Без обмана 7 (СИ) - "Seva Soth" - Страница 16

— И ты всё-таки прав, что вынес из огня ту девочку, — продолжала меж тем Акира. — Извини, что назвала дураком. Твой поступок был глупым, но правильным.

А как бы поступил Хидео-сан? Оставил бы ребенка в огне ради собственного прикрытия или вытащил? Полностью достоверного ответа у меня нет, не снилось ничего подобного. Но хочется верить, что, несмотря на все его ужасные поступки, какие даже мысленно перечислять нет желания, Макото был способен на благородство. Ведь я, в некотором роде, частично он.

На несколько бесконечно долгих секунд взгляды наши встретились и интуиция мне подсказала, что пора уходить. Но тортик для Мияби и Тики я не забыл. Щедрая Акира целую половину торта мне отдала. Отказываться в таких моментах невежливо! Я же вижу, как ей приятно, что мне понравился вкус.

— До свидания. Это не прощание, — сказал я, покидая апато наставницы. Что-то глаза защипало. Аллергия, наверное. Весна, пыльца, выбросы в атмосферу. Еще и запасные очки неудобные, может быть, от них зрение устает. Нужно будет заказать себе новые. На самом деле я реалист и уж свои эмоции-то понимаю хорошо. Но немного самообмана мне не повредит.

Дома я был моментально ограблен. Три девицы-сладкоежки — Мияби, Тика и Ринне — отобрали у меня торт и, пользуясь тем, что «ты его уже попробовал, а мы — нет» оставили меня без сладкого. Вот они — условности большой семьи. Могли бы и о фигуре позаботиться. Но намекать на возможность появления у них лишнего веса я не стал. Я же не самоубийца. Сказать девушке, что она должна отказаться от сладкого, дабы не поправиться — это не в горящее здание войти. Это риск для самых отъявленных экстремалов, а не жалкого труса, такого, как я.

На тортике события этого вечера не закончились. Что делает семья, когда все устали от долгой и нервной поездки? Смотрит телевизор! Даже Ринне напросилась остаться у нас и посмотреть вместе с сестрой и подругой дораму, которая нравится им всем троим. Не что-то вопиюще романтическое, а «Повар императора», о знаменитом поваре Акияме Токудзо, которому выпала честь служить сразу двум императорам в течении 20-го века, начав свою карьеру при дворе еще до второй мировой. Нет, от не родственник Акиямы Кэнсина, чья настоящая фамилия Сато. Просто совпадение.

Несмотря на некоторые недочеты, какие увидит только тот, у кого есть подлинные воспоминания той эпохи, показанная картина мне очень понравилась. И за возвращение в прошлое, и за близкую мне кулинарную тематику.

Однако дело не в дораме, а в рекламной паузе. Под музыку из Initial D две красавицы на оранжевом Марк 2 обошли на повороте синюю импрезу и после финиша похвастались, что сделали это благодаря новому энергетическому напитку «Пульс дракона», позволяющему находить силы на участие в гонках после полного дня изнурительной работы в офисе.

— Ничё так, — оценила Тика. — Не зря я именно этих актрис выбрала. Надо будет напиток попробовать. Хотя я так-то не особо устаю, я энергичная. Прикиньте, сколько начну успевать на стимуляторе! Хотя твои печеньки, братик, тоже тот еще допинг!

И широко зевнула. Заразительное это дело. В сон потянуло всех, включая Ринне, которой даже до дома идти стало лениво. Может быть, коварная лисица Акира подсыпала что-то в тортик? И зачем ей это? Глупость. Мой зевок вышел шире всех. Как начнешь широко открывать рот, остановиться уже возможно одним единственным способом — при помощи здорового восьмичасового сна. Им мы и воспользовались!

Какие замечательные сны ко мне пришли этой ночью — не описать. Наверное, дорама о знаменитом поваре повлияла на выбор сюжета. Хидео-сан в них ел. И по большей части вкусное. В фешенебельных, по меркам эпохи, ресторанах и просто на привале на горной тропе, причем быстрые перекусы по качеству порой не уступали, а то и превосходили дорогую еду. Вне конкуренции, конечно, остается приготовленное Акирой, не считая одного-единственного случая — простого абура-аге, каким Амацу-сенсей накормила юного Макото при знакомстве. Тот вкус остался с ним, а теперь и со мной, навсегда.

Проснулся я от того, что слюнки потекли. Посмотрел на смартфон и понял, что до завтрака еще часа полтора. Успею порадовать девочек, а заодно и себя, чем-то вкусненьким. Пожалуй, инари-дзуси — это всегда оптимальный выбор.

