Две полоски на годовщину развода (СИ) - Бонд Юлия - Страница 1

Две полоски на годовщину развода

Юлия Бонд

Глава 1. "Две полоски"

С замиранием сердца наблюдаю, как на тесте на беременность появляется вторая полоска. Не верится глазам!

Да ладно?

Беременная в тридцать пять?

Это какая-то ирония судьбы, не иначе!

Мы с мужем прожили в браке больше тринадцати лет. Но детей у нас не было.

Провальные попытки забеременеть. Бесплодие. Обида. Недопонимание. РАЗВОД!

— Это какая-то ошибка, — усмехаюсь, хотя внутри теплится крошечная надежда.

Неужели боженька решил нам с Самойловым подарить малыша, когда мы уже в разводе почти как два года? Когда у каждого своя жизнь. Когда Самойлов женат на любимой работе, а я пытаюсь развивать свой маленький бизнес.

Наверное, тест просроченный попался. Ну не могу я быть беременной после всего! НЕ-МО-ГУ!

Это снаружи я такая сильная духом, а внутри меня всё бушует, переворачивается вверх дном.

Сколько лет я мечтала увидеть эту заветную вторую полоску?

Но стоило развестись с мужем, пожить друг от друга отдельно, случайно встретиться и провести одну-единственную ночь вместе, как я оказываюсь беременной!

Как зачарованная я не свожу глаз с этого теста, а в голове уже считаю ПДР. Ребёнок родится где-то в середине лета, если это действительно беременность.

— Лидка, ну ты скоро? — дёргает ручку младшая сестра. — Я сейчас описаюсь.

Голос сестры вырывает меня из сладостных грёз. Быстро убираю за собой, чтобы не осталось ни намёка на то, чем я тут занималась.

Через минуту выхожу из уборной и, ожидаемо, лоб в лоб встречаюсь с сестрой.

Она смотрит на меня таким взглядом, словно готовая испепелить заживо!

— Ты что там уснула? Полчаса в туалете проторчала! Чем там можно было заниматься?! — причитает сестра и спешит юркнуть внутрь.

Но я вряд ли готова сейчас ответить. Все мои мысли крутятся вокруг крохи, которого я уже чувствую внутри себя. Звучит странно и смешно? Согласна. Но именно так я ощущаю… Сердце подсказывает, что нет никакой ошибки и на этот раз тест на беременность точно не ошибся!

— Что ты такая довольная, солнышко? Прям светишься вся от счастья, — спрашивает мама, встретившись со мной в коридоре.

— Вот, — не раздумывая, разжимаю кулак. А на ладони у меня тест с двумя полосками.

— Ах… — мама спешит прикрыть рот ладошкой. — Это твой?

— Да. Только пока никому не говори. Ладно, мам?

— Конечно. Конечно… Я — могила. Лида, господи… Какое счастье! — мама спешит обнять меня и прижать к своей груди, но, сообразив, что эти эмоции излишние, быстро берёт себя в руки. — Давай сейчас Лизу проведём на учёбу и обо всём поговорим?

Через час после ухода Лизы на пары мы с мамой сидим в кухне. В чашке горячий, сладкий чай, а на тарелке — аппетитные оладушки с клубничным вареньем, как я люблю.

— Ну рассказывай, Лидусь… Как у тебя так получилось? С Сашей столько лет были женаты и ничего. Кто же отец моего будущего внука или внучки? Кого мне благодарить за чудо?

Хмыкаю, смотря на маму интригующим взглядом. Представляю, как она сейчас удивится, когда я ей скажу, что у кого-то сверху очень ироничное чувство юмора.

— Да не тяни ты, Лид. Интересно же, — всё не унимается мама.

— Ты будешь удивлена, — начинаю я.

— Я уже удивлена. Я же говорила, что это не у тебя неизлечимое бесплодие, а врачи бестолковые попадались: не смогли понять, что у вас с Самойловым абсолютная несовместимость. Вот поэтому и не получались у вас детишки.

— Мам, не угадала, — улыбаясь, качаю головой. — Если тест на беременность не врёт, то за эти две полоски тебе нужно благодарить бывшего зятя.

От удивления мама открывает рот. И я прямо чувствую, с каким она трудом переваривает мои слова.

— Что? Ты же не шутишь? — переспрашивает мама.

— Не шучу. Если тест не бракованный, то я беременная от Саши.

— О Господи… — вздыхает мама. И я вижу в её глазах противоречивые чувства: разочарование и радость одновременно.

Мама всегда недолюбливала моего мужа, но воевать с ним в открытую — никогда не воевала. Зато, когда мы с Сашей развелись, она высказала мне всё, что думает о бывшем зяте. Мол, он хреновый семьянин. Дома почти не появляется, живёт на своей работе. И вообще, где были мои глаза, когда я выходила замуж за Сашу? Он же карьерист до мозга костей.

Всё так… наверное. За исключением одного: с Сашей мы любили друг друга. С самой первой встречи, как посмотрели друг другу в глаза, так поняли, что пропали. Он тогда в полицию пришёл работать. Только-только после университета. А мне едва восемнадцать исполнилось, ещё в универе училась…

— Мам, ну ты чего? Я думала, ты обрадуешься.

— А я думала, что ты не общаешься с этим человеком, — обиженно поджимает губы мама.

— Мы случайно встретились.

— И случайно оказались в горизонтальной плоскости, — язвит мама, но я нисколько на неё не обижаюсь.

— Мам… — смотрю на маму с лёгким разочарованием, — неужели ты не рада, что я стану матерью? Ты же знаешь, как сильно я об этом мечтала.

— Знаю, Лидусь, — мама встаёт с места, чтобы подсесть ближе и взять мои обе руки в свои, — прости, я просто в шоке. И совсем не важно, кто будет отцом моего внука… или внучки. Главное, что ты станешь матерью. Это такое чудо, моё солнышко.

— Мам…

У меня просто нет слов. Эмоции захлёстывают. Я плачу, раскрывая объятия.

— Ты расскажешь ему про ребёнка? — спрашивает мама, когда мы обе приходим в себя. Оказывается, мама тоже чуток всплакнула. У неё даже тушь для ресниц потекла.

— Конечно, расскажу. А что, есть другие варианты?

— Ну… — мама пожимает плечами, и мне это не нравится, — ты бы могла стать матерью-одиночкой. Официально вы в разводе. Значит, тебе выбирать: записывать ли в свидетельство о рождении отца ребёнка или нет.

— Боже, мама… Как тебе такая глупость в голову пришла? Если я действительно окажусь беременной, то Самойлов будет первым человеком, кому я об этом скажу после приёма у гинеколога.

Глава 2. "Ты станешь папой"

Саша

— Майор, к вам одна дамочка пришла, — сообщает по телефону дежурный.

— Какая ещё дамочка?

— Госпожа Полякова… по документам. Пропустить?

Сердце ухает вниз. Лида?

— Конечно, пропустить.

Кладу трубку и бегом к зеркалу: поправить форму, стряхнуть с погон невидимые пылинки. Да и волосы не мешает причесать, хотя там причёсывать особо нечего.

В ожидании Лиды сижу как на иголках.

— Чёрт… — отшвыриваю карандаш в сторону. Больше не могу ни о чём думать, как о Лиде.

Зачем она пришла? Моя гордая девочка никогда не приходила ко мне на работу. Вот ни разу за все тринадцать лет и два месяца нашего брака её ноги в полиции не было.

Неужели что-то случилось?

Но теряться в догадках целую вечность не приходится — отвлекает стук в дверь.

— Да-да!

— Можно? — в дверном проёме появляется копна густых волос, от которых мне всегда сносит крышу.

— Заходи, конечно же.

Лида робко переступает порог, а я уже несусь навстречу на всех парусах. Попутно оцениваю своё отражение в окне: вроде ничего так и рубашка не сильно помята.

— Каким ветром тебя занесло? — взяв жену за руку, подвожу к небольшому диванчику.

— Эм-м… — мнётся она, растерянно хлопая ресницами. — Нам нужно серьёзно поговорить.

— Да?

Кивает в ответ. Опускает взгляд в пол. И почему-то улыбается краешком губ.

Я скольжу взглядом по женской фигуре. Внутри всё обрывается. Какое-то чёртово дежавю. Два года назад она начинала тему развода с такой же самой фразы: “Нам нужно серьёзно поговорить”.

— Лида, не томи, — говорю, стараясь сохранять спокойствие, но внутри всё сжимается от напряжения. — Что случилось?

Она поднимает на меня взгляд, и я вижу в её глазах что-то новое. Что-то, чего не видел раньше. Нежность? Тревога? Радость? Всё в одном.