Война, торговля и пиратство… (СИ) - Гринчевский Игорь Леонидович - Страница 22

Впрочем, решение они нашли без труда. Просто заранее попросили: «Милая, приготовь отчёт о складских запасах серной кислоты и сырья для неё. Да послезавтра, после ужина, всё нам подробно и объяснишь».

Послушали, поговорили, сошлись на том, что идея Дикого весьма интересна, но Руса прав, и спешить не стоит. Стоит несколько рейсов повозить туда-сюда талант-другой сульфида натрия в разных упаковках и посмотреть, не случится ли беды.

И уж напоследок, за чашей глинтвейна перешли к своему вопросу. Но, кажется, гречанка всё равно взволновалась. Для начала она отложила свою чашу, в которой гранатового сока и сиропа было куда больше, чем вина, и, прикусив мизинчик о чём-то задумалась.

Старики, переглянувшись, молча пришли к согласию, что её сейчас лучше не отвлекать, и около четверти часа сидели в молчании. Горячий напиток в их кружках успел сначала остыть, а потом и закончиться, но они молча ждали, опасаясь отвлечь собеседницу, глубоко ушедшую в свои мысли.

— Мне на ум пришла всего одна мысль! — с явным сожалением, наконец, произнесла невеста их внука. — И она мне очень и очень не нравится.

— Поделись с нами! — тихо попросил её Тигран. — Может быть, мы сумеем развеять твою тревогу?

— Извините, уважаемый дедушка, но это не так просто объяснить вам. Для начала придётся рассказать немного истории. Вы позволите?

— Мы потому и позвали тебя, Софочка, — с удивительной мягкостью произнёс Гайк. — Что у тебя иной взгляд на жизнь, другое образование… Рассказывай, как тебе будет удобно.

— Я очень люблю нашего Русу! — начала она после непродолжительной паузы. — И горжусь, что ношу его сына, что скоро стану частью рода Еркатов-Речных. Это — знаменитый род, многие века добывавший доброе железо из «чёрных камней». Ваше железо знают не только по всему Царству, но и в соседних сатрапиях…

— Возможно, ты не поверишь, девочка, — добродушно хмыкнул Глава рода. — Но эту часть мы знаем даже лучше тебя. Переходи к делу!

— То же касается и Долинных, они известны широко, но… — тут она извиняюще улыбнулась и продолжила: — Но ни ваши долговые жетоны, ни жетоны Долинных никто не примет в оплату. Для выкупа потребовались жетоны вашей родни из Эребуни. Почему?

— Ты не совсем права, — возразил девушке Гайк. — Сейчас уже приняли бы и наши, и Долинных. Просто надобности нет. Мы можем сразу выдать требуемые изделия. Клинки, подковы, гвозди, наконечники, лопаты…

— Но всё равно, основная торговля идёт через Эребунских, верно? Они — не просто торговцы, они — тамкары[1]. Не просто торгуют, но и проводят расчёты между другими торговцами, зачитывают уплату налогов за поставленные товары и многое другое. Таких на всю Армению всего три рода: Арцаты-Серебряные, Эребунские Еркаты и Корабелы.

Старики промолчали, хотя не могли не знать и этого.

— Тамкары очень влиятельны. Руса объяснял мне, что вся наша зимняя война началась с того, что царь Михран очень не хотел возвращать долги Еркатам. Но при этом, хотя железо делали вы, а большую часть клинков — Долинные, по долгам с ним спорила ваша родня из Эребуни. Арам и Исаак спорили, если точнее.

Девушка сделала паузу, чтобы промочить горло.

— В итоге два царя нашли выход. Иберийский — подарил нашему земли, что ему не принадлежали. А армянский — отдал их вам в погашение долгов.

Гайк шевельнулся, но София жестом остановила его.

— Ответьте, честный ли это расчёт по долгу? Согласились бы Еркаты на такую сделку, если бы имели настоящую силу? Не мне ответьте — себе! Ведь потом пришлось немало воевать, род пролил кровь и потратил массу средств, чтобы забрать эти, якобы «свои», земли.

— Ты права, маленькая, — прохрипел старший из братьев. — Была бы у нас возможность, мы ответили бы: «Нет, царь! Дай нам серебро, как обещал! Или сам воюй за эти земли!»

Тут ему пришлось встать, налить себе вина из кувшина и смочить горло, прежде чем удалось продолжить.

— Но что ты имеешь в виду, говоря про «настоящую силу»?

