Разрушу твою семью (СИ) - Бонд Юлия - Страница 45

– Люблю тебя, – в губы ему выдыхала, а он улыбался и говорил, что любит сильнее.

Я не спорила. Пусть любит. Я же у него первая любовь, а он у меня – последняя. Идеальное сочетание.

Возможно, когда-нибудь я напишу про это целый роман: как бывает классно, когда тебе сорок, голова не болит, ты ещё молодая и красивая встречаешь его… тридцатилетнего холостяка. Временами он бесит, бывает так, что хочется прибить. Но рядом с ним ты забываешь обо всём, прошлое стирается, будто его никогда и не было, потому что оглянувшись, ты понимаешь, что никогда раньше так сильно никого не любила, да и любила ли вообще? Ведь любить – не равно страдать. Любить – плыть в одной лодке. Штиль. Шторм. Куда выведет кривая? Да тебе уже всё равно. Лишь бы вместе. Рядом до победного конца.

Эпилог

– Красивое колечко. Такое большое, – рассматривая обручальное кольцо на моём безымянном пальце, Санька не скрывала улыбки.

А я тоже счастлива, что мы, наконец, поняли друг друга и стали общаться почти на равных. Дочка будто повзрослела в ускоренном режиме, а может, просто увидела, как мне было плохо на её свадьбе – особенно когда Марик заявился под ручку с так называемой невестой.

– Я очень рада за вас, мам.

Санька заключила меня в объятия, а я не сдержалась и незаметно смахнула со щеки слезу. Что-то с этой беременностью я такой сентиментальной стала, могу расплакаться от умиления, вот как сейчас. Правду говорят, что у беременных шалят гормоны. А я уже такая зрелая женщина и всё туда же.

К нам подошёл Марк. Приобняв меня за талию, у всех на глазах поцеловал в щеку. Стало так волнительно, сердце застучало быстрее. Мы больше ни от кого не прячемся, не скрываем своих чувств. И даже сегодня собрали в зале ресторана самых близких и дорогих нам людей, чтоб вместе отпраздновать этот светлый день, когда мы с Марком стали одной семьёй.

Смешно, да. Но с дочкой у нас опять одна фамилия на двоих. Были Астаповы, стали Кулаковскими.

Вообще, забавная история вышла с родными братьями, но мир вверх ногами не перевернулся и уже все родственники воспринимают сей факт привычно, а не как что-то из ряда вон выходящее. Подумаешь, женщина старше мужчины на десять лет, да хоть бы и двадцать. Кому какое дело.

– Если гости все уже собрались, то прошу к столу, – сказала моя мама, взяв на себя роль ведущий.

Толпа засуетилась и стала разбредаться, рассаживаясь на свободные стулья.

Мы с Марком в центре стола. Он такой заботливый стул для меня отодвинул, руку подал. Благодарно улыбнувшись, я поправела платье и сказала Марку:

– Спасибо, муж.

На последнем слове у меня по коже пробежали мурашки. Мы расписались в РАГСе только сегодня, пару часов назад забрали свидетельство о браке, и я всё ещё не привыкну, что отныне он – мой муж. Так волнительно называть его мужем, это уже совершенно другой уровень в наших отношениях, более сложный.

– Пожалуйста, жена, – чмокнув меня чуть выше виска, Марк тоже сел на стул и незаметно под столом взял меня за руку, переплетая наши пальцы в замок.

Первый тост сказала моя мама. Пожелала нам всего и побольше, как обычно. А я смотрела на неё, не переставая восхищаться. Какая женщина всё-таки: вон бывший её сидит напротив вместе со своей второй женой, а маме хоть бы хны. Она цветёт вся, такая красивая в этом брючном костюме цвета фуксии.

Мы только успели выпить, как пришли опоздавшие гости. Валя и Тимофей.

У меня сердце чуть наружу не выпрыгнуло от волнения. Я до сих пор ничего не забыла: и как эта женщина искренне восхищалась мной, а затем оскорбляла, когда узнала, что я сплю с её старшим сыном.

– Идём встречать? – шепнул Марк, кивая в сторону своих родителей.

Держась крепко за руки, Марк повёл нас в центр зала, где мы пересеклись с его родителями. Тимофей улыбнулся первым. Сунул Марку конверт с деньгами и крепко обнял сына, похлопав его по плечу. Меня тоже обнял, на ухо шепнул, что я сегодня очень красивая, и ему жаль, что он не на месте своего сына.

