Мой космический босс. Уволиться и (не)влюбиться (СИ) - Мори Миа Миа - Страница 45

Я нервно хохотнула: вспомнила, что также можно спровоцировать на клёкот земных индюшек (хах, а фламинго так могут? интересно…)

И у меня совсем исчез настрой напрягаться из-за недовольства отца Алефа. Потому что мой мужчина всё это решит.

– Сколько щёлкающих хвостов ты насчитал, папа?

Виан Арон побледнел.

– Ты понимаешь, насколько ты в меньшинстве здесь, отец? – широко улыбнулся Алеф, – пора тебе уже смотреть на мир… шире. Это, кстати, рекомендовано Союзом. И между прочим именно ты одобрял эти рекомендации от имени Атлантии. Дружба народов на повестке. Так в чём же дело?

– Если бы не генетический конфликт с хвостатыми животн… шиарийцами, – закатил глаза отец Алефа до боли знакомым жестом, – ты бы не остановился на человеке, лишь бы меня опозорить. Да?! У моих потомков были бы щёлкающие хвосты!!!

– Ну ты не расстраивайся, папа, – оскалился Алеф, – наука не стоит на месте. Генетика, иммунология, и, может, у твоих правнуков таки будут шиарийские хвосты. Раз уж это твоя тайная мечта. Как только в семье появится первый хвост – я пришлю тебе уведомление. И официальный опцион от правительства Шиарии – с предложением принять шиарийскую расу по документам. Устроит?

Отец Алефа зарычал не хуже шиарийца.

Наш гость раздавил бокал шампанского в руке, брезгливо стряхнул осколки. Извлёк изящный платок и внутреннего кармана, смахнул капли, окропившие дорогущий пиджак. Платок полетел в траву на осколки.

Отец Алефа процедил сквозь зубы: “совет да любовь”. Развернулся. И зашагал от нас прочь.

Он шёл к ведомственному мобилю на аэроподушке, замершему на подъездной дорожке. Пассажирская дверь нараспашку. И из мобиля навстречу разгневанному отцу Алефа уже неслась симпатичная женщина неопределённого возраста, но на вид не старше тридцати пяти лет. Видимо, та самая секретарша-человек, что неосмотрительно приняла приглашение на свадьбу. Она была красива: вьющиеся каштановые волосы, объёмный бюст (форма ведомства ей явно была мала на размер, но, кажется, её начальника это не раздражало, иначе бы он велел заменить китель… кхем) А ещё у секретарши были огромные добрые глаза медового оттенка. В общем, она казалась полной противоположностью своему склочному виану-начальнику.

Интересно, насколько жёсткий разнос от шефа теперь ждёт бедняжку?

Девушка метнулась к нам, на удивление сохраняя при этом изящество:

– Поздравляю!.. Простите!.. – шепнула девушка и вложила мне в руки подарочную коробку, довольно крупную и в меру тяжёлую. В ней мог лежать небольшой тортик…или…

Секретарша бегом припустила назад, к мобилю, и исчезла в его салоне следом за своим недовольным начальником-тираном. Мобиль шумно сорвался с места, будто это не ведомственный транспорт, а какой-то спорткар. Дрифтуя на непредназначенной для этого дороге – мобиль скрылся из поля зрения.

Мда…

– Мама ушла от отца несколько лет назад, – тихо сказал Алеф, вырывая меня из размышлений – к шиарийцу.

Я ахнула.

– Репродуктивного потенциала у пары атлантианки и шиарийца нет, это верно. Ни братиков, ни сестричек они мне не родят. – задумчиво произнёс Алеф, – но отцу от этого не легче. Брак родителей был договорной, его сердце не разбито. Но он очень… глубоко… оскорбился. И вот. Мы наступили на больную мозоль. Не принимай на свой счёт. Он привыкнет.

Я согласно закивала.

И нашла взглядом маму Алефа.

Чёрные прямые волосы, глубокое тёмно-синее платье с открытой спиной. Она выглядела юной и явилась со светловолосым шиарийцем. Я из вежливости не стала расспрашивать об этом Алефа, а оно вон как оказывается…

Шиариец. Виан Эйлар…

Я так редко встречала шиарийцев без близнеца, что очень хорошо запомнила друга мамы Алефа, а он оказывается… больше чем друг!

– Дружба народов, – выдохнул Алеф мне на ухо, а затем коротко поцеловал в губы, – отец ведь тебя не расстроил?

