Война, торговля и пиратство… (СИ) - Гринчевский Игорь Леонидович - Страница 40

— Потихоньку, говоришь? — мрачно спросил Исаак.

— Именно! Как дерево растет! Сначала — маленькое семечко, потом — чахлый саженец. А там, не успеют они оглянуться, будет стоять могучий дуб! А потом — и дубовая роща!

— Вот именно! — поддержал меня дед. — Справимся! Вода камень точит, постепенно, но неуклонно!

В лаборатории у нас случилась первая на моей памяти семейная разборка. Мы с Розочкой очень заинтересовались, в чём это «Софочка была права»? Пришлось гречанке излагать всё для нас.

— И ты — молчала? — наехала на неё Роза. — А ещё сестрой называла. Да о таком первым делом рассказать надо было!

— Первым делом я рожала! — огрызнулась гречанка. — А потом… Вот сама родишь — поймёшь! Вообще всё из головы вылетело!

— Девочки, не ссорьтесь! — жалобно попросил я. — У нас другая проблема на носу.

— Какая? — тут же переключились обе.

— У нас Рыжий собрался воевать с пиратами Восточного моря. — тут я начал загибать пальцы. — Родня собралась войну за Трапезунд устроить. Хотим мы того или нет, а поучаствовать придётся. Греки могут натравить на нас пиратов. Вавилонские Деловые дома могут попытаться уничтожить конкурентов.

Я показал им четыре зажатых пальца, потом зажал и пятый, объяснив:

— Ну и у колхов распря за золото начнётся, тоже нас может зацепить. А мы не готовы к войне. Все мои задумки пока — «сырые», срабатывают через раз, и не всегда так, как задумано. А времени на их доведение до ума, считай, что и не осталось! Вот в чём проблема.

— Это тебе наш Левша-Оружейник нужен! — задумчиво прикусив мизинчик, пробормотала Розочка. — У него к новому оружию настоящая страсть. И чутьё. Арбалет для царских гвардейцев — именно он до ума доводил. И форму нашей махайры — тоже он предложил.

— Отлично! — обрадовался я.

— Тут проблема возникает! — предупредила она. — Левша из Эребуни никуда не поедет, он свои станки семь лет собирал да налаживал. А тебе срочно нужно.

— И что? Поеду в Эребуни! — не понял я.

— И где ты там своих «огненных змей» испытывать станешь? — саркастически осведомилась София. — Да и твои лаборатории тоже к перевозке не приспособлены.

— М-да. Ну, ничего не поделаешь! Придётся нам с ним помотаться между городами. То ему сюда, то мне — к нему.

Оружейник оказался своеобразным типом. При знакомстве он молча оглядел меня с ног до головы, потом хлопнул по плечу. Как старого приятеля и спросил:

— Помнишь, Руса, Медвежье ущелье?

— Ещё б я не помнил! — фыркнул я. — Что, тебе тоже надо рассказать, как меня ранили? И показать, куда именно?

Он аж всхрапнул от смеха, но отказался.

— Нет, спасибо, обойдусь без такого счастья! Я сам тебе кое-что покажу. Помнишь, там крепостной арбалет был?

— Ещё б я не помнил! — повторил я. — Стрелял с такой скоростью, что не всякий лучник сумеет, но очень сильно. Я ещё удивлялся тогда.

— Во-о-от! Мне тот самострел привезли. И знаешь, что оказалось? Стрелял один, а взводили аж шестеро. Хватались за канат и…

— Интересно. Но мне кажется, от семи лучников было бы больше толка.

— Не скажи! Те шестеро, которые заряжали, они же за стеной прятались. А тем болтом можно даже стальную пластину пробить. К тому же я это дело усовершенствовал. Пошли, покажу.

И показал. Внизу башни стояла упряжка из двух быков и пацан погонщик. Да и наверху стрелком был довольно юный отрок. Но стрелял он с поразительной скоростью. Если я не ошибся, то около пятнадцати выстрелов в минуту.

— А теперь смотри! — он показал мне болт для своего самострела.

— Ого! Это что же, кованый штырь? Цельный?

— Не совсем, — смутился мастер. — Плечи у оружия большие, стрела нужна длинная. Поэтому заканчивается болт обычной деревяшкой. Но я проверял, даже тяжелый щит может пробить. Или расщепить за два-три попадания.