— Я знаю, что на празднике четырнадцатилетия Вард был и гость из самого Вавилона.

— Был. Он представлял какой-то Деловой Дом, только я не запомнил какой именно.

— Неважно! — улыбнулась София. — важно, что вы его помните и слышали про Деловые Дома. Но знаете ли вы, что это такое?

— Это неважно, что знаем мы, — отреагировал Тигран. — Расскажи то, что знаешь ты. То, что связано с «настоящей силой». Потому что я пока что не понимаю.

— Вы знаете нашего Исаака. Или дядю Изю, как он разрешает называть себя тем, кому благоволит. Представьте себе семью, в которой таких Исааков соберется полторы-две дюжины. Не обязательно родных, они могут войти в семью и через брак с дочерью главы. Но каждый, каждый из них будет не менее влиятелен, чем наш «дядя Изя». А серебра и золота через него в месяц проходит столько, сколько у всего рода Арцатов за полгода.

Гайк только присвистнул. Похоже, он сожалел, что не знал этого несколько недель назад и упустил такое интересное знакомство.

— Но к Еркатам пришёл не один из «сыновей», да и Дом, скорее всего, не самый влиятельный, раз никто не запомнил его названия. И вот тут мы подошли к ответу на ваш вопрос. Было два Дома, которые знали все в мире и помнят до сих пор. Дом Сыновей Мурашу и Дом Сыновей Эгиби[2].

Братья отреагировали по-разному: Тигран недоуменно нахмурился, пытаясь припомнить, а Гайк уверенно кивнул, показывая, что эти имена ему знакомы.

— Только вот Домов тех давно нет. Хотя Дом Эгиби был основан ещё до того, как персидский царь завоевал Вавилон. Богатая была Семья и влиятельная, торговали землей, домами и рабами. Да и Дом Мурашу, хотя он и моложе, но тоже был очень влиятелен, тут девушка перешла на шёпот, полный горечи, и старикам пришлось вслушиваться:

— Вы знаете, что их сгубило? Называют разные причины. Но знающие люди называли мне главную: они захотели управлять даже царём царей. И он не потерпел этого. Разорил Дома и стер с лица земли Семьи.

Она замолчала. А потом прежним, сильным голосом резюмировала:

— Вы спрашивали, что может притягивать наших тамкаров сильнее, чем серебро и даже золото? Единственный вариант, который я вижу — это власть. Настоящая власть, а не тихое влияние драгоценных металлов. Возможность диктовать правителям, а не уговаривать и советовать.

И снова очень тихо:

— Вот только вы правы. Цари не любят таких игр. И чаще всего они заканчиваются смертью…

Тут она не выдержала и разрыдалась, спрятав лицо в ладони.

Тигран погладил её по плечу:

— Это мы, милая, ещё посмотрим. Да и вообще, любая жизнь рано или поздно приводит к смерти…

Утешение оказалось так себе, девушка только сильнее разрыдалось. Старики переглянулись.

— Я другого не пойму! — сказал Гайк. — Где они эту «настоящую силу» получать собрались? Над нашим царём стоит Александр Великий. Он не потерпит власти каких-то купцов и ростовщиков, даже если допустить, что они придумали, как окрутить Михрана.

— Это же касается и нашего иберийского соседа, — поддержал рассуждения Тигран. — А над колхами и сейчас власти ни у кого нет, нечего и перехватывать!

Спокойные рассуждения подействовали куда лучше. София перестала лить слёзы, протёрла глаза и с надеждой спросила:

— Так вы думаете, что я ошибаюсь?

Братьям осталось только развести руками. Что-то интересное в рассуждениях девушки было, власть, и в самом деле, могла привлечь тамкаров, но идей насчёт того, где и как они собираются её получить, у них не было.

— К сожалению, оказалось, что анилиновый чёрный не растворяется ни в воде, ни в спирте. Ацетон его, кажется, берёт, но… Делать чернила для детей на основе ацетона — я еще не сошёл с ума! — грустно констатировал я.

— Но ты же выкрутился, да?

— Это входит у меня в привычку! — грустно улыбнулся я. — Взял фиолетовую краску, которую получил из аспирина, добавил немного спирта, чтобы быстрее высыхало, немного глюкозы для вязкости и пожалуйста! Писать можно. Но возникла другая проблема, о которой я не подумал. Чернила получились кисло-сладкие на вкус и со спиртом. Их воруют и пьют слуги! Причём, что во дворце, что в Храме предков.