Миротворец. Дипломатия Кланов (СИ) - Пламенев Владимир - Страница 3

И засмеялся.

Интересный… он себе выбрал образ.

Нет, я знал, что он старается быть поближе к народу, но чтобы вести себя панибратски с человеком, которого видит впервые в жизни?

Князь Адриан махнул рукой, зазывая идти за ним.

— День сегодня хлопотный. А я, между нами, терпеть не могу всю эту возню. Её и так слишком много в жизни князя. Хотя я и вовсе не должен был им становиться, ты знал? Эта морока предназначалась моему старшему брату. Да упокоят его душу предки, — он вздохнул, остановился и неожиданно серьёзно посмотрел на меня. — Женщина или власть?

— Что?

— Что выберешь: женщину или власть?

Я ухмыльнулся.

— Вопрос с подвохом, в котором нет правильного ответа. Женщину выберет подкаблучник, а власть — тиран. Ни один из них мне не подходит.

— А какой подходит? — в его глазах мелькнул весёлый огонёк.

— Я бы задал встречный вопрос.

— Так задавай! — засмеялся он.

— Что за власть и что за женщина?

— А ты въедаешься в самые детали, правда? — он хмыкнул. — На твой вопрос я могу ответить как угодно. Поэтому не отвечу никак. А вот ты на мой уже ответил, по-своему, а значит — верно.

Вот ушлый лис.

— А кого бы выбрали Вы?

— Я? — он задумался с умиротворённым видом. — Я бы отказался и от того, и от другого. Потому что у меня это всё уже есть. Мне другого уже и не надо. А вот ты, мой дорогой друг, совсем другое дело, — лукаво улыбнулся он. — Теперь поговорим о деле.

— О деле, — кивнул я.

Мы присели за большой дубовый стол. Отполированный до блеска и пропитанный приятно пахнущим маслом.

Князь Адриан переменился в лице, его голубые глаза стали серьёзными.

— Есть идеи, зачем ты мне нужен?

— Их слишком много, чтобы я перечислил все.

— Начни с той, которая кажется тебе считается наиболее вероятной.

Он решил меня проверить.

Каков мой ход мыслей и на что я способен.

Прежде чем сам раскроет свои карты.

— Ваше Величество, для Вас будет уместна прямота?

— Разумеется. Она лучше словесных игр. По крайней мере, между двумя людьми, которые могут принести друг другу пользу. Особенно наедине. Мы же не на официальных переговорах.

Так будет проще.

— Княжество… в непростой ситуации.

— Да что уж там, в дерьме!

— Кхм… — я аж закашлялся.

Он усмехнулся.

— Ты сам предложил говорить начистоту.

— Действительно, — я вернулся к теме: — У княжества Иллирия проблемы с французами. После вашего решения вывести две их военные базы и закрыть порт Сплита для их эскадры, они заморозили военно-техническое сотрудничество и наложили на княжество Иллирия более двухсот санкций. А немцы, с которыми вы должны были заключить соглашение вместо них…

Он замер, словно пойманный с поличным.

Я сдержал ухмылку.

Конечно, ведь в новостях о немцах не было ни слова. А сами переговоры с Рейхом проводились тайно, через посредников в третьих странах.

Я не должен был этого знать. Никак.

Но у меня были свои источники.

Миг спустя князь Адриан вернул себе серьёзное выражение и сказал:

— Продолжай, пожалуйста.

— Но немцы вас «кинули». А французы восприняли ваш разворот к Рейху, как предательство.

Он стиснул челюсти и процедил:

— Это поганые лягушатники меня предали, когда укрыли убийц моего отца и брата! Они думали, что я это проглочу⁈ Нет! Никогда! — он начал закипать от злости. Но потом глубоко вздохнул, взял себя в руки и откинулся на спинку кресла.

— Теперь у вас остались только два возможных союзника: турки, с которыми очень напряжённые отношения из-за территориальных споров; и Российская Империя, с которой нет общей границы вообще, зато есть общее славянское происхождение. Выбрали Вы, конечно, второй вариант.

— Допустим. А причём тут ты? — он с интересом прищурился.

