Мастер молний. Книга III (СИ) - Барр Яков - Страница 41

— Он же сказал, — раздраженно проговорила дама. — Пророчество, даже я про него слышала.

— Погоди, Зерана, пусть он сам ответит. Это важно.

— У меня есть дело, — сказал я честно. — Мироздание оккупировали паразиты.

— Какие еще паразиты? — удивился третий.

— Я сейчас вам покажу, если вы не против.

Я послал им мыслеобраз, который майариды тут же подхватили.

— Да, — сказала Зерана задумчиво. — Мерзкие твари.

— Ну предположим, ты действительно занят делом, в отличие от своих туповатых соплеменников, — вернулся в разговор Малантис. — У нас что тебе понадобилось?

— Я хочу с вашего позволения, восстановить то здание, возле которого мы встретились.

— Зачем тебе эти развалины?

— Там раньше был пункт связи, а мне хочется восстановить абонемент в Библиотеку на Юпитере.

— Я думал, ты давно не был на Земле, — по голосу казалось, что Малантис хитро прищурился.

— Все знают, — ответил я, улыбаясь, — что Юпитер один на все миры. Точнее, Библиотека одна во всех отражениях.

— Не поймал, не поймал, — захихикала Зерана.

— Мне не нравится, что здесь кто-то будет копошиться, — проворчал Малантис без особой убежденности.

— Да ладно тебе, — фыркнула Зерана. — У нас много веков ничего не происходит. Откуда ты будешь брать новые темы для своих рассуждений? Ну покопаются человеческие детишки в грязи. Забавно же. Тем более, что узел за пределами города.

— Ты приведешь сюда кого-то еще? — спросил третий.

— Все зависит от вашего расположения. Ученые с Земли наверняка захотят изучить Марс. И, кроме того, наш мир изолирован. Даже вы, как мне кажется, застряли здесь не совсем по своей воле.

— Нам это нравится, — пробурчал Малантис.

— Нет не нравится, — зло отреагировала Зерана. — И мы много раз это обсуждали. Мы заперты на Марсе Сорок Два, а от физического плана отказались. Это путь к деградации.

— Пусть договорит, — рявкнул третий. — У человеческого детеныша есть какой-то план. Я хочу его услышать.

Я охотно продолжил.

— Место, что меня интересует, особенное. Там можно устроить транспортный хаб. Я построю купол, в котором организую производство кислорода. В этом куполе я открою постоянный канал на Землю. Возможно, и в другие миры, связанные с Землей Сорок Два. Здесь свой закрытый сектор Мироздания, я уже кое-что открыл для себя лично.

— И ты считаешь, что нам нужна вся эта туристическая суета под боком?

— Выделите зону, в которой мы можем суетиться. Я прослежу, чтобы никто за ее пределы не вылезал.

— А если из твоего хаба попрет какая-нибудь дрянь? Сам говоришь, паразиты, рептилоиды, гоблины.

— Они уже есть на Земле Сорок Два. Вы сами знаете, как работает Лабиринт. Если я не открою стабильный и доступный проход, его откроют где-то в этом же секторе просто потому, что время пришло снимать изоляцию. Они уже прут изо всех щелей. Я лично заделал дыру, из которой хотели повалить лемпинги.

— Мы не любим лемпингов, — проворчал Малантис.

— Знаю, майариды всю жизнь с ними воюют. Так вот, если я открою не просто проход, а транспортный узел, будет трудно найти другую дверь в наш сектор. А угрозы в маленьком пространстве я смогу контролировать. Особенно, когда получу доступ к своим запасам силы в Эритии.

— Говоришь, сможешь контролировать? А если не сможешь? — ехидно осведомился Малантис.

— Если прорвется сила, с которой даже я не справлюсь, я буду рад, что прорыв произойдет под боком у высших. Извините за мой прагматизм, но ваш город по соседству — лучшая гарантия безопасности.

— Вот нахал, — со скрытым восхищением буркнул скептик.

— Нет, Малантис, он прав. Раз уж время пришло, нам лучше держать события под контролем.

— Ну вот и отлично, — оживилась Зерана. — Пусть мальчик занимается своими детскими делами, нам не жалко.

— Не так быстро, — рявкнул вдруг третий.

— Ты же сам с ним согласился, Рак’шур! — изумилась Зерана.