— Слу-у-шай! — загорелся я. — А на корабль такое поставить сможешь?

— Сам арбалет — смогу! — пожал он плечами. — Но быков же на корабль не загонишь. А если матросов использовать… Ты сам говорил, что семь лучников — выгоднее.

— Говорил! — улыбнулся я. — Но ты ещё не видел моего электрического двигателя!

Статы с прошлой главы не изменились.

Примечания и сноски к главе 17:

[1] Стандартный окислительно-восстановительный потенциал железа — (−0,44) В, цинка — (+0,76) В, меди — (+0,34) В. Разность потенциалов пары Cu-Fe ~ 0,78 В, а пары Zn-Cu ~ 1.1 В. Разумеется, реальное напряжение зависит ещё от многих факторов — концентрации солей этих металлов, температуры и даже — формы электрода. Но порядок величины можно прикинуть и так.

[2] Шурин — родной брат жены.

[3] Автору не удалось найти доказательств, что Казрети существовало в те времена и называлось так же. Это авторский домысел. Рядом расположено золотое месторождение Сакдириси, с одной стороны — одно из древнейших в мире, найдены золотые шахты, эксплуатировавшиеся еще в 3–4 тысячелетии до н.э. С другой стороны, это месторождение продолжают разрабатывать и в наши дни. Судя по всему, во время действия романа добыча была приостановлена. По простой причине: всё доступное со старыми технологиями золото уже выбрали.

[4] დათვი (датви) — медведь. Вымышленный автором персонаж. К сожалению, история почти не сохранила данных о Колхиде времен Александра Македонского.

[5] Понтом Евсинкским древние греки называли Чёрное море.

Глава 18

«Эксперимент покажет!»

«Ну и махина получилась!» — подумал я, глядя пробный экземпляр своего двигателя. Шесть массивных П-образных электромагнитов в роторе и столько же — в статоре, тысячи метров изолированного медного провода, массивный коммутатор, переключатели и десяток 12—вольтовых свинцово-сернокислых аккумуляторов. Конструкция впечатляла своей массивностью даже меня, что уж говорить про хроноаборигенов.

— Руса, брат, эта штука и правда, мощнее лошади? — дрожащим голосом спросил Тигран-младший.

— Посмотрим. Эксперимент покажет! — усмехнулся я. — Но если расчёты не врут, то раза в полтора примерно.

— Но она намного меньше лошади! — возразил он. — Даже с этими твоими аккумуляторами, всё равно — меньше!

Хм, а ведь он прав. Даже вместе с аккумуляторами конструкция тянула примерно на четверть тонны. Крестьянские лашадки сейчас примерно столько же и весили. А верховые — даже и потяжелее были.

— Зато он всего несколько часов может проработать! — возразил я. — Потом батареи сядут. А лошадь — день за днём!

— К тому же, лошадь обычный овёс кушает, а это — железо да медь! — проворчал Гайк.

— Когда всё получится, мы аккумуляторы сможем вместо корабельного балласта засунуть! — в который раз повторил я свой аргумент. — Тогда двигатель и баллисту корабельную быстро зарядит, и самострел скорострельный. В бою — одна польза.

— А-а-а! — раздражённо махнул он рукой. — Вот когда заработает, я с тобой и соглашусь.

— Включай! — скомандовал дед.

Я щелкнул рубильником, небольшая железка притянулась к катушке статора, показывая, что ток пошёл и создал магнитное поле, конструкция как-то странно загудела, в коммутаторе едва слышно что-то потрескивало, но… Вращения не было.

Да что за наваждение? Ведь треск из коммутатора слышится, значит ток идёт и через катушки ротора. Куда же всё девается⁈

Мысли заметались. Единственный вариант, который пришёл мне в голову — это «мёртвое» положение полюсов магнита. Редкое положение, при котором его полюса с почти равной силой тянет в обе стороны. Блин, как же его провернуть-то?

— Отключаю! — предупредил я всех и щёлкнул рубильником. Потом лихорадочно принялся снимать защитный кожух с движка. Ну точно! Полюса ротора замерли точно напротив полюсов статора. Их то притягивало друг к другу, то отталкивало, но при этом сила была направлена перпендикулярно к плоскости вращения, вот работа и не совершалась.