— Символ. Знак, для всех своих подданных и других держав. Мой род — Добрынины — живёт в Иллирии уже больше десяти лет, но при этом остаётся подданными Российской Империи. И если последний представитель этого рода появится рядом с Вами перед прессой…

Я подался вперёд, смотря князю Адриану прямо в глаза, и продолжил:

— Это это будет очень жирный намёк, что Ваша страна выбрала себе союзника. Журналисты распишут, что я — Ваш неофициальный «мост» с российским руководством. Слухи полетят во все стороны. Мне тут же припишут связи с имперской знатью, которых у меня нет. Но это уже никого не будет волновать. Ведь заголовки получатся громкие.

— Похвально, Виктор. Хотя, чего ещё ожидать от человека, который тайно консультирует политиков и инвесторов по всему миру?

Я едва сдержал удивление.

Так.

Стоп.

Кажется, не только я тут знаю о собеседнике чуть больше.

А князь Адриан задал вопрос:

— Миротворец — так ты себя называешь? — он точно назвал мой псевдоним.

— Вы хорошо осведомлены, о моём… деле.

— Весьма. Более того, я тоже пользовался твоими услугами. Неофициально, разумеется. Уже тогда я поставил галочку напротив твоего имени в своём списке. А сейчас ты только усилил мой интерес. Понимаешь, к чему я клоню?

— Эксклюзивные консультации, — предположил я.

Но князь Адриан покачал головой.

— Бери шире, мой молодой друг, ты можешь куда больше, чем тратить жизнь на аналитику в сети, прячась за псевдонимом. Ты — сын своего отца. А он сделал очень многое, чтобы княжество Иллирия не стало очередной французской марионеткой.

— Вы были знакомы? — я сдержал удивление в голосе.

— Об этом мы поговорим после, — хитро ухмыльнулся князь. — Сейчас я хочу сделать тебе предложение, которое не сделает больше никто. А взамен — потребую абсолютную преданность мне и моему клану.

— Я — подданный Российской Империи, — сразу обозначил я. — И никогда не буду действовать против неё. Какой бы клан не стоял надо мной.

Я дал клятву верности Родине ещё в прошлой жизни. И не собирался нарушать её даже в этой.

— Я это учёл. Поэтому в твоих же собственных интересах сделать так, чтобы княжество Иллирия и Российская Империя наладили долгосрочное и взаимовыгодное сотрудничество. Сегодня, Виктор Добрынин, я предлагаю тебе стать младшим советником моего наследника, чьё имя я назову сегодня на церемонии.

Вот оно что…

— Вы рискуете. Ваши вассалы не одобрят.

— Определённо. Ты не связан ни с одним из иллирийских кланов. И это — одна из главных причин, по которой я выбрал на эту роль именно тебя. Точно так же, ты не связан с российской разведкой или любой другой.

— Уверены? — спросил я с лёгким вызовом.

— Абсолютно, — не смутился он. — Я знаю о тебе практически всё. Про болезнь, которая забрала у тебя Дар. Про близнецов — бастардов твоего отца — за которых ты несёшь ответственность. Про твои теневые счета, на которых уже должна была собраться внушительная сумма. Так что ты — идеальный советник для самого смышлёного из моих сыновей. Ты научишь его думать, а не просто впитывать информацию и слушать подхалимов.

Ага, а в случае необходимости князь использует меня в качестве громоотвода. Чтобы «скормить» недовольным вассалам.

Но… это приемлемый риск.

— Действительно, Вы многое обо мне узнали, — сказал я.

Но слава всем силам — не всё.

Главные тайны — про мой Дар и особенность близнецов — он не знал. Иначе мы бы говорили по-другому.

— Так что, ты даёшь своё предварительное согласие? — князь пристально смотрел на меня, в ожидании ответа.

Что меня ждало в случае согласия?

Постоянный риск. Борьба. И большие проблемы с местной знатью. Вот что станет частью моей жизни, если я соглашусь на это предложение.

Но с другой стороны — я получу влияние, с помощью которого смогу уберечь тех, кто стал для меня семьёй в этом мире. Без необходимости общаться с «мутными» личностями и переплачивать контрабандистам в несколько раз, только для того, чтобы мои родные банально выжили.

А ещё… я вернусь в свою стихию. От роли советника наследника рукой подать до международных отношений — дела всей моей жизни. Пусть и прошлой.