— Он много наговорил про свои силы, но пока что лишь сумел с нами поздороваться. Я хочу посмотреть на него в деле. А заодно извлечь пользу.

Я как раз ждал какого-то торга. Сам факт, что он начался, говорил, что дело сдвинулось с мертвой точки.

— Чего же вы хотите?

— Ты любишь наводить чистоту. Не удивляйся, я многое могу прочесть в твоей ауре.

— Я и не удивляюсь, — пробормотал я себе под нос.

— Помнишь, откуда вылетели смерчи? Там немного грязно, а мы не очень любим убираться, мы все же — высшая каста, а не какие-то неприкасаемые.

— Где ты этого набрался, Рак’шур? — поинтересовалась Зерана.

— Кто-то же должен следить за соседями. Короче говоря, человеческий детеныш, вычисти и наши завалы, тогда и продолжим беседу.

— Ладно, прямо сейчас и займусь, — ответил я покладисто.

Я вернулся на физический план и полетел в сторону, откуда ранее показались торнадо. Как я и ожидал, высшие веками сливали в маленькое мертвое море энергетический шлак.

— Как ты собрался это убирать? — прозвучал у меня в голове голос Малантиса.

— Светом! — ответил я, улыбаясь. — зажмурьте глазки, сейчас тут будет ярко!

Глава 19

Мы сидели в приемной Генерального Директора АЗЛ, что гордо расшифровывалось «Автомобильный Завод Ласточкина». Так звали основателя концерна, который создал прототип массового российского автомобиля в середине прошлого века. Злые языки утверждали, что он целиком и полностью слизал концепт у итальянского Фиата, причем уже тогда модель-прототип считалась устаревшей.

Это не помешало фабриканту купеческого происхождения получить дворянство, а после и княжеский титул. Энтузиазм рода Ласточкиных иссяк со смертью отца-основателя лет через двадцать после основания завода. Половина акций концерна была выкуплена государством, остальные разошлись на бирже, так что от семейства в автомобильном бизнесе осталось только красивое название. Прекрасный вклад, я считаю.

Вооруженные бумагой от Министерства торговли и промышленности, а также грузовиком с образцами запчастей, которые мы хотели предложить нынешнему главе концерна, чтобы сделать его Волжскую Ласточку хотя бы отдаленно похожей на автомобиль, который способен доехать из точки А в точку Б, не рассыпавшись по дороге.

Генерального директора звали Брянцев Алексей Владимирович. Но к его благородному телу нас не пустили. В Приемной царствовала секретарша, злобная гарпия сильно за пятьдесят. Это я одобрял, у большого босса именно такая фурия и должна сторожить дверь.

— Ждите! — бросила она холодно, умудряясь смотреть на нас сверху вниз, хотя она сидела, а мы стояли.

Я решил, что пока рано начинать сочиться ядом. Злость надо копить, чтобы в нужный момент заслуженно жестко ставить наглецов, возомнивших себя пупами Земли, на место.

— Кто из вас Эмма Брехт? — спросила дама, прочитав что-то на экране своего монитора, наверное, получила инструкции.

Эмма молча подняла руку, как в школе.

— Ну и имечко, — пробормотала гарпия себе под нос, но Эмма ее конечно услышала.

— Я — немка, — ответила она холодно.

— Хмм, — подняла на нее глаза гарпия без тени сожаления, — изучите, пока ждете.

Секретарша выложила на столешницу несколько скрепленных листов. Эмма взглянула на меня, не понимая, что происходит. Я пожал плечами, мне и самому стало интересно. Девушка подошла к столу, взяла бумаги и заглянула в них.

— Что это? — спросила она фурию.

— Плохо читаешь по-русски, немка? — ухмыльнулась секретарша. — Это трудовой контракт. Ознакомься, только сильно не тяни. Подпишешь, потом Алексей Владимирович тебя примет. Если ты ему понравишься, он завизирует. И не качай там права, директор этого не любит.

— У меня уже есть работа.

— Глупости, — отмахнулась фурия. — Читай быстро и не трать время. Люди здесь занятые.

Эмма онемела от такой бесцеремонности, я же откровенно развлекался. Сейчас же, ради сохранения психического здоровья моей сотрудницы, мне пришлось вмешаться: