидят чисто из-за идеологических разногласий, поэтому стремятся поднасрать друг другу везде, где можно. Но когда речь идёт о заработке кредитов, вся вражда забывается. Народ зеленоволосых феминисток получил тайный контракт на производство биоискинов в закрытой планетарной системе с неизвестными координатами. Именно они сделали из Андрея Андреевича то, чем он сейчас является. Многофункциональный биоискин, способности которого широки и начинаются от контроля производственных цепочек на автоматизированной фабрике до служения вычислительным устройством на средних размеров военном корабле.