От приготовления любимого лакомства меня отвлек восторженный выкрик сестренки, чтобы расслышать каковой, не требовалось обладать сверхчуткими ушами оборотня. Как бы она соседей не разбудила.

— Да! Да! Да! Меня приняли! Эй вы, хорош дрыхнуть, меня приняли! Я сдала их херовы экзамены! — человек, придумавший делать рассылку с результатами экзаменов в пять утра — аморальный злодей почище Хидео-сана. На уровне, должно быть, Орочимару или Учихи Мадары — антагонистов из моей любимой манги.

На тот случай, если в Сэйран ей все же откажут, я присмотрел для сестренки две по-настоящему хороших частных школы тут, в Кофу. Конечно, без аномально высокого процента поступивших в университет Кэйо, но все же неплохих и без необходимости переезжать в общежитие в другом городе. А также не требующих особо суровых вступительных экзаменов, принимающих результаты из средней школы.

— Ура! Тика, ты лучшая! — присоединился к радости мелодичный голосок Ринне. Чуть из головы не вылетел тот факт, что младшая сестра Цуцуи осталась ночевать у нас. Едва не забыл и на нее завтрак расширить.

Глава 9

— Смотрите, что у меня есть! — пропела подозрительно бодрая Ёрико следующим утром и всучила мне в руки журнал. Weekly Young Magazine — один из популярных манга-журналов, выпускавших такой бесспорный хит, как Initial D.

— Тебя напечатали? — догадался я. — Надеюсь, не версию от твоей бабушки?

— Потрясающе! — добавила Цуцуи, не отвлекаясь от дороги. — Никогда и подумать не могла, что буду дружить с настоящей мангакой. Я представляла их, как асоциальных мужчин среднего возраста, большую часть времени проводящих за графическим планшетом!

Вот право, то, что Ёрико — кицунэ, мою невесту удивило меньше, чем то, что та добилась первых значимых успехов в выпуске манги.

— Амацу-сама потрясающе рисует, она намного талантливее меня, но почему-то ее все время так и тянет на всякие непристойности, — пожаловалась Акирахиме-тян и, готов поручиться, уши у нее покраснели. И это мне жалуется бесстыжая лисица, соблазнительница мужчин, по которой сохнет почти вся мужская половина небоскреба Окане Групп? Не считая счастливцев, таких, как я и Тодороки, нашедших свои вторые половинки.

По пути полистал творчество «сестренки Ёрико». Она молодец. Без лишних сантиментов взяла характеры героев у их прототипов, добавив необходимые сюжетно изменения. Кента, толстый жених «Кагуи», например, получился уставшим от гонок настолько, что отказывается садиться за руль и сажает вместо себя неопытную девушку, у которой обнаруживается талант.

Выйдя на своем этаже из лифта, я увидел десятки сотрудников Окане Групп, вытянувшихся по струнке по обе стороны коридора до самой моей двери. Этакий почетный караул. Синхронности, с которой они поклонились, позавидовала бы императорская рота на посту возле дворца, отточившая церемонию едва ли не до миллисекунд. Первым поклонился тот, что ближе к дверям лифта, затем следующий, стоящий напротив него и так далее в шахматном порядке. Я узнал сотрудников из отдела финансовой статистики, из логистики, айти, службы безопасности, из подразделений, каким я устраивал недавние ревизии. Никого из высшего руководящего состава, правда, нет. Но это и понятно. Начальство не должно кланяться низшим чинам — это попрание всех традиций и устоев.

Дождался, когда спину на сорок пять градусов согнет стоящий последним Тамура-сан, мой первый начальник в корпорации, и поклонился в ответ столь же глубоко. Одновременно приятный и смущающий момент. Ясно, что не в бейсбольной победе дело, а в спасении Хины-тян от огня. Но по мне, все эти хорошие люди преувеличивают мои заслуги. Любой неуязвимый для пламени кицунэ сделал бы тоже самое. Может, храмовых лисиц стоит направлять в пожарные команды по всей стране? Было бы куда больше пользы, чем от бессмысленного служения в храме окаменевшей Инари. Да и вообще, Амацу-сенсей о так называемых богах отзывалась довольно пренебрежительно. «Ухватили чуть больше, чем остальные, а самомнение — как до вершины Фудзи», — так говорила девятихвостая своим ученикам. Пожалуй, ее следует считать убежденной атеисткой.