Спокойный Ваня 3 (СИ) - Кожевников Павел Андреевич - Страница 38

— Тоже, верно. — Улыбнулся он, поняв мой намёк. — Тогда мне будешь диктовать.

— Сделаем проще. Ты выпьешь зелье памяти, а я тебе быстренько зачитаю книгу. Чтоб времени на обдумывание не оставалось.

— Жалко на ерунду тратить зелье. — Костя замялся, ища другой выход. Тратить драгоценное зелье на стихи ему не хотелось.

— Поверь моему опыту. Будет у тебя в жизни ситуация, когда за знание таких стихов, ты готов будешь полцарства отдать. А тут всего одна бутылочка зелья!

Пока уговаривал Костю, подошёл к тиглю и откачал из него лишнюю энергию. Металл расплавился. Опять предстояло ждать, когда он остынет. Я вернулся к столу и открыл вторую книгу.

Ради интереса посмотрел название. «Запретная магия и почему она таковой считается. Рассуждения святого Апофита.» Пролистал книгу в поисках рун, но ничего не обнаружил. «И здесь пустышка.» — констатировал я. Хотя глупо надеяться, что из библиотеки сопрут исключительно полезные для меня книги.

Начал отрывать кожу с обложки. Действуя автоматически, задумался. Мне не давало покоя чувство досады, возникшее в прошлый раз. Чем больше я о нём размышлял, тем крепче была уверенность, что это не моё чувство. Принадлежать оно могло только Фырклу, висящему на другом конце магического канала. Так. А если…

Я быстренько закончил возиться с переплётом и подсоединился к рунам. Поток энергии, идущий от меня, прерывать не стал. Прислушался к эмоциям. Предвкушение и надежда. Можно принять за свои эмоции, но окраска у меня другая. Оттенки совсем не те, что присущи мне.

Если через эти руны передаётся не только энергия, но и эмоции, то Фырклу вряд ли интересно каждый раз ощущать агонию жертв. Должен стоять блок, отсекающий мысли и эмоции, идущие от книг-ловушек. Надо этого Фыркла заинтересовать. Пусть отключит блок.

Я начал плавно раскачивать отток энергии. При этом старался не допускать её откачку у Фыркла. Сразу решил использовать нечто вроде азбуки Морзе, но соблюдая ритмичность. Пульсации потока не должны напоминать судорожные подёргивания жертвы.

Войдя в определённый ритм, я начал просматривать труд святого Апофита. На звание «Великий» он уже не тянул, но до «святого» добрался. А может, наоборот? Неважно.

Читал я через страницу и по диагонали. Интересного для меня попадалось мало. В основном шли рассуждения о борьбе всего хорошего со всем плохим. Часто встречались отсылки к Священному Писанию. К тому же книгу нельзя было нормально раскрыть. Мне приходилось сохранять контакт с рунами.

Выходило, что в мире Фыркла рунная магия не попадала под запрет, а была широко распространена. Запретной считалась магия жизни! Лекари находились под строжайшим запретом, так как лечить они могли, только используя заёмную жизненную силу. Причём выявлялось такое лечение очень легко с помощью церковного ритуала.

Нахлынувшие эмоции заставили меня оторваться от книги. Любопытство, опасение, обречённость, и, как ни странно, равнодушие. Невозможная смесь.

— Кто ты и что тебе от меня нужно? — Словно через вату услышал я голос с ярким акцентом.

— Привет, Фыркл. — Поздоровался я. — Меня зовут Иван.

— Что тебе нужно, Иванн? Как ты смог обойти защиту на книгах? На украденных у меня книгах.

— Я их не крал. Это сделали другие. Вряд ли кто-то из них остался в живых. Предлагаю сейчас не выяснять, кто из нас прав, а кто виноват. Толку от этого не будет, разве что принесёт моральное удовлетворение.

— А тебе нужно материальное? — Рассмеялся Фыркл. — Зря надеешься. Прошли те времена, когда я был богат. Теперь я стар и беден.

— Пусть так, но Всемогущим тебя прозвали не зря. Значит, что-то можешь и умеешь. Голова у тебя никуда не делась.

— Знания и опыт ничего не стоят, если нет силы и здоровья. — Проворчал Фыркл. — Так кто ты такой и чего хочешь от меня? — Повторил он вопрос.

