Провал (СИ) - Безбашенный Аноним "Безбашенный" - Страница 50

— Жаль, что не провалились вместе с нами и эти уроды, которые всю эту хрень нам устроили! — процедил Витёк, — Достал бы калаш, да перестрелял бы на хрен сволочей!

— А кто это, по-твоему, устроил? — поинтересовался Гендос.

— Да гребу я, что ли? Вояки или СБУ — какая на хрен разница? Перестрелял бы с удовольствием хоть тех, хоть этих!

— А с хрена ли наши, с хрена ли не русня?

— Тем, кто там остался, наверняка именно так и срут в уши. Только русня у себя в глуши такую вундервафлю испытала бы, чтобы не палиться с ней раньше времени, у них таких мест до хренища, а где ты в Хохляндии такую глухомань найдёшь? Вот и испытали на нас, грёбаные сволочи! А свалят — конечно, на русню. На кого же ещё-то?

— А я в эти дни наконец-то вздохнул свободно, — заметил Юрец, — Вам-то обоим хрен ли? Один на "Искре", другой на "Мигремонте", у обоих бронь, а я ведь загребался от ТЦК этого грёбаного ныкаться. На работу идёшь — короткими перебежками и озираешься, с работы — точно так же, да и на ней то и дело озираешься — пару раз и туда по мою душу заглядывали, и сгрёбываться приходилось. А на той неделе Костян рассказывал, двоих из троллейбуса прямо выдернули и сразу же повестки им под нос, и он сам стал бы третьим, если бы не ткнул им под нос свой пропуск "Мотор Сичи". Но слыхали же, чего с субботы как раз в силу вступить должно было?

— Млять, точно — сокращение заводской брони на пятьдесят процентов, — Гендос обернулся к Витьку, — Он прав, запросто могли снять бронь и с нас, и тогда — влипли бы. У тебя-то хоть дядя начальник цеха, да и то, хрен ещё знает, а меня — точно сократили бы. И повестку в зубы — вперёд, защищать ридну батькивщину вид росийсих загарбныкив.

— То-то и оно. Да и меня — не факт ещё, что дядя отмазал бы — и поблатнее меня народу полно, — отозвался тот, — А откупаться в ТЦК, чтобы тебя медкомиссия забраковала — ну, один раз ты откупишься, а потом сменят там военкома, и новый опять выдернет тебя на новую медкомиссию, а откупаться будет уже нечем. Так что — да, может, ты и прав. Но один же хрен обидно! Кто-то вообще слинял за бугор, кому было куда и с чем, кто-то мазу такую имеет, что его и не трогают или призывают в заведомый тыл, куда и прилётов нет, у кого-то денег куры не клюют, и ему всегда есть чем откупиться. А ты тут терпи весь этот маразм на военном заводе, шухерись от прилётов, а тут ещё и бронь эту сокращают, ради которой ты только всё это и терпишь. И — ага, того и гляди, что или заметут воевать, или ныкаться придётся, как Юрец. А тут — тоже, млять, из огня, да в полымя!

— Ага, чурки эти, урюки, грёбаные людоловы, — поддержал Юрец, — Татарва там крымская или ногайская, что ли?

— Говорят, какие-то другие, но один хрен примерно такие же, — сообщил Гендос, — Тоже степные бродяги и тоже наверняка людоловы. Не убьют тебя на хрен, так в рабство угонят, и там точно сгинешь ни за хрен собачий. И хрен ты уклонишься от мобилизации.

— Так что же я, сам не понимаю? Тут уж мы и самих себя будем защищать, а не этих грёбаных рагулей и ихнее грёбаное государство. Олег, ты не обижайся, ладно?

— Я тебе, что ли, прямо такой уж невгребенный защитник рагулей? — хмыкнул тот, — Добровольно я и сам хрен бы пошёл. Загребали "культуристы" на "Мотор Сичи", я и не вытерпел, хотел на "Кранкомплект" податься, а там станочников хватает, и блата же ни хрена нет, вот так и завис без брони. А на автосервисе от ТЦКшников хрен укроешься.

— А говорили, ты там прямо идейным стал, добровольно на передок пошёл.