– Нет, что ты... я понимаю, – шепнула я в ответ.

А мысль зацепилась за мать Алефа и светловолосого шиарийца, который вёл себя как лощёный аристократ. Скорее в атлантианском стиле… Теперь понятно – он ведь жил с атлантианкой. Вот на него и “налипло”…

– Где его брат? – осторожно спросила я, – Чезар и Авалон когда-то ненамеренно разделились, порвали близнецовую связь. Но там была такая трагедия. А тут… друг твоей мамы, то есть... виан Эйлар не выглядит печальным. А брата-близнеца нигде не видно. Неужели он родился без близнеца? Один кейс на десять миллионов шиарийских новорождённых мужского пола…

– Нет, – хмыкнул Алеф, – они разделились. Псионический потенциал был невелик. К тому же его брат, как я слышал, не самый приятный тип. Разделение псионических полей близнецов допускается, хоть и осуждается шиарийским обществом, словно ты пытаешься отрезать себе конечность, а не стать автономной единицей. Но я считаю, что если он не хотел жить как шиариец… нет ничего зазорного в том, чтобы отделиться от брата и быть с теми, с кем комфортнее, согласна?

Алеф подмигнул мне.

А я осторожно кивнула в ответ, удерживая глаза широко открытыми. Не моргнула – не попалась.

Алеф улыбнулся.

– А ты хороша, любовь моя.

– Ещё бы… – хмыкнула я и закатила глаза на атлантианский лад.

Алеф прыснул.

А потом перевёл настороженный взгляд на подарочную коробку:

– Как мило, – он осторожно забрал её у меня из рук.

Вскрыл.

В коробке был – брикет льда. А в него вморожено… существо… чёрное, ящероподное. Очень и очень похожее на...

– Ну просто очень мило, – севшим голосом повторил Алеф, – ещё один.

Явно мой муж ни разу не считал это милым.

– Это… – начала я…

– Псиоптерикс, – кивнул моим догадкам Алеф, – самец. Чтобы наша Аста не скучала. Представители её вида иногда не встречают себе подобных за всю жизнь. И отец позаботился…ну или скорее его помощница.

– Это правда мило, – успокаивающе прошептала я, осторожно коснулась брикета со льдом, – мы построим им террариум в отдельной квартире…

– Естественно в отдельной! – чуть не выкрикнул Алеф, – эти существа… хм, надеюсь, самца тоже устроит обличье домашней лисицы на долгий срок. Иначе замашки псиоптериксов станут проблемой.

Я засмеялась.

Мне было хорошо.

Как будто только что встала на место последняя деталька пазла – о нехватке которой я не подозревала, и слегка устыдилась: я не подумала об Асте. А виан Арон – злобный и брюзжащий с виду, однако бросающий жаркие взгляды на свою ассистентку-человека, когда думает, что никто его не видит… он подумал. Должно быть, прочитал моё личное дело и… такой “акт отцовской любви”?

Или я выдумываю?

А и плевать.

Буду думать, что акт любви – просто виан-папа пока не готов это признать.

Я улыбнулась вновь.

Мне показалось, что и у истории отца Алефа и его секретарши-человека будет хороший конец.

– Отдадим это Асте, – шевельнул брикетом льда в руках Алеф.

Мой муж исчез из виду на несколько мгновений и вернулся ко мне уже без замороженного псиоптерикса:

– А вы потанцуйте со своим мужем, виана. В последний раз, когда ты танцевала со мной, мы сломали ведущему нос.

– Думаешь, повторим успех? – захихикала я.

– Если нам дадут повод, Элина, – привлёк меня к себе Алеф, – никто не вправе портить тебе настроение. А если решится… Сломанный нос станет меньшей его проблемой…

Я смотрела на своего мужа и прогнозировала наше будущее.

Мысль скакала с питомника, полного краснокнижных псиоптериксов, на легион внуков с шиарийскими хвостами и обратно.

Как ни странно… вероятность была ненулевая.

И меня топило чистое кристаллизованное счастье!....

Эпилог

Элина

Три месяца пролетели как один день!

Этим утром я открыла глаза такой же счастливой, как и в день свадьбы...

Белоснежные простыни. Шум воды из смежной ванны – Алеф (виан-босс!) – очевидно в душе.

Я его чувствую. Люблю новые псионические способности, с которыми осваиваюсь всё лучше каждый день…