Я великий друид которому 400 лет! Том 3 (СИ) - Дорничев Дмитрий - Страница 50

— Всё-всё, работаю. Пью пиво, чай, медитирую и работаю!

Ли присел на корточки и начал насыщать растения маной, используя «посох роста». Он скоро сгорит уже… Слишком часто используем, и нужно бы новый сделать.

Я же занялся новой партией лекарства от тромбоза. Там и отца тоже терроризируют по этому поводу. Родственники родственников и прочие прям «очень нуждаются».

Чтобы понимать, многие из них тупо не хотят лечиться. В основном у людей проблемы с холестериновыми бляшками из-за неправильного образа жизни.

И там целая «цепочка просьб». Один попросил за другого, проставился, и далее тот, кому проставлялись, просит за этого. И в итоге все приходят к отцу и пытаются подмазаться.

Но также стоит понимать человеческую психологию. Чем легче что-то получить, тем менее оно ценно, как и менее ценна оказанная услуга отца.

Ну и если регулярно делать людям добро, они начнут воспринимать это как должное. И если, скажем, два раза помог, а на третий раз отказал, то узнаешь о себе много нового и очень неприятного.

Кто возит, на том и ездят, а человеческая наглость вперемешку с глупостью — штука страшная. Так что с «халявой» нужно быть предельно осторожным, иначе «выстрелишь себе в колено».

В итоге я сделал сто порций лекарства и сразу выдал отцу бутылочку с остатками. Их можно раздавать самым близким.

— Благодарю. Тут родня в городе приехала в «надежде» получить лекарство. Ты их не знаешь, но люди хорошие, — сказал отец, принимая от меня подарки. Ну и пару бочонков гномьего пива. Я затащил их в кузов его фургона. Там было место, где можно было закрепить бочонки, дабы они не покатились. Всё же пусть дорогу я и сделал получше, но в селе она местами в плохом состоянии.

— Обращайся, но у меня тут новинки появятся в течение одного или двух месяцев, — я кратко объяснил, и отец закивал. Все сразу вспомнили про деда, который в городе деканом работает. Трудоголик до мозга костей.

Да, ему не помешает лекарство для мозга.

Вскоре отец уехал, а я продолжил делать дела, и неожиданно пролетели два дня. Ладно, не так уж и не неожиданно, просто я слишком заработался.

— Я закончила с проверкой и осмотром снаряжения. Список составила, — сказала Валькирия за ужином.

— Хорошая работа. Теперь, когда к нам придут новые гости, встретим их как подобает, — ответил я и призадумался. — Удастся пули зачаровать?

— Не уверена, что есть толк. Проще огненный цветок подмешать в порох и сделать зажигательные патроны.

— Нет, пока не стоит. Ферму жалко, да и лучше бомбы сделать, чем пули.

Девушка кивнула и вернулась к еде. Я же постучал пальцем по столу.

— Прошлое нападение мы отбили благодаря ловушкам и хитрости. Если они нападут неожиданно, нам только пчёлы помогут. А если у них будут гранатомёты, то уже ничто не поможет.

— Так Джеймсу нужна ферма. Он не станет её уничтожать, — возразил Ли, также сидевший за столом.

— Если он не сможет получить ферму целой и невредимой, он попробует получить хотя бы её останки, и на их основе попытаться что-то сделать, — покачал я головой. — Сами знаете, он никогда не сдаётся. Его гордыня не позволит ему это сделать.

Ли с Викторией посмурнели, а я удивил всех своими следующими словами:

— Но этим ведь можно воспользоваться. Ли, когда с тобой свяжется Джеймс, сперва отказывайся. Пусть предлагает побольше денег, благ и всего прочего. А потом, когда будет его предел, соглашайся.

— Двойной агент? — поинтересовалась Вика.

— Да. Заставим Джеймса действовать так, как это нужно нам.

— Вообще-то… — Ли покривил лицом. — Он уже писал и звонил мне, но был послан в особо матерной форме…

— Никакого толка от гастарбайтера, — вздыхал я, а Вика кивала.

— Ну простите уж. Я такой хитростью, как у вас, не обладаю. Действую по зову сердца.

— Нехитрый китаец, — Валькирия аж глаза выпучила, а Любава захихикала.

— Ой, всё. Я шёл по пути мастера боевых искусств, а там важна честность. Особенно с самим собой. Я хотел его послать, и я его послал.

— Есть одна идея, — вновь заулыбался я. — Купи себе машину в кредит.