Засмущавшись, я отвела взгляд в сторону. Он же шутит, да. Вот только не знаю: понимает ли его шутки супруга. Вдруг сейчас как разойдётся и ещё заподозрит меня в том, что её сына мне мало, так ещё и мужа подавай. А мне же, кроме Марка, никто не нужен.

– Сынок, Тоня, примите мои поздравления, – наконец-то заговорила Валентина. Обняв сына и поцеловав его в обе щеки, подошла ко мне, цветы подарила: – Тонь, кто помянет старое, тому глаз вон.

– Я согласна.

– Каюсь. И прошу у тебя прощение за тот не адекват.

– Я понимаю, Валь. Всё нормально.

Приблизившись вплотную, Валя шёпотом сказала мне, что всё ещё не теряет надежды стать подружками. Я ответила согласием. Конечно, мы подружимся. Делить Марка точно не станем, мы же взрослые женщины, обе матери, думаю, договоримся.

Официанты принесли чистые тарелки для родителей Марка, и шум за столом возобновился.

Диджей включил медленную композицию, и мама объявила о первом танце молодых. А мне так смешно стало. Мы прям “молодые”, да. Да и вообще у нас не свадьба – так праздничный вечер в узком кругу. Я в обычном вечернем платье цвета “айвори”, без классической фаты и перчаток. Всё достаточно скромно, потому что я так захотела. Счастье не в помпезной свадьбе. Да и в сорок лет эту свадьбу уже как-то не хочется.

Танцевать мы всё же пошли. Положив руки на сильные плечи, я смотрела ему в глаза и чувствовала, как сердце переполняется радостью.

– А когда нам скажут пол ребёнка? – спросил Марик во время танца.

– Не знаю. Наверное, недель в двадцать.

– Ещё нескоро, – вздохнул Марк и, притянув к себе, чмокнул меня в лоб. – Царица, я вот что подумал. Как тебе тот район, где живёт Радмир с Наташей, нравится?

– Конечно, нравится. Ты хочешь купить там дом?

– Уже купил. Правда, земельный участок. Десять соток, нам же хватит?

– Смеёшься? Можно даже хозяйство завести и огород.

– Это точно без меня. Я ещё пока слишком зелёный для такого хобби. Возможно, когда выйду на пенсию, как моя тёща, тогда и подумаю обо всём этом.

– Мама очень тебе благодарна за то, что ты ей так быстро построил курятник. Она теперь мне каждый день звонит и рассказывает про своих деток.

Марк засмеялся:

– Она цыплят детками называет?

– Ага. Вот думаю, может ей ещё козу купить. Она как-то обмолвилась, что всю жизнь мечтала…

– О козе? – засмеялся ещё больше.

– И о ней тоже да, – улыбнулась в ответ. Губами потянулась к его губам, нежно поцеловала и на выдохе: – Спасибо. Ты самый лучший.

– Я знаю это.

– А ещё не очень скромный.

– Ну… не быть же мне во всём идеальным, – подмигнул Марк и музыка к этому моменту умолкла.

Пока мы шли по залу, возвращаясь к столу, к нам подошла Санька. Предложила сфоткать на свою “зеркалку”. Я прижалась к Марку. Такой родной и любимый. Я хочу прожить с ним целую вечность и как в сказке: долго, счастливо и умерли в один день.

Санька показала нам жестом класс, а затем кивнула за мою спину. Обернувшись, я наткнулась взглядом на Астапова, застывшего на входе в зал. В костюмчике и с букетом. Точно пришёл меня поздравить или даже нас с Марком.

Проследив за моим взглядом, Марк сильнее сжал мою руку. Я шепнула ему, чтоб не ревновал, но Марик всё равно продолжал быть напряжённым.

Держась за руки, Марик повёл нас к Вадику. Вадим тоже сунул конверт с деньгами, правда мне. Ещё и букет белых роз подарил, почти такой же, как и двадцать лет назад в день нашей с ним свадьбы. Наверное, это его какой-то стандарт, Астапов никогда не любил заморачиваться мелочами.

– Поздравляю вас, – сказал Астапов и Марк через зубы процедил ему “спасибо”. – Марик, можно я украду твою жену буквально на одну минуту?

– Зачем? – строго отчеканил Марк и мне пришлось погладить его по напряжённому бицепсу. – Пару минут. Не больше.

– Выйдем? Здесь шумно, – предложил Вадик и мы вышли с ним из зала на улицу. – А твой Марик ревнивый.