Миротворец. Дипломатия Кланов (СИ) - Пламенев Владимир - Страница 48

Я слышал об этом впервые. Интересно.

Ни в одном магическом трактате, который я изучал, не было такой информации.

— Да, — кивнул я.

— И этот из таких, вероятнее всего. Взяли бы живым, я бы сказал больше. Но, увы, паршивец разлился на месте лужицей.

На том мы закончили наш разговор и вместе отправились к Софии. А там она приступила к призыву сущности договора.

Сложила руки перед собой. Затем плавно раздвинула их, формируя между ладонями светящуюся частицу энергии. Её золотистый свет разливался по комнате, становился все ярче и, наконец, резко погас, сворачиваясь в одну точку в пространстве. И из неё возникла знакомая сущность, длинная и похожая на парящего в воздухе угря — Фью.

Начальник охраны во всём убедился и вышел. Формальность была соблюдена.

А вот Фью, стоило только ей оказаться здесь, тут же подлетела к Софии, обвивая её шею. Как защитник.

— Дрянь, — прошипела она. — Дрянно.

— Что такое, Фью? — беспокойно коснулась её хвоста София.

— Запах отвратителен. Здесь есть что-то мерзкое.

— Идем. Возможно, я знаю что, — я поманил их за собой.

Мы прошли в медпункт, где лежал Анте. В его вену была вставлен катетер, соединённый с капельницей с неизвестным мне раствором, в котором слабо светились зеленоватые огоньки. Дежурный целитель встал, увидев нас. Его взгляд задержался на Фью.

— Это наш специалист по проклятиям? — безрадостно хмыкнул он.

— Именно так, — сказал я.

— Я пошутил, вообще-то…

— Не важно, — я повернулся к Фью и спросил её: — Здесь запах сильнее?

— Да, но здесь два сильных запаха, — она посмотрела на Анте. Тот лежал с закрытыми глазами и спал. — Есть ещё один — проклятье.

— То есть, обеспокоило тебя не оно?

— Нет, — она покачала головой и уставилась в зашторенное окно. — Оттуда. Мерзкое. Горячее.

— Горячее? — переспросил я и подошел ближе.

— Верно, — уставилась на меня своим огромным красным глазом Фью. И тут же оскалилась. — А ты — чувствуешь?

Но я не ответил.

— Что чувствуете? Виктор, Фью, объясните, что происходит? — в голосе Софии послышалось беспокойство.

Так. А вот показывать им свою силу было не нужно. Хотя эта Фью, судя по всему, уже в чём-то меня подозревала.

Я указал на Анте и задал вопрос.

— Сосредоточимся на проклятии. Можешь сказать, что это?

Но Фью сначала повернулась к Софии, с вопросом:

— Это важно, Сонечка?

— Очень, — заверила София.

Фью скользнула с её шеи, бормоча про себя:

— Проклятья отвратны. Но раз Сонечка хочет, раз Сонечке надо… — она подплыла к Анте и зависла над ним, изучая его взглядом. Затем резко втянула воздух рядом. Приоткрыла пасть, из которой показался длинный фиолетовый язык, пробуя им воздух на вкус, словно змея. — Погань среди погани, — Фью фыркнула. — Некротическое проклятье.

— Можешь с ним справится? — спросил я.

— Нет. Не снимаю проклятья.

— Принципиально?

— Силы не те. Некротику — особенно, — Фью взглянула на Анте. — Вероятнее — умрёт, чем выживет.

— Исключено, — я посмотрел на Софию. — Род целителей Цобор. Сейчас же выходим с ними на связь.

— Анте проклят⁈ — воскликнул Шуйский громче, чем следовало.

Сидящий напротив него Серебряков нахмурился. От Шуйского он ожидал куда большего самоконтроля. Хотя, опять же, браслет на руке гарантировал что их не подслушают.

— Да. Пока что. Мои люди уже приступили к поиску специалистов-маледиктологов. Если Анте можно спасти от проклятья, то мы это сделаем, — спокойно сказал Серебряков.

— Если они успеют! Ночь на дворе! — Шуйский ходил по по кабинету из стороны в сторону. — Ещё и Караджичи всего в двадцати километрах отсюда.

— Знаю.

— Кнежевич тоже. Мне доложили, что его отряды уже укрепляют подступы к городу.

— И это. И про доклад.