Ли посмотрел на меня как на психа. Да и Валькирия глаза выпучила.

— Дорогую. Хорошую машину, — пояснил я. Но люди всё ещё не понимают. — Ну а потом скинь ему фотографию, а также сумму и счёт, куда платить. И как там говорилось в ваших книгах? Иди к реке и жди?

— Не совсем так, но я тебя понял… Машина, да. Дорогая и красивая… Да кто мне продаст? Тут поручитель нужен…

— И он у тебя есть. Точнее, она, — ещё шире заулыбался я.

— Нет-нет-нет-нет! — запаниковал азиат. — Не хочу я связываться с этой психопаткой!

— Ладно, — вздохнул я. — Забудем. Будем тогда обороняться по-привычному. Построим частокол вдоль рва. Повыше такой и покрепче. Башен штук шесть. Или восемь?

— Десять, — ответила Валькирия. — И тоннель между ними.

— Не надо частокол, башни и тоннель! — воскликнул перепугавшийся гастарбайтер. — Знаю я вас, на меня всё хотите свалить! Шантажисты и сволочи! Хорошо! Я согласен!

— Да что сразу шантажисты… — наигранно обиделся я. — Мы же так и ману сохраним, и тренировка отличная.

— И сделать нужно будет за месяц, а то и за неделю! — воскликнул он, а я призадумался.

— А сможешь?

— Нет!

— Ладно, хорошо, не будет частокола. Звонить Кристине?

— Я тебя ненавижу… — ворчал он, а мы все, кроме Ли, улыбались. Проще простого…

Глава 19

Утро.

— Убью-у-у! — раздался вопль с кухни, и я, дочистив зубы, поспешил туда. А там Любава пылает. Причём натурально пылает… Столько маны впустую, эх…

— Что случилось? — спросил я, а эта прищурилась и уставилась на меня, прожигая взглядом.

— Кто лазал на полку с сахаром и солью?

— А где у нас эта полка? — с удивлением спросил я, и девушка тут же остыла.

— Ясно… Тогда буду пытать наших иждивенцев, — она тяжело вздохнула и со стола подняла баночку с надписью «соль». — Кто-то в соль насыпал сахар! Теперь омлет сладкий!

— Даже так? Странно… — задумался я. — Кроме тебя, никто не трогает здесь ничего. Валькирия в принципе не готовит. Ли у нас… он обычно любит всё готовенькое. Так что не уверен.

— Прибью криворукого гада! Вот пусть и ест сладкий омлет! — заявила рыжая и сделала руки в боки.

Но долго злиться она не могла и начала готовить заново. А я сбегал за яйцами.

— Ко-ко-ко? — услышал я, войдя в курятник. Здесь было тепло и хорошо. Всюду медвежий мох, который я регулярно собираю. Всё же в нём мана, полезная штука. А так он выделяет тепло, ману, и птицы могут его клевать.

Курятник же пора расширять, а то он почти переполнен. Тут на специальной лесенке сидели курицы, высиживая яйца. Они кудахтали, смотрели на меня с подозрением, и да, я пришёл за вашими яйцами.

— Для того вас и выращивают, — объяснял я курам, собирая яйца. И курицы не такие глупые, какими их считают люди. Они просто… «особые». Курицы очень социальные.

Они как толпа, и всем ведь известна фраза: «Интеллектуальный уровень толпы равняется интеллектуальному уровню самого глупого её представителя, поделённому на число её членов»?

Так вот, чем больше куриц в стае, тем больше хаоса. А также внутри этой стаи кипят нешуточные страсти. Прямо как у аристократов из книг. Поэтому если читать их мысли, то хоть книги пиши.

Хотя, мне тут Святослав дал ссылку на один сайт самиздата, и такое ощущение, что там немало книг, написанных после наблюдения за курицами.

Вот идёт такой молодой петух. Ведёт свою курочку спариваться. И тут два других молодых петуха выскакивают! Ко-ко-ко, сам ты — волк, а ты, вообще, хомяк… и всё! Начинается бойня. Молодой петух повержен, а курочка убегает к парочке и бросает своего бывшего ухажёра. Она будет спариваться с самцами посильнее и нести им яйца.

И обычно, в этот момент в молодого петуха вселяется высшая сущность. Чаще всего лис или волк. Но бывает, что вселяется и кто-то вроде панды бога смерти или кролика пожирателя душ, или даже медведя-ведьмы. После этого начинается новая история, ломающая мозг.