— Я из другого мира. Недавно ко мне в руки попали твои книги. Защита, установленная на них, оказалась несложной. Для меня несложной.

— Я заметил. — Вставил маг.

— У меня осталась единственная книга, привязанная к тебе. Как я понимаю, после разрушения канала, дистанционно восстановить его невозможно?

— Зачем тебе это нужно?

— Это нужно нам обоим. Тебе хочется вернуть молодость или хотя бы здоровье, а мне нужна информация о рунной магии.

— Иван, что-то нехорошее произошло. — Костя стоял напряжённый и на моё появление из-за пелены прореагировал с явным облегчением. — Давай выйдем наружу.

У меня раскалывалась голова после плотного общения с Фырклом. Хотелось сесть и просто посидеть в сторонке, пока мозги не перестанут плавиться.

— Что случилось? — Пролепетал я, чувствуя, что язык словно распух и не помещается во рту.

— Ты как себя чувствуешь? — Костя, наконец, обратил внимание на моё состояние.

— Пройдёт. Надо просто отлежаться. Пойдём. Расскажешь, что случилось. — Я подхватил его под руку и вывел наружу.

К нам сразу подбежали дед Степан и Татьяна. Вид у обоих был встревоженный.

— Иван, Катю похитили. — Первый заговорил дед, жалобно глядя на меня.

— Турки. Они записку оставили. — Таня протянула мне листок, исписанный на латинице. — Это турецкий язык. Они требуют, чтобы я сама приехала в Стамбул в антимагических кандалах, или её начнут пытать и высылать к нам по частям.

— Архимаг? В кандалах? — Я попробовал улыбнуться, но схватился за голову. По мозгам словно стадо слонов пробежало, отдавливая каждую извилину.

— Что с тобой? — Таня ещё больше разволновалась. Теперь уже за меня.

— Жить буду. Надо просто поспать пару часов. — Стандартно ответил я.

— Катя… — На деда было жалко смотреть.

— Погоди, Степан. Сейчас всё решим. — Я оглянулся на стоящего сзади Костю. — Будешь моим временным поверенным. — Морщась, от волнами накатывающей головной боли, поставил его в известность.

— Это как? — Не понял он. — Я не могу…

— Придётся. У Сазонова узнай, где находится местное отделение Архива. В устной форме им передашь мой ультиматум. Если через двенадцать часов Катя не будет у меня целая и невредимая, я вырежу всю династию султана. — Пришла мысль, что это немного слишком. Детей я вырезать точно не буду. — Не всю. Только тех, кто не откажется от притязаний на трон. Или что там у них в Турции вместо него? Неважно. Поймут.

— Задержка при передаче сообщений через Архив может составлять от шести до двенадцати часов. — Напомнил Костя.

Татьяна с дедом Степаном смотрели на меня выпученными глазами. Майор, стоя в сторонке, с интересом наблюдал за нами, но даже рожи не корчил, изображая недоумение или возмущение. Такое чувство, что ему было пофиг.

— Специально для Архива уточни, они мне должны за попытку убийства. Протянут время, следующими, после турок, будут они.

— Иван, может стоит подумать? — Костя сделал попытку вразумить меня. — Это же международный скандал, а Катя…

— Сейчас Катя. Потом ещё кто-нибудь из близких нам людей. Потом твои дети в заложники попадут. Или ты хочешь Таню в кандалах отправить? — Голова болела, и я начал злиться. — Турки поступают как бандиты. Бандитов нужно наказывать. Или у тебя есть сомнения, что я не выполню угрозу?

— Бог с ними, с турками. Архив — это уже другой уровень. Не стоит им угрожать.

— Архив зарвался! Почувствовал себя вершителем судеб. Пора его ставить на место. — Сил на уговоры у меня не осталось. — Начнут возражать, разрушь их здание, или где они там сидят. Ты мой поверенный и действуешь от моего имени.

— Я не смогу разрушить одно здание. Только с половиной города. — Нашёл уважительную причину Костя.

— Я смогу. — Тане надоело слушать препирательства. — Если ты, Костя, отказываешься, то я выступлю в качестве поверенного Ивана.

— Тогда не просто Ивана, а князя Иванова, властителя княжества Аю-Даг. — Подал голос майор. — Нюансы с юридическим оформлением сейчас роли не играют.

— Тогда я передам ультиматум в качестве его жены. — С вызовом глядя на брата, сказала Таня.