Крестейр. Падение Луны - Блэк Анхель - Страница 18

– Монтгомери кислее обычного, не хочу к нему лезть, – еле слышно сказал Фергус, заметив пристальный взгляд Грея.

– Похвально, – ответил Мастер, роясь рядом в шкафу в поисках еды для гостей.

– Я стараюсь.

– У меня это в голове не укладывается, – вдруг громко сказала Мейбл, усаживаясь за стол. Она закатала рукава рубашки, и браслеты из кожаных шнурков и бусин на ее запястьях тихо стукнулись друг о друга.

– У меня тоже. – Кейран стоял у окна, скрестив руки, и смотрел на улицу.

После рассказа Михаэля о том, что случилось на Соборной площади, в голове каждого творился настоящий кавардак из возмущений и вопросов.

– Это же надо так все извратить! Всю жизнь Дар появлялся лишь у тех, кто потом становились Мастерами, а тут давайте его всем раздадим! Как будто это так весело – чудовищ выслеживать да убивать! – продолжала возмущаться ведьма.

– Говоришь так, словно сама работала Мастером, но ты ведь Охотница, – с легкой улыбкой заметил Йель. Он сильно хромал на раненую ногу, но все равно порывался вскакивать каждый раз, когда эмоции во время рассказа плескали через край.

– Что для Мастера работа, то для Охотника привычный быт, – издала нервный смешок Мейбл. – В Запретных землях твари чувствуют себя вольготно, их очень много в лесу. Особенно у Драконьего Хвоста. Поговаривают, что это тело мертвого дракона, сына самого Кадасси, и там скапливается много дурной энергии. Не знаю, что из этого правда, но вдоль гор действительно много всякой нечисти и монстров, поэтому мы часто ходили оттеснять их дальше, пока они не подобрались ближе к Фордену. Еще очень опасно в лесах, поэтому я ходила с другими группами искать заплутавших. Так что… не скажу, что Дар – это то, чему стоит завидовать.

– Люди завидуют долгожительству, – тихо сказал Грей, ставя на стол чайник на подставке из деревянного спила. – Они видят, что Мастера живут гораздо дольше и сохраняют молодой внешний вид. Мастеру Монтгомери девяносто восемь, а ведь на вид и сорока пяти не дашь.

– Девяносто восемь? – Мейбл охнула и прижала руки к лицу, таращась на Монтгомери. – Хорошо выглядите.

– Спасибо, – ворчливо отозвался Кейран. – Но ощущаю себя самым настоящим стариком.

– У него недавно сильно крестец защемило, вот он и злится, – шепотом прокомментировал Михаэль, заговорщически подмигивая.

– О Создатель, не хочу знать подробностей, – хмуро сказал Грей.

– Они завидуют потому, что думают, что мы вечно молодые и от этого счастливые. – Кейран обернулся, поправляя очки. – А того, что многих калечит, что большинство не доживают до этой заветной старости, они не замечают. Люди видят только то, что хотят видеть.

Грейден успел заметить, как помрачнело лицо Фергуса, ставящего на стол поднос с кружками. В воздух поднимался ароматный пар, и Мейбл с наслаждением потянула носом, вдыхая запах трав.

Грей улучил момент и незаметно ткнул Фергуса костяшками пальцев в спину. Грех дернулся, удивленно на него посмотрел, и Грей одними губами произнес:

– Не думай об этом.

Фергус тонко улыбнулся, но Грей легко считал беспокойство в пролегших под глазами тенях и еле заметных морщинках у век. Он хотел бы что-то еще сказать Фергусу, но они находились не одни, и он почувствовал внимательный взгляд Мейбл на себе, поэтому быстро отдернул руку, все еще прижатую к спине Фергуса, и нахмурился.

– В общем, мы можем и дальше мусолить то, что эти имбецилы решили раздать всем Дар, как солнечные пироги в день Солестарума[6], – проворчал Кейран, помогая Йелю удобно сесть за стол. Цзинь пытался отнекиваться, но со смиренным видом согласился, чтобы Мастер подвинул ему стул, и убедил в том, что раненая нога в порядке.

– Но это уже случилось, так что нам остается разбираться с последствиями, – добавил Михаэль. – Они и так сильно подорвали авторитет Ордена, а уж с этим выступлением окончательно убедили народ в том, что Мастера им были не так уж и нужны.