Шуйский громко цыкнул, спрашивая:

— А про гостя из Москвы?

— Смотря какого, — чуть опустились брови Серебрякова.

— Значит, не знаешь, — Шуйский довольно оскалился. Хоть в чём-то у него было больше информации, чем у всезнающего резидента внешней разведки. — Демидов.

Глаза Серебрякова, обычно спокойные и бесстрастные, сузились до состояния щёлочек.

— Слушаю.

— Александр вылетел из столицы на частном самолёте своего отца и держит курс сюда.

— Второй сын князя Демидова? — Серебряков сам не заметил, как его пальцы вцепились в подлокотники кресла.

— Он самый, — без удовольствия подтвердил Шуйский. — Есть вероятность, что сядет прямо в аэропорту Загреба. Аккурат на встречу с Караджичами.

— Его Величество что, списывает Зринских со счетов?

— Без понятия. Но перед тем, как Александр вылетел, его отец встречался с императором. Проговорили около получаса, — Шуйский остановился и взглянул в окно. — Тему даже не спрашивай, я не знаю.

— Она очевидна. Если Его Величество позволил Александру покинуть империю, значит он дал Демидовым карт-бланш на любые действия в Иллирии.

— Именно — карт-бланш, — Шуйский повернулся на Серебрякова. — А это значит, что Александр прилетит договариваться со стариком Караджичем. Помнишь, чего тот хотел? В два раза увеличить свою клановую гвардию и довооружить по последнему слову. А это значит, что Демидовы получат свеженький контракт на своё оружие, а Самойловы, за компанию, сбагрят Караджичам своих инструкторов и чвк. Время сейчас идеальное. Никто Караджичу не помешает, князя-то нет!

Он развёл руки в стороны, добавляя:

— А если Караджичи придут к власти, то плакали наши планы! Ты можешь забыть об архивах иллирийской разведки, которые тебе нужны ради твоей мести, — он указал пальцем в грудь Серебрякову. — А я, — он ткнул в грудь себя, — об этериумных месторождениях, которые я должен преподнести на блюдечке своему отцу!

Серебряков едва заметно улыбнулся, приподняв угол рта.

— Не спеши. То, что Демидов будет договариваться с Караджичами — ничего не значит до тех самых пор, пока их договорённости не вступят в силу. Время у нас есть. Даже наоборот — больше внимания будет приковано к Иллирии. А где внимание — там и ресурсы. Понимаешь?

— Прекрасно, — взмахнул рукой Шуйский. — Но ресурсы-то будут в руках у Демидовых. Они негласно отвечали за Иллирию, при дворе императора.

— Верно. Отвечали, в прошлом.

— Стоп. Что ты имеешь в виду? — Шуйский нахмурился.

Рот Серебрякова растянулся в улыбке и он сказал:

— Птичка мне напела, что император собирается пересмотреть клан, курирующий иллирийское направление. И то, что Демидовых спустили с поводка говорит лишь о том, что им предоставлен последний шанс взять под контроль ситуацию с расколотой Иллирией. Но знаешь, что?

— Ну?

— Если они провалятся, чьему-то клану придётся занять их место. Думаю, ты понимаешь, к чему я клоню. Твой род, знаменитый своими дипломатами, может получить целое направление. Вместе с выделяемыми на Иллирию деньгами и кадрами.

— Осталось только и нам не провалиться, — покачал головой Шуйский.

— Думаю, это уже невозможно. У меня есть трупы.

— Чьи?

— Тех, кто пытался убить княжну. Так что скоро мы кое-что выясним про заговор против Адриана. А если сумеем раскрыть заговор полностью, то, можно поздравлять тебя с повышением.

— Трупы… и трупы. Зачем они тебе после экспертизы?

— Трупы помнят.

— Стоп! Ты что, задумал запрещённый ритуал⁈

Глава 21

— Они очень легко согласились, — произнес я, глядя в окно. К администрации подъезжала машина, с гербом рода Цобор — две змеи, обвивающие чашу, над которой танцевали три гнома с колпаками на головах.

Специфичный герб.

— Они давно и преданно служат моему клану, — ответила стоящая рядом София. — Личный целитель моего отца из рода Цобор. Они знают меня и всегда помогали. Даже если были не обязаны.

— Тем не менее, ситуация городе висит на волоске. А они, считай, сразу выбрали сторону. Рискуют.