— Да какое там в сраку идейным? Журналюги тебе и не то ещё напоют! Всех на передок один хрен загнали бы, кого куда — большие потери в штурмовых батальонах. Так мне подсказал штаб-сержант из наших, что если в числе первых сам вызываешься, из всей разнарядки сам и выбираешь, куда пойдёшь, а остальным — что останется. Я вызвался, ну и выбрал, где поменьше нужно народу — значит, потери наименьшие. Вот так и становятся в основном там добровольцами, кто соображает, — вся компания рассмеялась.

— Но отличился же? "Мопед" же сбил?

— Какой в сраку "мопед"? Больше журналюг этих слушай! Когда над нами эта "Герань-2" пролетает, мы по ней вообще не стреляем. На хрен, на хрен!

— А чего так?

— А то, что там пять кило взрывчатки. Да не дай бог ты в тот "мопед" попадёшь так, что он шарахнет над тобой — костей же не соберёшь! Я не застал, но был в батальоне и такой один герой — ага, посмертно. На хрен, на хрен!

— Так а что ты там тогда на самом деле сбил?

— Да самый обычный дрон, наблюдательный. Повезло мне — только я и стрелял по нему в момент попадания, так что персонально мне его и засчитали, а журналюги уже в "мопед" его для официоза переврали, вот и весь героизм. Мне тогда стыдно стало, и хотел опровержение дать, но наш штаб-сержант сказал — не будь дурнем, пользуйся их брехнёй — за сбитый "мопед" тебе отпуск на две недели положен. Маразм самый натуральный — за отражение атаки или успешную атаку, где и риск наибольший, отпуск хрен дадут, а за эту липу официозную — как с куста.

— Выходит, это и для тебя тоже хрен ещё знает, прогадал ты от этой хрени или, может, даже нехило выгадал?

— Ага, хрен ещё знает — и сам тоже репу чешу. В батальоне слух ходил, что всю бригаду хотят под Харьков перебросить, а там же мясорубка такая началась, что поди ещё в ней уцелей. От неё меня эта хрень, считай, избавила, хоть я и не дезертир ни хрена, но и на передок вернуться из отпуска не могу. Так что сей секунд — да, получается, что нехило выгадал. Но вот на дальнюю перспективу — тоскливо, млять. Это сейчас мы ещё посильнее любых дикарей, пока патронов к нормальному оружию хватает, но что с нами будет, когда они кончатся? И самих нас тут с гулькин хрен, и патронов новых взять негде. А эти чурки — какие они сейчас, такими и останутся, и слабее они не станут, чем сейчас.

— Так может, сейчас бы их и помножить на ноль, пока и машины у нас на ходу, и патронов ещё хватает?

— А хрен ли толку? Андрей говорит, что эта орда — не единственная. Вот эту-то мы, допустим, на ноль помножим, так другая же на её место придёт, и с ней опять начинай всё с начала. А с каким боезапасом? Патроны у нас кончатся раньше, чем эти чурбаны.

— Каменюки-то эти, которые мы тут громоздим, сильно ли нам помогут?

— Это защита от стрел. Чтобы развалить её, это надо вплотную подойти, чтобы копьями её разворошить, а кто же их вплотную подпустит, пока есть чем отстреливаться? Пускай попробуют, если людей до хрена — отстреливать их из-за баррикады будем почти, как в тире. Андрей считает, что и сама эта наша фортификация вместе с тренировочными стрельбами может отбить у степняков охоту нападать, и чем она будет основательнее, тем с большей вероятностью. И тогда им останется только мирные переговоры с нами вести и нормальные отношения устанавливать. Торговля там, допустим, а может, и военный союз. Тогда эта орда прикроет нас от других, и мы выиграем время, чтобы приноровиться к этой жизни и придумать, чем заменить конечный запас патронов и сохранить свою силу.

— То есть, вот эти плитки из разобранного тротуара сберегут нам патроны?

— Да, получается так. И дай бог, чтобы и в натуре получилось. Только с нашим куцым боезапасом и воевать до победного конца со всем окружающим миром! — компания снова рассмеялась, — Была бы это у нас "Запорожсталь" со всей её военной группировкой и запасами, весь мир нагнули бы на хрен с полпинка, а эти десять пачек, которые я привёз с передка — это же курам на смех! — Олег имел в виду патроны к АК-74.

— Да ты у нас богатенький Буратино! — присвистнул Витёк, — И ещё же остались те шесть пачек, которые тебе дали возле цирка, как и всем? Млять, впервые в жизни есть в чём позавидовать сцапанному ТЦКшниками и угодившему на войну!