– Вот нападет на них Крестура какая-нибудь – по-другому взвоют. – Монтгомери шумно прихлебнул чай.

– Уже. – Грей уселся за стол напротив него и подал свернутую в трубочку газету, которую до прихода гостей вслух возмущенно зачитывал Фергус. – В Дэрвиле объявилась стая Бестий. В одном из заброшенных домов люди услышали копошение, а когда пошли проверить, обнаружили целый выводок тварей. Пострадало несколько человек, и разрушен небольшой рынок, куда потревоженные Бестии выбежали. Пишут, что их было около пяти штук.

– Чем заняты бывшие Мастера, которые сейчас с орденцами? Мы бы никогда не допустили, чтобы в столице завелись Бестии. – Йель прижался к плечу Кейрана, отчего тот едва не разлил чай, и уткнулся в газету.

– Не удивлюсь, если из-за них они там и появились, – фыркнул Фергус, откидываясь на спинку стула.

– Надорвались небось, бедняжки, разгребая собственное дерьмо и делая вид, что кого-то изгоняют, – желчно бросил Кейран.

– Интересно, имеют ли к этому отношение те, кто недавно получил красные кристаллы? Мне жаль обычных людей, которые даже не представляют, что происходит. – Грей помешал чай, стараясь не стучать ложкой.

– Фанатики, принявшие сторону Мирзы, пусть сами себя жалеют, Грейден, – отчеканил Монтгомери, покосившись на ноги Михаэля.

Фергус выпрямил и без того ровную спину, и, не дав начаться буре, Мейбл быстро перевела тему разговора:

– Мне все еще не верится, что ко всему этому причастен Мирза, – с сомнением произнесла девушка, бесцеремонно выхватывая из рук Кейрана газету и пробегаясь глазами по печатным строчкам статьи. – Может, это все-таки какой-то Высший Демон, воспользовавшийся именем Мирзы, чтобы люди поверили в то, что он Божество? Раз мэр приказал бесу убить себя, то это больше похоже на происки Демона.

– Тебя тоже не покидает мысль, что Мирза не позволил бы так обращаться со статуями и храмами Божественных Братьев? – Грей хмыкнул. В чашку скользнул луч солнца, высвечивая кружащиеся на дне лепестки василька и чаинки. – Да и каким образом Божество Культуры могло превратиться в Единого?

– И каким образом он избежал Всемирного истощения во времена Инкурсии, которое затронуло всех существ и Божеств? – сказал Фергус, уже привычно дополняя сказанное Мастером. – Слишком много вопросов.

– Вот я и думаю, что перед нами Демон, играющий роль Мирзы, а он сам пропал вместе с Братьями, – сказала Мейбл.

Разговоры прервал стук в дверь, заставив всех не сговариваясь повернуть головы в направлении входной двери.

– Мы кого-то еще ждем? – спросил Кейран у Грея, и тот отрицательно покачал головой, поднимаясь со стула.

– Мастер, я открою. – Хищная улыбка Фергуса и его обманчиво лучезарный вид заставили Грейдена подхватить трость, стоявшую возле стула, и ткнуть Греха набалдашником в грудь.

– Я сам.

Прихрамывая, Грей вышел из гостиной в коридор, чувствуя на спине взгляд Фергуса. Грех, конечно же, не смог усидеть на месте.

– Кто? – спросил Мастер.

– Грейден, – послышался знакомый голос по ту сторону, и у Грея по спине побежали мурашки. Рука сама потянулась, открывая замок и дверь.

Мастер Грейден так и застыл, глядя на того, кто смотрел на него льдисто-голубыми глазами уроженца Гелид-Монте. Алоизас улыбнулся своей фирменной открытой улыбкой, хотя от Мастера не укрылось, что левая рука лежала на животе, а на лбу проступил пот. Позади Алоизаса возвышался широкоплечий мужчина в простой рубахе и с темной повязкой на правом глазу. Его светлые волосы были небрежно стянуты в хвост на затылке, а голубой цвет единственного глаза и черты лица почему-то были схожи с Алоизасом, как если бы они были родственниками. Мужчина не выглядел враждебным, хотя его внушительная фигура и торчащая из-за спины гарда меча говорили о том, что шутить с ним не стоит.

– Ты смотришь так, будто увидел призрака, – добродушно заметил Алоизас.

– Именно так ты и выглядишь, – ответил Грей, настороженно поглядывая на здоровяка позади северянина. – Проходите.